НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

Переводы: (скрыть)(показать)
LXX Darby GRBP NRT IBSNT UBY NIV Jub GRBN EN_KA NGB GNT_TR Tanah Th_Ef MDR UKH Bible_UA_Kulish Комментарий Далласской БС LOP ITL Barkly NA28 GURF GR_STR SCH2000NEU New Russian Translation VANI LB CAS PodStr BibCH UKDER UK_WBTC SLR PRBT KZB NT_HEB MLD TORA TR_Stephanus GBB NT_OdBel 22_Macartur_1Cor_Ef VL_78 UBT SLAV BHS_UTF8 JNT UKR KJV-Str LXX_BS BFW_FAH DONV FIN1938 EKKL_DYAK BB_WS NTJS EEB FR-BLS UNT KJV NTOB NCB McArturNT Makarij3 BibST FIN1776 NT-CSL RST Mc Artur NT BBS ElbFld RBSOT GTNT ACV INTL ITAL NA27 AEB BARC NZUZ שRCCV TORA - SOCH LOGIC VCT LXX_Rahlfs-Hanhart DRB TanahGurf KYB DallasComment GERM1951 Dallas Jantzen-NT BRUX LXX_AB LANT JNT2 NVT
Книги: (скрыть)(показать)
. Матф. Иак. Рим. 1Кор. Еф. Кол. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм.
Главы: (скрыть)(показать)
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

От Матфея 9

Власть Иисуса над грехом

Тогда Он, войдя в лодку, переправился обратно и прибыл в Свой город. И вот, принесли к Нему парализованного, положенного на постели. И Иисус, видя веру их, сказал парализованному: «Дерзай, дитя! Прощаются тебе грехи твои». При этом некоторые из книжников сказали сами в себе: «Он богохульствует». Иисус же, видя помышления их, сказал: «Для чего вы мыслите худое в сердцах ваших? Ибо что легче сказать: „Прощаются тебе грехи“, или сказать: „Встань и ходи“? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи». Тогда говорит парализованному: «Встань, возьми постель твою и иди в дом твой». И он встал, взял постель свою и пошёл в дом свой. Народ же, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть людям (9:1-8)

Главная отличительная идея христианства состоит в том, что грех действительно может быть прощён. В этом суть и жизненная сила Евангелия: человек может получить освобождение от греха и его последствий. Христианская вера содержит много истин, достоинств и добродетелей, каждая из которых находит бесчисленное применение в жизни верующих. Но её высшей, возвышающейся над всем благой вестью является то, что грешный человек может быть полностью очищен и получить вечное общение со святым Богом. Именно об этом говорится в Матф. 9:1-8.

Матфей логически выделяет различные чудеса Господа, все из которых предназначены для того, чтобы продемонстрировать божественность Иисуса. И даже более конкретно: в них точно и полно исполнились ветхозаветные пророчества о делах Мессии по созиданию Царства. Поэтому чудеса, записанные Матфеем под вдохновением Святого Духа, имеют уникальный еврейский и ветхозаветный характер и значение.

Что касается мира природы, в Ветхом Завете содержится пророчество, что Мессия будет иметь власть над проклятием физического мира. Исаия предсказывал, что во время царствования Мессии будет такое количество дождей и такие обильные урожаи, каких не было со времён грехопадения (Ис. 30:23-24), и что однажды даже пустыня буйно зацветёт, когда воды разольются и на месте выжженной земли, на высохшей почве образуются пруды и источники вод (35:1-2, 7; ср. 41:17-18; 51:3; 55:13; Иез. 36:29-38; Иоил. 3:18). Животные, которые были врагами человека и других животных, больше не будут их убивать и пожирать, а долголетие людей увеличится настолько, что смерть столетнего человека будет считаться преждевременной. Усмирив бурю (Матф. 8:23-27), Иисус дал возможность предвкусить время, когда Он окончательно укротит всю природу.

Что касается сверхъестественного, в Ветхом Завете говорится о сатане и его злых силах, которые так долго подавляли и преследовали Божий народ (Дан. 7:24-27; 8:23-25; 11:36–12:3; Зах. 3:1-2) и которых Мессия должен будет покорить до того, как установит Своё праведное Царство на земле. Не поддавшись искушениям сатаны и изгоняя его служителей-бесов (Матф. 8:28-34), Иисус доказал, что обладает большей властью, чем сатана.

Что касается духовного, в Ветхом Завете говорится, что Царство Мессии будет характеризоваться прощением и искуплением (Ис. 33:24; 40:1-2; 44:21-22; Иез. 36). Простив парализованного, история о котором описана в 9:1-8, и многих других, Иисус продемонстрировал власть, которая принадлежит только Богу и которая, согласно пророчествам Писания, будет характеризовать Мессию.

Именно конкретное, полное, поразительное исполнение Иисусом этих и всех других мессианских пророчеств сделало Его неприятие евреями — особенно книжниками и фарисеями, которые были знатоками Писания, — таким ужасным и непростительным.

То, как Матфей расположил и преподнёс три группы чудес в 8-й и 9-й главах, позволяет проследить постепенное проявление полномочий Иисуса как божественного Мессии. Сначала мы видим, как одним прикосновением руки Он исцеляет прокажённого (8:3), как, не видя больного, Он исцеляет слугу сотника (8:13) и затем исцеляет тёщу Петра, которая находилась в сильной горячке (8:15). Затем Иисус выходит за рамки физических немощей и показывает Свою власть и силу над духовным царством сатаны, одним словом изгоняя множество бесов (8:16), демонстрируя Свою власть над грозными силами природы в укрощении бури на Галилейском озере (8:26) и демонстрируя Свою власть над сатаной в изгнании легиона бесов из двух бесноватых из Гадары (8:32).

В первом из последних трёх чудес, описанных в этих главах, Иисус в Своих сверхъестественных деяниях поднимается ещё выше и имеет дело с грехом — корнем всех физических и духовных проблем и страданий человека, а также причиной его отделения от Творца. Христос Иисус показывает власть снимать скверну греха и вину за грех с тех, кто верит в Него. Великий Доктор может не только исцелить больного, укротить бурю и изгнать бесов, но также даровать человеческой душе то, в чём она нуждается больше всего: прощение грехов.

Матфей больше других говорит о власти Христа. В конце Нагорной проповеди он отмечает, что Иисус «учил их, как власть имеющий, а не как книжники и фарисеи» (7:29). Эти великие наставления демонстрируют Его нравственную и богословскую силу. На протяжении всего Евангелия чудеса Иисуса демонстрируют Его власть над физическим и духовным мирами, а в конце Он провозглашает: «Дана Мне всякая власть на небе и на земле», и затем посылает Своих учеников, чтобы они с такой же властью учили и несли служение (28:18-20).

Таким образом Иисус провозглашал и демонстрировал Свою суверенную власть и господство. В данном отрывке Он демонстрирует Свою суверенную власть спасать.

Мы не знаем, сколько времени прошло между тем, когда Иисус исцелил двух бесноватых и когда вошёл в лодку, на которой Он переправился обратно на западный берег Галилейского моря и прибыл в Свой город. Матфей не столько обращал внимание на хронологию или подробности служения Иисуса, сколько на важность и последовательность Его чудесных знамений.

Несмотря на то, что детство Иисуса прошло в Назарете, жители этого города отвергли Его и предали бы смерти, сбросив со скалы, если бы Он не прошёл между ними незамеченным. Оттуда Иисус «удалился» на несколько километров на восток «и пришёл в Капернаум, город галилейский» (Лук. 4:29-31), как Пророк, Которого отвергли в Своём отечестве (см. Матф. 13:57). В это время Он, вероятно, временно поселился в доме Петра, где исцелил его тёщу (8:14-15). Своим городом для Иисуса теперь был Капернаум (ср. Марк. 2:1).

События и наставления, изложенные в Матф. 9:2-8, можно описать с помощью шести ключевых слов: вера, прощение, ярость, суд, сила и страх.

ВЕРА

И вот, принесли к Нему парализованного, положенного на постели. И Иисус, видя веру их (9:2а)

До того как Иисус отправился через Галилейское море в страну Гадаринскую, Он уже вызвал огромный интерес к Себе и Своему служению. Он предпринял эту поездку ещё и для того, чтобы на некоторое время удалиться от толп народа (8:18). Естественно, когда Иисус вернулся, новость быстро распространилась, и вокруг Него вновь собрались люди.

Мы узнаём многочисленные подробности этой истории от Марка и Луки. Как уже отмечалось, Капернаум стал теперь родным городом для Иисуса, Который остановился у Петра и где Он был «дома» (Марк. 2:1; Новый перевод с греч. подлинника). Двухэтажные дома были обычны для Палестины, и скорее всего переполненная людьми комната (см. ст. 2) находилась на втором этаже, где люди общались и где проходила большая часть встреч. Такие верхние комнаты имелись во многих домах, и именно в одной из них Господь вкушал последнюю вечерю со Своими учениками. Крыша дома часто использовалась как место для отдыха в прохладе дня и для сна жаркими ночами. Поэтому обычно на крышу вела наружная лестница.

Поскольку друзья больного не могли пробраться в переполненную людьми комнату, где находился Иисус, они занесли носилки на крышу дома и принялись разбирать перекрытие, пока не образовалась дыра, достаточная для того, чтобы опустить больного к ногам Иисуса (Марк. 2:3-4; Лук. 5:19). Именно к этим четырём друзьям или родственникам относится слово «некоторые» (Лук. 5:19).

Так как парализованного (паралутикос) принесли к Иисусу положенным на постели, очевидно, паралич был очень серьёзным. Вполне вероятно, что мужчина был полностью парализован. Ни коляски, ни другие помогающие передвижению средства не были доступны для тех, кто не мог ходить. Поэтому им оставалось лишь полагаться на помощь других. Калеки всегда терпели позор и пренебрежение общества, но в еврейской культуре дней Иисуса этот позор был неизмеримо большим, поскольку большинство евреев верили, что все болезни и беды в жизни человека были прямым результатом чьего-то греха. Эта идея была распространена даже во дни Иова, который, по-видимому, жил очень давно, во дни Авраама. Елифаз спросил Иова: «Вспомни же, погибал ли кто невинный?» (Иов. 4:7), а Вилдад вторил ему, сказав Иову: «Если сыновья твои согрешили перед Ним, то Он и предал их в руку беззакония их» (8:4). То же самое отношение отражается и в вопросе, который задали Иисусу ученики, когда проходили мимо человека, слепого от рождения: «Равви! Кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» (Иоан. 9:1-2).

Хотя действительно бедствия, боль и всевозможные лишения являются результатом присутствия в мире греха, всё же не всегда они вызваны конкретным грехом страдающего человека. Не всякая болезнь является наказанием, но всякая болезнь является наглядным примером той разрушительной силы, которая действует в мире из-за греха.

Как и собратья-евреи, парализованный, несомненно, считал, что его паралич был прямым наказанием либо за его собственный грех, либо за грех его родителей или прародителей, и эта мысль, должно быть, безмерно увеличивала его страдания. В его собственном сознании и в сознании большинства людей, которые видели его, паралич был яркой картиной его греховности и Божьего наказания. Такое представление побуждало калек и больных людей ещё больше избегать скоплений народа.

Но этот человек решил любой ценой увидеть Иисуса. Так как он связывал паралич со своим грехом, он в первую очередь стремился получить прощение грехов, которое, по его мнению, автоматически принесёт исцеление. И хотя его мнение могло быть ошибочным, он был прав, считая, что его первая и величайшая нужда — духовная.

Своей настойчивостью этот человек и его друзья показали твёрдую убеждённость в том, что Иисус мог помочь. Они принесли больного к дому и, когда не смогли попасть в комнату, где был Иисус, подняли носилки наверх, разобрали крышу и опустили больного на постели вниз, к ногам Иисуса. Иисус видел не только это внешнее свидетельство, но и их сердца. И, видя веру их в том, как они с настойчивостью пробивались к Иисусу, всеведущий Господь видел также и верующие сердца этих пяти людей, точно так как Он видел неверующие сердца книжников, которые считали, что Он богохульствует (ст. 3-4).

Поскольку парализованный ничего не сказал Иисусу, то можно сделать вывод, что паралич поразил его голосовые связки или язык. Или же он, несмотря на свою веру, был преисполнен благоговейного страха, оказавшись лицом к лицу с Тем, Кто имел власть исцелять любые болезни. Возможно, он теперь размышлял, может ли Иисус исцелять сердца. В любом случае, он с готовностью молча открыл себя Иисусу и всей толпе — всё своё физическое, нравственное и духовное уродство. Он в буквальном смысле находился у ног Христа и в своём сердце полностью отдал себя на милость Иисуса. Он приблизился к Господу с истинным смирением, в нищете духа, как и требует Бог от ищущего сердца (Матф. 5:3).

Иисус иногда исцелял людей, у которых было мало веры, и даже тех, у кого её не было вовсе, но Он особенно был склонен исцелять тех, кто имел большую веру, какую продемонстрировал этот человек и его друзья. Такую великую веру продемонстрировал сотник (8:10), и такую же веру вскоре проявит человек, у которого умерла дочь (9:18).

ПРОЩЕНИЕ

сказал парализованному: «Дерзай, дитя! Прощаются тебе грехи твои» (9:2б)

Первые слова Иисуса к парализованному были: «Дерзай, дитя!» Зная боязливое сердце человека, который был отягощён грехом и теперь очутился в присутствии Самого Бога во плоти, Иисус произносит нежные слова утешения и ободрения. Как волнующе, должно быть, было услышать от святого Бога, Который знал его грехи, горе и унижение, слово: «Дерзай».

Слово тарсео (дерзай) подразумевает внутреннюю смелость, глубокую и подлинную, — в противовес слову толмао, которое означает внешнюю храбрость. Точной характеристикой слова толмао может служить скрежет зубов, помогающий преодолеть боль, или свист в темноте, отгоняющий страх. Это такой вид смелости, когда страх пытаются преодолеть силой воли и решительностью. А тарсео подразумевает такую смелость, которая устраняет страх. Иисус как бы говорил: «Не бойся! Тебе больше нечего бояться». Это не значило, что страх этого человека был напрасным или не имел оснований. Нераскаявшийся грешник отделён от Бога и находится под божественным осуждением. Но когда он раскаивается с верой, у него нет больше причин для страха, потому что он уже не под осуждением. Поэтому, зная веру парализованного, Иисус и сказал ему: «Дерзай».

То, что Иисус назвал человека дитём, было ещё большим утешением для парализованного. Слово текнон (дитя) относится к ребёнку любого возраста и пола. Слово «дитя» употреблялось в то время — как оно иногда используется и сейчас — как знак дружеского расположения и солидарности, иногда даже по отношению к едва знакомому человеку. Так как парализованный в раскаянии отождествил себя с Иисусом, то и Иисус с любовью отождествил Себя с парализованным.

Но величайшими словами Иисуса, обращёнными к парализованному, были: «Прощаются тебе грехи твои». Эти слова представляют божественное чудо, которое, возможно, является величайшим из всех чудес и, конечно же, самым желаемым для того, к кому они обращены, — святой Бог прощает грехи нечестивого человека. Иисус отпустил грехи парализованного и даровал ему Свой самый милостивый дар, удовлетворяющий его величайшую нужду, точно так же, как укротил бурю — одним словом.

Глагол афиеми, переведённый как «прощаются», имеет основное значение «отсылать, прогонять, покончить с чем-либо». «Как далеко восток от запада, так удалил Он от нас беззакония наши», — провозглашает Давид (Пс. 102:12). Когда Бог прощает грехи, Он ввергает их «в пучину морскую» (Мих. 7:19). Павел радовался, что хотя он «прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован» (1 Тим. 1:13). «Верно и всякого принятия достойно слово, — продолжает он, — что Христос Иисус пришёл в мир спасти грешников, из которых я первый» (ст. 15).

Когда миссионеры на севере Аляски переводили Библию на язык эскимосов, они обнаружили, что в местном языке нет слова «прощение». Несколько раз тщательно проанализировав словарный запас этого языка они нашли слово, которое означало «быть неспособным больше думать об этом». Оно и было использовано для перевода слова «прощение», потому что Бог обещает раскаявшимся грешникам: «Я прощу беззакония их и грехов их уже не вспомню более» (Иер. 31:34).

Когда я учился в колледже, меня попросили навестить в больнице одну девушку, которая была случайно ранена в шею. Пуля сильно повредила ей спинной мозг, и всё тело девушки, от шеи и ниже, было парализовано. Я не был знаком с этой девушкой, но мне рассказывали, что она была заводилой в школе и всегда была активной и жизнерадостной. Когда я вошёл в палату, девушка лежала на матрасе из овчины. Она совершенно не могла двигаться, но могла говорить. После короткой беседы она призналась, что её посещали мысли о самоубийстве, потому что она не хотела того будущего, где её ждала беспомощность. Я рассказал ей о Христе, и после нескольких вопросов и их обсуждения девушка покаялась и приняла Христа своим Господом и Спасителем. Я ещё несколько раз посещал её, и однажды она сказала мне: «Сейчас я могу честно сказать, что рада, что это случилось. Иначе я бы никогда не встретила Христа, и мои грехи не были бы прощены».

Прощение грехов — величайший дар Божий, потому что решает величайшую проблему человека. Грех — это нарушение Божьего закона (1 Иоан. 3:4); он оскверняет Божий образ в человеке, пятная душу человека образом сатаны (Иоан. 6:70; 8:44). Грех — это вражда и бунт против Бога (Лев. 26:27; 1 Тим. 1:9), это неблагодарность по отношению к Богу (И. Нав. 2:10-12). Самостоятельно человек не в состоянии излечиться от греха (Иер. 13:23). Грех поражает всех людей (Рим. 3:23); он поражает всего человека (Иер. 19:9), его тело, разум и дух. Он подчиняет людей власти сатаны и навлекает гнев Божий (Ефес. 2:2-3). Грех настолько постоянен в сердце человека, что даже возрождённый человек должен постоянно бороться с ним (Рим. 7:19). Грех приводит человека к страданиям (Иов. 5:7), пустоте (Рим. 8:20), отсутствию мира (Ис. 57:21) и, если нет покаяния, — к вечному аду (2 Фес. 1:9).

При такой мрачной перспективе самая лучшая весть, которую может получить человек, — это весть о том, что его грехи прощаются. Когда Иисус произнёс эти слова парализованному, Он, должно быть, ощутил горечь и мучения Голгофы, зная, что Его слова могут стать действенными лишь потому, что Он возьмёт грехи этого человека на Себя. Каждый раз, когда Он прощал грех, Он знал и предчувствовал, какую цену Ему придётся заплатить.

ЯРОСТЬ

При этом некоторые из книжников сказали сами в себе: «Он богохульствует» (9:3)

Лука повествует, что с книжниками там находились и некоторые фарисеи. Они думали сами в себе, что Иисус, утверждая, что может прощать грехи, богохульствует (5:21; ср. Марк. 2:7). Они были правы в том, что только Бог может прощать грехи (Ис. 43:25; Мих. 7:18-19), но, отказавшись признать божественность Иисуса, они могли заключить только одно: «Он богохульствует».

В отличие от парализованного, эти люди не видели необходимости в прощении, так как считали себя уже праведными. Они негодовали на Иисуса не только потому, что не верили, что Он — Бог, но и потому, что считали несправедливым получение прощения по просьбе, — вместо того, чтобы заработать его, как, по их мнению, это сделали они. Отказ признать нужду в спасении и вера в то, что спасение можно заработать или заслужить, всегда были самыми большими помехами на пути к спасению.

Эти книжники, наверное, видели многие чудеса Иисуса и слышали свидетельства других людей, которые были исцелены или из которых были изгнаны бесы. Но они отказались признать, что Его сила — от Бога, и тем более, что Он Сам — Бог. Их мнение, что Он богохульствует, отражало всё возрастающее неприятие и преследование Иисуса еврейскими вождями, что и привело в конечном итоге к Его распятию. Они обвиняли Иисуса в безнравственности, потому что видели, как Он «ест и пьёт с мытарями и грешниками» (Матф. 9:11), и при этом сами совершали величайшее богохульство, обвиняя Иисуса в том, что Он от сатаны и что Он «изгоняет бесов силой князя бесовского» (ст. 34).

Их сердца были настолько ожесточены, что каждое чудо, свидетельствующее о Его божественности и мессианстве, скорее уводило их дальше в неверие, чем приводило к покаянию. Даже самые добрые Его дела и нежные слова приводили их в ещё большую ярость, направленную против Него.

ДИСКУССИЯ

Иисус же, видя помышления их, сказал: «Для чего вы мыслите худое в сердцах ваших? Ибо что легче сказать: „Прощаются тебе грехи“, или сказать: „Встань и ходи“? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи» (9:4-6а)

Для описания следующего аспекта этого события более всего подходит слово «суд» в значении дискуссии, дебатов или споров. Из слов Иисуса становится понятной позиция книжников, так как Господь, будучи всеведущим, открыл нам их помышления.

Иисус «не имел нужды, чтобы кто засвидетельствовал о человеке, ибо Сам знал, что в человеке» (Иоан. 2:25). «Господь смотрит на сердце» (1 Цар. 16:7) и знает сердца всех людей (3 Цар. 8:39). Он даже «испытывает все сердца и знает все движения мыслей» (1 Пар. 28:9; ср. Иер. 17:10; Иез. 11:5). Когда Анания и Сапфира попытались обмануть Бога, Пётр сказал Анании: «Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твоё мысль солгать Духу Святому» (Деян. 5:3).

Худое сердце — это сердце, которое плетёт заговор против Бога (см. Деян. 5:3-4, 9; 8:20-22). Обличая книжников и фарисеев, Иисус не только обнажил то, о чём они помышляли, но и разоблачил то зло, которое крылось в их мыслях. Заявляя, что они защищают святость Бога, фарисеи показали, что они полностью против неё, потому что мыслили худое о Сыне Божьем, Которого отказались признать.

Первый довод Иисус выразил в форме риторического вопроса: «Ибо что легче сказать: „Прощаются тебе грехи“, или сказать: „Встань и ходи“?» Книжники и фарисеи видели неопровержимое доказательство того, что Иисус имеет силу исцелять болезни. «Почему же вы думаете, — спрашивает, по сути, Он, — что Я не могу прощать грехи? Разве одно легче другого?» Грех и болезнь неразделимы, точно так же как грех и бесы, грех и смерть, грех и бедствия, грех и диавол. Тот, Кто принёс Царство, должен был решить проблему греха, иначе Он не смог бы решить все остальные проблемы; а Тот, Кто мог решить все остальные проблемы, мог также решить и проблему греха.

Противники Иисуса ничего не сказали, но ответ был очевиден: и то, и другое невозможно для человека; и то, и другое в равной степени возможно для Бога. Суть была в том, что никто, кроме Бога, не мог ни исцелять болезни словом, ни прощать грехи, а Иисус с божественной лёгкостью мог делать и то, и другое. Даже извращённое богословие книжников и фарисеев должно было привести их к вере в божественность Иисуса. Если, как они считали, болезни и недуги были следствием греха, тогда исцеление болезни будет связано с решением проблемы греха — причины этих болезней. В их понимании, полное исцеление болезни должно было включать в себя, по крайней мере, некоторое прощение грехов, — что, по их собственному заявлению, мог даровать только Бог. Они запутались в собственной теологии и логике.

Иисус, возможно, сделал особое ударение на слове «сказать». Если это так, то Он хотел показать, что сказать что-либо всегда легче, чем сделать это. Также гораздо легче сделать такое заявление, в выполнении которого нельзя убедиться, чем то, которое можно проверить. Книжники и фарисеи не могли удостовериться, что парализованный был действительно прощён, но они вот-вот должны были получить убедительное доказательство его исцеления, которое заставило бы их сделать вывод, что Иисус мог прощать грехи и прощал их.

«Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи, — продолжает Иисус, — Я снова продемонстрирую силу исцелять болезни». «Вы не можете видеть результатов Моего прощения, — как бы говорит Он, — но вы можете легко увидеть результаты Моего исцеления». Поэтому, чтобы они убедились, что Он может прощать грехи, чего они не могли видеть воочию, Иисус совершил то, что они могли увидеть, а именно: удалил проявление греха.

Книжники и фарисеи хорошо знали из Ветхого Завета, что приход Мессии на землю будет сопровождаться чудесными исцелениями, и Сын Человеческий (титул, указывающий на Его униженность) был готов прямо перед ними совершить одно из этих чудес. Если бы Иисус сказал только слова: «Прощаются тебе твои грехи», никто не смог бы проверить, что произошло. Но исцеление парализованного стало для всех доказательством прощения грехов — точно так, как, увидев гибель двух тысяч свиней, бросившихся со скалы, люди получили доказательство того, что бесы на самом деле перешли из двух бесноватых в животных, как только Иисус разрешил им сделать это (8:32).

Многие люди и церкви на протяжении веков заявляли о том, что имеют власть отпускать грехи, но ничем не могли это доказать. Любой притворщик мог произнести слова: «Прощаются тебе твои грехи», но только Бог Своей божественной властью мог и сказать парализованному, чтобы он ходил, и сделать так, чтобы это произошло.

СИЛА

Тогда говорит парализованному: «Встань, возьми постель твою и иди в дом твой». И он встал, взял постель свою и пошёл в дом свой (9:6б-7)

Насколько нам известно, никто, кроме Иисуса, не произнёс ничего в продолжение всей этой сцены: ни исполненный веры парализованный и его четверо друзей, ни неверующие книжники и фарисеи. Возможно, последние что-то бормотали между собой о происходящем, и, возможно, исцелённый человек и его друзья поблагодарили Иисуса, но об этом не сообщается.

Как только Иисус сказал парализованному: «Встань, возьми постель твою и иди в дом твой», тот так и сделал. Повеление «встань» позволяет предположить, что, когда Иисус говорил, исцеление уже произошло. Описания того, как происходило это исцеление, нет. Есть только повеление парализованному воспользоваться им.

Повинуясь Иисусу, человек встал и пошёл в дом свой. Марк добавляет, что он «тотчас встал и, взяв постель, вышел перед всеми» (Марк. 2:12), став живым свидетельством власти Иисуса как исцелять, так и прощать грехи.

СТРАХ

Народ же, видев это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть людям (9:8)

Народ же, увидев, понял, что такое чудо можно совершить только Божьей силой, и устрашился. От слова фобео (удивился) происходит термин «фобия», который часто переводится как «страх». Но в Новом Завете это слово чаще всего употребляется в значении благоговейного страха, а не раболепного испуга. Оно отражает чувства человека, который находится в присутствии того, кто бесконечно больше его.

Слово фобео употребляется при описании реакции учеников, когда они увидели Иисуса идущим по воде (Матф. 14:26); при описании реакции людей после воскресения сына вдовы в Наине (Лук. 7:16) и после исцеления бесноватых в Гергесе (Лук. 8:37). Оно употребляется при описании реакции Захарии на появление ангела (Лук. 1:12) и реакции присутствующих, когда он вновь обрёл дар речи (ст. 65). Оно используется в эпизоде, когда пастухи услышали ангельское пение (Лук. 2:9). С помощью этого слова описывается состояние стражи у гробницы в саду, когда ангелы отвалили камень (Матф. 28:2-4), а также крайнее изумление женщин после того, как они побывали в пустой гробнице (ст. 8). Оно употребляется, чтобы описать чувства людей, которые были свидетелями событий в День Пятидесятницы (Деян. 2:43), а также состояние людей, находящихся в гуще разрушительных событий последних дней (Лук. 21:26). Это слово употребляется, чтобы описать реакцию людей на смерть Анании и Сапфиры (Деян. 5:5, 11) и реакцию на событие, когда бесы взяли верх над неверующими сыновьями Скевы, которые пытались изгонять бесов именем Иисуса (19:16-17).

В синоптических Евангелиях и в Деяниях это слово используется только для того, чтобы описать чувства, которые испытывает человек в своём сердце, когда сталкивается с божественной силой, и это чувство присуще христианину, когда он стремится верно служить Господу (Деян. 9:31). Благоговейный страх Божий — это составная часть жизни истинно покаявшегося человека (2 Кор. 7:10-11), жизни чистой (1 Пет. 3:2), святой (2 Кор. 7:1), благочестивой (Фил. 2:12). Совместное служение, любовь и уважение, а также эффективное благовестие и надлежащий порядок в церкви — всё это основывается на благоговейном страхе Господнем (см. 2 Кор. 5:11; Ефес. 5:21; 1 Тим. 5:20). Это та субстанция, из которой должно происходить истинное христианское поклонение, поведение и служение.

Реакция толпы на великое чудо исцеления и прощения была достойна похвалы: они прославили Бога, давшего такую власть людям. Мы не знаем, сколько эти люди знали об Иисусе, но они знали, что то, что Он совершал, Он совершал силой Бога, давшего такую власть людям, так как Иисус явно был Человеком. Если они не осознали, что Он был Богочеловеком, они по крайней мере поняли, что Он был необычайно благочестивым Человеком.

Принятие грешника и отвержение праведника

Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфей, и говорит ему: «Следуй за Мной». И он встал и последовал за Ним.

И когда Иисус возлежал в доме, многие мытари и грешники пришли и возлегли с Ним и учениками Его. Увидев то, фарисеи сказали ученикам Его: «Почему Учитель ваш ест и пьёт с мытарями и грешниками?» Иисус же, услышав это, сказал им: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные. Пойдите, научитесь, что значит: „Милости хочу, а не жертвы“. Ибо Я пришёл призвать к покаянию не праведников, но грешников».

Тогда приходят к Нему ученики Иоанна и говорят: «Почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не постятся?» И сказал им Иисус: «Могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься. И никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из небелёной ткани, ибо вновь пришитое отдерёт от старого, и дыра будет ещё хуже. Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают; но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое» (9:9-17)

Принятие Богом грешника и отвержение праведника — главное в христианской вере. Благая весть — не для хороших людей, а для плохих, которые осознают свою недостойность и приходят к Богу за прощением и очищением.

Уже в самом начале своего Евангелия Матфей свидетельствует о Божьем прощении раскаявшихся грешников. В родословной Иисуса, в 1-й главе, он конкретно упоминает целый ряд людей, которые в своей жизни совершили ужасный грех. И Раав, и Руфь были представительницами языческих народов, которые поклонялись идолам, а Раав была к тому же блудницей. Хотя Давид был человеком по сердцу Богу, он также был убийцей и прелюбодеем.

Как предтеча Господа, Иоанн Креститель готовил людей к приходу Мессии, проповедуя покаяние для прощения грехов. И когда они исповедовали свои грехи, Иоанн крестил их в знак их очищения Богом (3:2, 6, 11). Иисус начал Своё служение с проповеди покаяния (4:17). В Нагорной проповеди Он объявил, что Бог предлагает прощение тем, кто искренно и смиренно алчет и жаждет праведности (5:3-6). В Своей молитве, которую Он оставил как образец, Иисус учил Своих учеников продолжать просить Бога о прощении (6:12). Начиная со Дня Пятидесятницы, ранняя Церковь проповедовала покаяние грехов как неотъемлемую часть вести Евангелия (Деян. 2:38; 3:19; 5:31).

Цель покаяния — Божье прощение, и это — состоящая из двух частей тема Евангелия: люди должны отвратиться от греха, чтобы Бог их простил, очистил и спас. Только те обретают спасение и входят в Царство Божье, кто признаёт свою греховность и раскаивается в своих грехах. Следовательно, те, кто считает себя уже праведным, не видят нужды в покаянии или прощении — и этим заграждают себе путь к спасению.

Это главная истина, содержащаяся в Матф. 9:9-17. Здесь мы находим одно из самых решительных, драматичных, проницательных и исчерпывающих утверждений, которые когда-либо делал наш Господь. Оно позволяет взглянуть на Его служение и на основную причину воплощения с божественной точки зрения. Это утверждение принадлежит к числу самых важных, записанных в Библии: «Я пришёл призвать к покаянию не праведников, но грешников» (ст. 13б). Эта истина раскрывает суть Евангелия и цель воплощения. Иисус пришёл в этот мир призвать к Себе грешников. Тем, кто знает, что болен неизлечимой духовной болезнью и кто не полагается на себя и не надеется исцелить себя сам, Иисус сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Иоан. 14:6).

Те, кто угоден Богу, свидетельствуют вместе с раскаивающимся мытарем в храме: «Боже! Будь милостив ко мне грешнику!» (Лук. 18:13). Августин умолял: «Господь, спаси меня от этого злодея, от меня самого». Джон Нокс, пожалуй самый великий проповедник в истории Шотландии, признавался: «В молодости, в среднем возрасте и теперь, после многих битв, я не нахожу в себе ничего, кроме развращённости». Джон Веслей писал: «Я лишён славы Божьей, всё моё сердце совершенно негодно и отвратительно, и, следовательно, вся моя жизнь, будучи порочным деревом, не может принести доброго плода». Его брат Чарльз, который написал так много замечательных гимнов, признавался: «Я низок и исполнен греха». Август Топледи, который написал любимый всеми гимн «Благодатная скала», говорил о себе: «О, чтобы такой негодный человек, как я, испытывал искушение думать высоко о себе. Я — воплощение греха и слабости, в моей плоти не обитает ничего хорошего». Когда Пётр увидел великую силу и славу Иисуса, он воскликнул: «Выйди от меня, Господи! Потому что я человек грешный» (Лук. 5:8). В своём 1-м Послании к Тимофею Павел подвёл итог вере каждого честного верующего: «Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришёл в мир спасти грешников, из которых я первый» (1 Тим. 1:15).

Если бы Иисус пришёл спасти праведных, Его воплощение не имело бы смысла. Праведные не нуждаются в спасении. Но всему человечеству следует учесть тот факт, что без спасающего дела Иисуса Христа нет праведных людей. «Нет праведного ни одного; нет разумеющего; никто не ищет Бога. Все совратились с пути, до одного негодны; нет делающего добро, нет ни одного» (Рим. 3:10-12).

Многие люди, такие как книжники и фарисеи в дни Иисуса, считают себя праведными. Таковым Иисус не предлагает надежду и помощь, потому что они не признают, что нуждаются в ней. Первое заявление Евангелия — отрицательного свойства. Оно гласит, что каждый человек грешен, отделён от Бога и приговорён к аду. Человек не будет искать спасения, пока не поймёт, что он погибший. Поэтому первый шаг в провозглашении Евангелия — сказать людям, что они погибшие грешники, и первый шаг в принятии Евангелия — осознание людьми того, что они погибшие. Человек не будет стремиться к исцелению, если не будет убеждён, что он болен; он не будет стремиться к жизни, пока не осознает, что он мёртв. Следовательно, обращение происходит в том человеке, который готов принять смертный приговор, а также Божье оправдание. Человек, который не признаёт, что осуждён на смерть, не имеет надежды получить новую жизнь.

Матфей раскрывает эту главную истину Евангелия серией тщательно отобранных сообщений о чудесах Иисуса, которые показывают, что Иисус — обещанный Мессия. Первые три чуда (см. Матф. 8:1-17) были связаны с болезнью и продемонстрировали власть Иисуса над недугами и телесными немощами. После этих чудес последовала реакция трёх потенциальных учеников, чьё нежелание заплатить цену за ученичество выдало отсутствие в них подлинной веры (8:18-22; ср. Лук. 9:57-62). Вторая группа из трёх чудес продемонстрировала власть Иисуса над природой, над бесами и над грехом (см. 8:23–9:8).

Реакция на эти три чуда излагается в данном отрывке. Первая часть реакции — положительная, — проявилась в том, что раскаивающийся грешник принял Евангелие. Вторая — отрицательная, — в том, что те, кто считал себя уже праведным, отвергли Евангелие.

После того как Иисус простил грех парализованного (9:2), у многих наверняка возникли вопросы: «Как много греха Бог готов простить? Чей грех может быть прощён, а чей — нет? Каковы параметры и границы Его прощения? Каковы условия прощения, и как далеко оно заходит?» Именно на эти вопросы даётся ответ в ст. 9-17.

ПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ РЕАКЦИЯ

Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфей, и говорит ему: «Следуй за Мной». И он встал и последовал за Ним.

И когда Иисус возлежал в доме, многие мытари и грешники пришли и возлегли с Ним и учениками Его (9:9-10)

Когда Господь покинул Капернаум, «Свой город» (ст. 1; ср. 4:13), проходя оттуда, Он увидел человека по имени Матфей. Марк называет Матфея Левием, сыном «Алфеевым» (Марк. 2:14; ср. Лук. 5:27). Не было ничего необычного в том, что человека знали по нескольким именам. Фому также звали Близнецом (Иоан. 11:16), Марка иногда называли Иоанном (Деян. 12:12), а Пётр был известен как Симон (Матф. 4:18). Может быть, именно Господь дал Левию новое имя Матфей (что значит «дар Иеговы, или Яхве»), как Он дал Симону имя Пётр (что значит «камень»; см. Матф. 16:18; Иоан. 1:42).

Понимая, что Матфей писал эти два стиха о себе, мы получаем некоторое представление о его скромности и смирении. С точки зрения автора, самая важная истина о его прежнем характере выражена в словах «сидящий у сбора пошлин». Для евреев в те дни одна эта фраза указывала на то, что Матфей был самым презираемым, отвратительным и продажным человеком в Капернауме.

Матфей был публикани (что в некоторых переводах переводится как мытарь). Он служил римским оккупантам тем, что собирал для римской казны налоги со своего народа. По роду своей должности Матфей, в первую очередь, должен был быть верным Риму. Подданные страны или провинции, захваченной Римом, могли купить право облагать определёнными налогами население и путешественников. Купивший это право должен был собирать установленное количество налогов для Рима, а всё, собранное сверх этого, мог оставлять себе. Так как его власть взимать налоги была, фактически, неограниченной и усиливалась римскими войсками, владелец права собирать налоги, по сути, имел разрешение на вымогательство. По этим причинам понятно, что народ считал публикани предателями, которых обычно презирали даже больше, чем римских чиновников или воинов.

Многие сборщики налогов брали взятки от богатых за то, что сокращали и изменяли ставки их налогов, а затем пропорционально взыскивали больше со средних и низших слоёв населения, чем ещё больше усиливали ненависть к себе. Пользуясь властью завоевателей, они за счёт соотечественников накапливали огромные состояния.

Большинство евреев считало, что теократия, то есть Божье правление через назначенных Им вождей, — бывшее при Моисее, судьях и еврейской монархии, — единственно правильная форма управления. Любую чужую власть над собой они считали незаконной, поэтому и обложение налогами любым из таких правительств считалось несправедливым и нечестивым. Следовательно, налогообложение Римом не только было вымогательством, но и заставляло их идти на компромисс с национальными чувствами и убеждениями. Именно такие взгляды побудили фарисеев спросить Иисуса, следует ли платить налоги кесарю (Матф. 22:17). И если бы Иисус сказал «да», в их представлении Он стал бы предателем и отступником.

Известный еврейский учёный Альфред Эдершайм пишет, что мытари изгонялись из синагог, им запрещалось иметь любые религиозные или общественные связи с собратьями-евреями. Их ставили в один ряд с нечистыми животными, к которым набожный еврей даже не прикоснулся бы. Они принадлежали к разряду свиней, и так как их считали предателями и прирождёнными лжецами, их приравнивали к грабителям и убийцам, и им запрещалось свидетельствовать в любом еврейском суде.

Эдершайм утверждает, что существовало две категории мытарей публикани. Первая категория, которых евреи называли габбаи, собирала самые разные налоги, такие как налог на землю и другую собственность, подоходный налог, а также так называемые подушные, или регистрационные, налоги. Главный земельный налог (сумма, выплачиваемая Риму) составлял одну десятую часть от зерновых и одну пятую — от плодов и вина. Подоходный налог равнялся одному проценту заработка, а размер подушного налога периодически менялся.

Вторая категория сборщиков налогов называлась мокхес. Они собирали налоги за использование чего-либо — налоги, похожие на современную пошлину на импорт, дорожный сбор, плату за стоянку судов, плату за разрешение заниматься бизнесом и тому подобное. Мокхес имели почти неограниченные полномочия пользоваться своей налоговой властью и могли обложить налогом, фактически, любой товар или деятельность. Они могли, например, обложить налогом лодку рыбака, рыбу, которую он поймал с этой лодки, и причал, где он разгрузил свой улов. Они могли обложить налогом транспорт путешественника, его рабов и слуг и его товары. Они имели право вскрыть личное письмо и посмотреть, не связана ли корреспонденция с каким-либо бизнесом, облагаемым налогом.

Было два вида мытарей мокхес. Представители одного вида, называемые крупные мокхес, нанимали других людей для сбора налогов и, благодаря частичной анонимности, в какой-то мере сохраняли свою репутацию среди соотечественников. Представители другого вида, называемые мелкими мокхес, сами определяли сумму налогов и собирали их, и поэтому были в постоянном контакте с членами сообщества, а также с проходившими путешественниками. Мытарей габбаи презирали, крупных мокхес презирали больше, а мелкие мокхес были в числе самых презираемых.

Матфей явно был мелким мокхес, потому что, когда Иисус проходил по окраине Капернаума, он сам сидел у сбора пошлин. И именно этому человеку, самому презренному из презренных, Иисус сказал: «Следуй за Мной!» Первым читателям Евангелия от Матфея, как и свидетелям этой удивительной встречи, было понятно, что Иисус простёр Своё прощение даже на изгоев общества.

Хотя не сообщается, сказал ли Матфей что-либо в ответ на призыв Иисуса, из контекста кажется очевидным, что он глубоко осознавал свой грех и духовную нужду. Так как Иисус сотворил много чудес и много учил в окрестностях Капернаума, Матфей, возможно, был хорошо знаком с Его служением, независимо от того, слышал ли он проповедь Иисуса или видел совершённое Иисусом чудо. И хотя Матфей не разыскивал Иисуса, как сотник (Матф. 8:5) и парализованный (9:2), похоже, он жаждал прощения, которого, согласно извращённой системе иудаизма, никогда не смог бы получить. Поэтому, когда Господь позвал его, он немедленно встал и последовал за Ним.

Из скромности Матфей не упоминает один факт, но Лука сообщает нам, что в тот момент, когда Иисус позвал Матфея, «он, оставив всё, встал и последовал за Ним» (Лук. 5:28). Этот простой призыв Иисуса был более чем достаточной причиной для Матфея оставить всё, что он имел. Так как Матфей занимал должность представителя Рима, он знал, что, покинув свой пост, он уже никогда не вернёт его. Матфей знал цену и готов был заплатить её. Из всех учеников Матфей, несомненно, принёс самую большую материальную жертву, однако сам он не упоминает о ней. Он чувствовал то же самое, что чувствовал Павел: «Что для меня было преимуществом, то ради Христа я почёл тщетой» (Фил. 3:7).

Когда человек по-настоящему обращается к Богу, он сразу же оставляет свою старую жизнь. Старые привычки, нормы и обычаи больше не привлекают его, и он с радостью готов оставить их. Эдершайм говорит о Матфее: «Он не сказал ни слова, потому что его душа была в состоянии немого удивления от неожиданной благодати». Матфей был далёк от того, чтобы огорчаться по поводу утраченного. Его душу переполняла радость. Он лишился карьеры, но приобрёл судьбу; потерял материальные богатства, но приобрёл духовное состояние; потерял временную безопасность, но приобрёл вечную жизнь.

В одном из своих прекрасных стихотворений Эми Кармайкл писала:

Я слышу зов: «Иди за Мной», —

О, сколько счастья в нём!

В богатстве тлен,

Душе греховный плен.

Меня принял и

Снял Он груз грехов.

Ужель не внемлешь,

Слыша Божий зов?

Как и многие новообращённые, Матфей первым делом хотел рассказать о Спасителе своим друзьям. Он настолько был переполнен чувствами, что устроил пир, чтобы представить Иисуса своим друзьям, которые как мытари и грешники были отвергнуты обществом и религиозными кругами. Мы узнаём от Марка (2:15) и Луки (5:29), что пир проходил в доме Матфея. Это ещё один факт, который Матфей скромно опускает в своём отчёте об этом событии.

Среди мытарей, несомненно, были местные габбаи из Капернаума и, возможно, даже некоторые сослуживцы мокхес из округи. Среди грешников, несомненно, были грабители, убийцы, пьяницы, блудницы и другие неверующие, нечестивые люди. Они были местным сбродом и, должно быть, были заинтригованы перспективой возлечь и трапезничать с Иисусом, Которого они знали как Учителя праведности, и Его учениками.

Наверное, благодаря этому пиру Иисус впервые приобрёл среди Своих противников репутацию человека, «который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (Матф. 11:19; ср. Лук. 15:2). Большинство религиозных евреев, и особенно гордые и самоправедные книжники и фарисеи, не могли представить, чтобы кто-либо из евреев общался с такой группой грешников, за исключением тех, кто сам был таким же, как они.

Евреи в дни Иисуса использовали слово хамартолой (грешники) почти как синоним по отношению к людям, которые не имели ни уважения, ни интереса к закону Моисея или раввинским традициям. На них смотрели как на самых отвратительных, презренных и никчемных. Однако именно к некоторым из них Иисус и ученики присоединились на пиру в доме Матфея.

Реакция Матфея на призыв Иисуса была мгновенной и положительной, и стремление поделиться своей верой и рассказать о своём новом Господине свидетельствует о его искренности. Такой же искренней была вера Закхея, ещё одного презренного, богатого сборщика налогов, который добровольно решил отдать половину своего состояния бедным и воздать вчетверо всем, кого обманул (Лук. 19:8).

Что думала об Иисусе эта группа мытарей и грешников до или после трапезы — неизвестно, но их реакция была, по крайней мере, достаточно положительной, чтобы послушать Его и разделить с Ним трапезу. Однако главным в данном эпизоде было то, что не мытари и грешники стремились к общению с Иисусом, а Иисус желал общения с ними, и это больше всего оскорбляло фарисеев.

ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ РЕАКЦИЯ

Увидев то, фарисеи сказали ученикам Его: «Почему Учитель ваш ест и пьёт с мытарями и грешниками?» (9:11)

Реакция фарисеев довольно сильно отличалась от реакции Матфея. Они были оскорблены тем, что этот Учитель, Который утверждал, что защищает нормы праведности, превышавшие их собственные (см. Матф. 5:20), охотно садился и ел с такими ужасными грешниками. Несомненно, они также были обижены и унижены тем, что Иисус не оказывал им такого расположения. Если Он действительно человек Божий, рассуждали они, то почему Он не устроит пир для них, как для хранителей религиозной чистоты и примеров для подражания?

Фарисеи не противостали Иисусу прямо, а вместо этого привели в смущение Его учеников. Узнав о пире, эти еврейские вожди ожидали вне дома, наблюдая за тем, что там происходит, чтобы потребовать затем объяснений по поводу неприемлемой деятельности. Слова «Почему Учитель ваш ест и пьёт с мытарями и грешниками?» были больше упрёком, чем вопросом. По мнению самих фарисеев, этот вопрос был в значительной степени риторическим, так как сами они не верили, что на него можно дать удовлетворительный ответ. Их вопрос был неискренним; они просто давали выход своей враждебности. Они стремились поставить учеников и их Учителя в затруднительное положение. Свои вопросы фарисеи задавали не ради правды, а чтобы уловить и обвинить этого дерзкого выскочку, который переворачивал их религиозную систему с ног на голову.

Даже на этой сравнительно ранней стадии служения Иисуса фарисеи проявляли негодование и мстительность. Иисус уже сказал и сделал более чем достаточно, чтобы утвердить Себя как несогласного почти со всем, за что они держались и что считали священным. Они не видели в себе никаких недостатков, зато в других, кто хоть чем-то отличался от них, не видели ничего хорошего. Фарисеи были настолько довольны собой, что своих врагов считали врагами Бога. Они были настолько убеждены в своей догматической правоте, что любое мнение или норма, которые противоречили их собственным представлениям, клеймились как еретические и нечестивые. Они был настолько убеждены в своей нравственной и духовной праведности, что любой, кто подвергал сомнению их святость, подвергал сомнению святость Божью. Единственное, что могло быть хуже, чем пренебрежение ими — религиозной и нравственной элитой общества, — это дружеское отношение к мытарям и грешникам, религиозным и нравственным изгоям общества. А Иисус делал и то, и другое.

Фарисеи не думали, что нуждаются в Божьем прощении, и были уверены, что мытари и грешники не заслуживали его. Их «служение» заключалось не в том, чтобы помогать, а в том, чтобы порицать; не в том, чтобы поднимать, а в том, чтобы осуждать. Они не хотели иметь ничего общего с Человеком, Который, напротив, осуждал их самодовольство и предлагал прощение явным грешникам.

ДОВОДЫ

Иисус же, услышав это, сказал им: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные. Пойдите, научитесь, что значит: „Милости хочу, а не жертвы“. Ибо Я пришёл призвать к покаянию не праведников, но грешников» (9:12-13)

Иисус же, услышав это обвинение, ответил на него вместо учеников. Поступив так, Он, несомненно, смутил фарисеев и привёл их в ещё большее негодование. То, что фарисеи подошли к Его ученикам, позволяет предположить, что они боялись противостоять Самому Иисусу. И то, что Он нечаянно услышал и ответил на их явное осуждение Его поступков, для них было больше чем простое замешательство.

Хотя Иисусу были хорошо известны истинные намерения фарисеев (ср. 9:4), Он принял их вопрос в буквальном смысле и точно объяснил, почему Он сделал то, что сделал. В Своём коротком ответе Иисус привёл три довода в защиту Благой вести о прощении и примирении, той Благой вести, в которой отражалось Его желание вкушать пищу с этими нечестивыми и безнравственными мытарями и грешниками.

ДОВОД ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЛОГИКИ

В первую очередь Иисус сказал им: «Не здоровые имеют нужду во враче, но больные». «Если, — говорил Он фарисеям, — вы действительно настолько духовно и морально совершенны, как утверждаете, то вам не нужна никакая помощь от Бога или от людей. Если вы на самом деле духовно здоровы, вам не нужен духовный врач. С другой стороны, эти мытари и грешники, — которых вы считаете, и они сами с этим соглашаются, духовно больными, — признают, что они грешники, нуждающиеся в том, чтобы им указали Божий путь спасения. Они стремятся найти духовного врача, и поэтому Я служу им».

Аналогия проста. Точно так, как от врача ожидают, что он будет идти к больным, так и тот, кто прощает, должен идти к грешникам. Иисус отдавал Себя тем, кто признавал свою глубочайшую нужду. Какой доктор будет проводить всё своё время со здоровыми людьми и откажется общаться с больными? «Вы те врачи, которые ставят диагноз, но не желают лечить? — как бы спрашивал Иисус у фарисеев. — Неужели вы расскажете человеку, чем он болен, и откажетесь дать ему лекарство от болезни?» Какое обвинение их самоправедному жестокосердию! Фарисеи были вполне готовы оставлять в грехе тех, кому поставили диагноз грешников.

И как Господь обвинил их позже, эти книжники и фарисеи оказались лицемерами. Они проявляли старательность, давая «десятину с мяты, аниса и тмина», но совершенно не считались с вопросами истинной праведности и «оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру» (Матф. 23:23). Их святость была внешней, а не внутренней; они совершали множество ритуалов, но не имели праведности. Они любили осуждать, а не ободрять; судить, а не помогать. Они любили себя, а не других, и подтвердили, что не имеют сострадания и милости, требуемых Божьим законом — законом, которому, как они решительно заявляли, они учили, который практиковали и защищали.

Как могли фарисеи пропустить или забыть Божьи чудесные и милосердные заявления, как например: «Я Господь, целитель твой» (Исх. 15:26). Как они могли пренебрегать этим служением Христа и даже негодовать по поводу исцеления тех, кого Сам Бог желал исцелить? Те, кто считал себя вполне здоровым, доказали, что являются самыми больными из всех!

ДОВОД ИЗ ПИСАНИЯ

Второй довод Иисуса был взят прямо из Писания. «Пойдите, научитесь, — говорит Он, — что значит: „Милости хочу, а не жертвы“». Христос лишил их возможности сопротивляться их собственным Писанием. Слова «пойдите, научитесь» обычно использовались в раввинских произведениях, чтобы упрекнуть тех, кто не знал того, что должен был знать. Иисус использовал самые почитаемые фарисеями авторитеты, чтобы упрекнуть их в незнании истинной природы Бога и в неспособности следовать Его ясным заповедям.

Иисус цитировал здесь пророка Осию, через которого Бог сказал: «Я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений» (Ос. 6:6). «Вас должно интересовать совершенное Слово Божье, а не порочные слова людей, — говорил Иисус. — А Его Слово призывает вас являть милость и прощать, а не судить и порицать».

То, что эта цитата была из книги пророка Осии, ещё больше заострило ситуацию. История неверности Гомери своему мужу Осии была живым примером неверности Израиля Богу; а любовь и прощение Осии, который продолжал любить и прощать Гомерь, описывает продолжающуюся любовь и прощение Бога, что Он и предлагал Израилю. И как тогда, так и теперь Бог всё ещё желал милости, а не жертвы. Без милости все ритуалы, церемонии и жертвы фарисеев были неприемлемы для Бога. Не имея милости, они оказались более нечестивыми, чем презренные мытари и грешники, которые не претендовали на благочестие.

Бог установил систему жертвоприношений решением свыше, и когда предписанные жертвы приносились Богу в духе смирения, раскаяния и благоговения, они были угодны Ему. Но принесённые неискренне и в духе самоправедности и самодовольства, они превращались в мерзость. Ритуалы и церемонии были действенны настолько, насколько раскаивался поклонявшийся. А человек, который в благоговении жертвует Богу, будет служить с искренней милостью и ближнему. И наоборот, человек, который равнодушен к другим людям, показывает, что он равнодушен и к Богу, независимо от того, насколько правильно его богословие и безупречны его нравственные нормы. Человек, который рассматривает явных грешников как тех, кто предназначен только для осуждения, доказывает, что он сам ещё больший грешник. Те, кто далёк от того, чтобы проявлять милость, далеки и от того, чтобы получить милость (см. Матф. 6:15; 18:23-35).

Бога никогда не радует религиозная практика и деятельность, совершаемая без любви к Нему и к другим людям. Обряд, отделённый от праведности, — это притворство и оскорбление Бога. «Ненавижу, отвергаю праздники ваши, — заявлял Бог Израилю, — и не обоняю жертв во время торжественных собраний ваших. Если вознесёте Мне всесожжение и хлебное приношение, Я не приму их и не призрю на благодарственную жертву из тучных тельцов ваших. Удали от Меня шум песен твоих, ибо звуков гуслей твоих Я не буду слушать. Пусть, как вода, течёт суд, и правда — как сильный поток!» (Ам. 5:21-24).

ДОВОД, ОСНОВАННЫЙ НА ЛИЧНОМ АВТОРИТЕТЕ

В-третьих, Иисус защищал Своё дело, основываясь на Своём собственном авторитете: «Я пришёл призвать к покаянию не праведников, но грешников». Он с радостью общался со сборщиками налогов и другими грешниками и отождествлял Себя с ними, потому что они нуждались в Нём. Параллельный текст в Лук. 5:32 тоже добавляет слова «к покаянию». Именно раскаивающийся человек, сознающий себя грешником и отвращающийся от своего греха, является объектом божественного призыва Иисуса. Грешник, считающий себя праведником, лишает себя милости Божьей, поскольку отказывается признать свою нужду в ней. Он отвергает призыв Иисуса к спасению, потому что отвергает истину о том, что он погибший грешник.

В ответ на ещё одно обвинение фарисеев и книжников, что Он «принимает грешников и ест с ними» (Лук. 15:2), Иисус привёл три примера прощения Богом кающегося грешника и заботы о нём. Используя истории о пропавшей овце и потерянной монете, Он указывает на истину, что «на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (ст. 7; ср. ст. 10). В притче о блудном сыне Иисус драматично иллюстрирует две истины: 1) Бог чрезмерно радуется, когда грешник в смирении кается; и 2) Он огорчается, когда самоправедный человек (представленный старшим братом) сам не прощает других и ещё негодует, когда Бог прощает их (см. особенно ст. 21-32).

Слово калео (призывать) часто употреблялось в значении приглашения гостя на трапезу с ночлегом. Вывод здесь ясен. Иисус не пришёл призвать самоправедных к спасению, поэтому Он и не пригласил фарисеев возлечь с Ним на трапезе в доме Матфея. Фарисеи были слишком хороши в своих глазах, чтобы унизиться до такой степени. И поскольку они не отождествляли себя с собратьями-грешниками, они не могли отождествить себя с Христом, Который предлагает спасение только грешникам, готовым признать, что они — грешники.

«Так как вы считаете себя уже праведниками, — говорил Господь, — Я пришёл призвать не вас. Так как вы довольны собой, Я не буду вмешиваться в ваши дела». Фарисей, который гордо стоял в храме и благодарил Бога за свою собственную праведность, не видел нужды в прощении и поэтому не был прощён. А кающийся мытарь с сокрушённым сердцем, который бил себя в грудь и «говорил: „Боже! Будь милостив ко мне грешнику!“… пошёл оправданным в дом свой» (Лук. 18:10-14). В том же храме Иисус сказал группе фарисеев: «Я отхожу, и будете искать Меня, и умрёте во грехе вашем. Куда Я иду, туда вы не можете прийти» (Иоан. 8:21; ср. ст. 24). Тот, кто думает, что он праведен и духовно безопасен без Христа, не имеет ничего общего с Христом, Который пришёл призвать к покаянию грешников. Он не может искать и спасать тех, кто не признаёт, что он погибший (см. Лук. 19:10). Логика, Писание и Сам Иисус говорят о том, что прощение — для грешных, и спасение — для погибающих.

В одной из Своих последних притч Иисус наглядно описывает эту истину. Он изображает Своё Царство как великий свадебный пир для царского сына, на который царь разослал множество приглашений. Когда приглашённые гости, представляющие Израиль, были званы в назначенное время, но не захотели прийти, царь несколько раз посылал слуг, чтобы те упросили гостей пересмотреть своё решение. Когда же они всё же отказались, оскорбили слуг и даже убили некоторых из них, разъярённый царь приказал своим войскам уничтожить убийц и сжечь город. Затем он послал слуг по всему царству, даже в самые отдалённые места, чтобы собрать всех, кого смогут найти, и привести их на пир (см. Матф. 22:1-10; ср. 21:33-46). Эту историю Иисус рас- сказал фарисеям в Капернауме. Будучи по крови евреями, они уже были приглашёнными гостями на пир Господа, но отказались прийти и вели себя враждебно по отношению к посланникам. Поэтому, как они стояли вне дома Матфея и наблюдали, как мытари и грешники ели с Иисусом, так они будут стоять и вне Божьего Царства и наблюдать, как самым разным раскаявшимся грешникам и отверженным там будет оказан радушный приём.

Божье Царство — для духовно больных, которые хотят исцелиться; для духовно развращённых, которые хотят очиститься; для духовно нищих, которые хотят быть богатыми; для духовно алчущих, которые хотят насытиться; для духовно мёртвых, которые желают ожить. Оно — для нечестивых изгоев, которые страстно желают стать любимыми детьми Самого Бога.

ПРИМЕРЫ

Тогда приходят к Нему ученики Иоанна и говорят: «Почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не постятся?» И сказал им Иисус: «Могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься. И никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из небелёной ткани, ибо вновь пришитое отдерёт от старого, и дыра будет ещё хуже. Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают; но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое» (9:14-17)

Мы не знаем, спустя какое время после встречи Иисуса с фарисеями пришли к Нему ученики Иоанна, но логическая связь их вопроса с вопросом фарисеев прослеживается ясно. В отличие от вопроса фарисеев, вопрос учеников Иоанна был искренним, но в нём отражалась всё та же озабоченность по поводу учения и деятельности Иисуса, как не соответствующих принятым религиозным нормам.

Вскоре после того как Иоанн Креститель крестил Иисуса, он, по сути, передал своих учеников Иисусу, сказав: «Вы сами мне свидетели в том, что я сказал: „Не я Христос“, но „я послан перед Ним“… Ему должно расти, а мне умаляться» (Иоан. 3:28, 30). Однако не все ученики Иоанна последовали за Иисусом, и даже спустя много времени после Дня Пятидесятницы Апостол Павел встречал некоторых из них в Ефесе, которые ничего не знали о вере, кроме «Иоаннова крещения» (Деян. 19:1-3).

Иоанн Креститель был тогда в темнице (см. Матф. 4:12), и те из его учеников, которые не последовали за Иисусом, остались лишь со своими традиционными еврейскими церемониями и обрядами. В отличие от фарисеев, находившихся у дома Матфея, они прямо пришли к Иисусу, говоря: «Почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не постятся?» Ветхий Завет предписывал только один пост — на Йом Киппур, День Очищения (см. Лев. 16:29, 31, где фраза «смиряйте души ваши» [от древнееврейского ана, означающего «причинять страдания или смирять»] обычно включала в себя идею воздержания от пищи). Но еврейская традиция требовала поститься два раза в неделю (см. Лук. 18:12), и эти ученики тщательно соблюдали данный обычай.

Во дни Иисуса, наряду с милостыней и определёнными предписанными молитвами, пост два раза в неделю был одним из трёх основных проявлений ортодоксального иудаизма. Книжники и фарисеи относились к этим обычаям очень серьёзно и не только заботились о том, чтобы верно соблюдать их, но и делали это на виду у всех — якобы как свидетельство истинного благочестия, но на самом деле как свидетельство их мнимой набожности. Подавая милостыню, они трубили об этом «в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди» (Матф. 6:2). Молясь «в синагогах и на углах улиц», они поступали так, «чтобы показаться перед людьми» (ст. 5). А, постясь, были «унылы… и [принимали] на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися» (ст. 16). Они рассматривали религию не как смирение, покаяние и прощение, а как церемонию и проявление гордости. Поэтому внешние обряды, которые выставлялись напоказ как признак благочестивой праведности, фактически характеризовали их как нечестивых лицемеров, о чём говорил Иисус в каждом из трёх процитированных выше стихов (ср. 5:20).

Религиозные обряды и обычаи всегда представляли собой опасность для истинного благочестия. Многие церемонии, такие как молитвы святым, зажигание свечи за покойного родственника, по сути, являются ересью. Однако даже тогда, когда в самой традиции нет заблуждения, но форма молитвы, поклонения или служения становится центром внимания, она становится препятствием на пути к истинной праведности. Она может удерживать неверующего от веры в Бога, а верующего — от верного послушания Ему. Даже посещение церкви, чтение Библии, молитва о пище и пение духовных гимнов может стать лишённым жизни обычаем, в котором нет места истинному поклонению Богу.

Сначала Иисус ответил ученикам Иоанна так: «Могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься».

В древности свадьба обычно продолжалась семь дней, и жених назначал своих лучших друзей сынами чертога брачного, ответственными за празднества. Празднование свадьбы было для них временем не печали, а радости. Иисус хотел подчеркнуть, что неуместно было Его ученикам печалиться и поститься в то время, когда Он был с ними. Неискренний, внешний, лицемерный пост, который совершали фарисеи, был, конечно же, неуместным. Но даже искренний пост был не к месту, пока Иисус, божественный жених, находился среди Своего народа. Их пост не согласовывался с тем, что делал среди них Бог в тот момент. Между их ритуалом и духовной реальностью не было никакой связи.

Пост не имеет смысла, если совершается по привычке и не является результатом глубокой озабоченности и печали по поводу какой-либо духовной нужды. Ходить в церковь по воскресеньям — это лицемерие, если делается без искреннего желания поклоняться и славить Бога. Пение гимнов — это лишь притворство, что мы поклоняемся Богу, если не исходит из сердца, стремящегося прославить Господа.

«Но придут дни, — объясняет Иисус, — когда отнимется у них жених». «Отнимется» — от слова апайро, которое несёт в себе идею внезапного перемещения, когда что-то грубо, резко выхватывается. Иисус явно имел в виду Своё распятие, которое внезапно и грубо заберёт Его от Его последователей, верных сынов чертога брачного. Тогда наступит время печалиться, и тогда они будут поститься.

Но в настоящее время, говорил Иисус, пост неуместен. Когда нет причины печалиться, нет причины и поститься. Желание поститься возникает в сокрушённом и опечаленном сердце естественно, но пост как пустой ритуал, без сокрушения в сердце, — оскорбление для Бога.

Однако за вопросом учеников Иоанна стояла ещё более важная проблема. Поскольку они не стали учениками Иисуса, как советовал им Иоанн, у них не было основания для подлинной веры. Но им, как и фарисеям, было ясно, что учение Иисуса и Его дела радикально отличались от учения и дел традиционного иудаизма. Следовательно, за их вопросом о посте мог стоять более глубокий интерес к прощению. «Почему, — могли удивляться они, — Ты придаёшь особое значение вечным понятиям, таким как прощение, тогда как наши религиозные вожди подчёркивают только внешнее, например пост?»

Следующие два примера отвечают на этот вопрос. Иисус ясно дал понять, что Он не учил реформированному фарисейству или реформированному раввинизму. Он учил тому, как можно совершенно иначе верить, думать и жить. Иисус пришёл не для того, чтобы улучшить старую систему. Он пришёл, чтобы отвергнуть и разрушить её. Его путь не имел ничего общего со старыми путями, и старому не было места в новом. Эти два пути не могут быть соединены друг с другом, и один путь не может вместить в себя другой.

Чтобы проиллюстрировать истину, что Его новый путь нельзя соединить со старым, Иисус сказал: «И никто к ветхой одежде не приставляет заплаты из небелёной ткани, ибо вновь пришитое отдерёт от старого, и дыра будет ещё хуже». Ткань в те дни была в основном шерстяная или льняная; и та, и другая садится после стирки. Если к ветхой одежде пришить заплату из новой, небелёной ткани, напоминал им Иисус, тогда после первой стирки новая заплата сядет и отдерёт от старого, и дыра будет ещё хуже, чем прежде. Таким же образом, новое сокровенное Евангелие прощения и очищения, которое принёс Иисус, не может быть приложено к старым внешним традициям самоправедности и обрядности.

Чтобы показать, что Его новый путь не совместим со старым, Иисус сказал: «Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают».

Вино часто хранили в мехах, сделанных из шкур животных, которые особенным образом приготавливались для этой цели. Шкура оставалась неразрезанной, надрезы делались только на ногах и шее, и иногда её выворачивали наизнанку. Ножные отверстия зашивались и герметически закрывались, а шея использовалась как горлышко, которое завязывалось кожаным ремнём или верёвкой. Ветхие мехи, в конце концов, высыхали и становились ломкими, и если кто-нибудь вливал в них молодое вино, они трескались и прорывались, и вино вытекало. Единственно подходящая ёмкость для молодого вина — это новые мехи. Таким же образом, только новая жизнь, данная Богом человеку, который раскаивается в своих грехах и обращается с верой к Иисусу Христу как Господу и Спасителю, может быть наполнена истинной праведностью.

Фарисейская, законническая, внешняя, самоправедная система традиционного иудаизма не могла ни присоединиться к служению и учению Христа, ни вместить его. Следовательно, эта система имела только один выбор — противиться Христу и пытаться устранить Его, что она и делала.

Здесь необходимо внести ясность. Тот факт, что Иисус избавлялся от старого и внедрял новое, не значит, что Он устранял закон и возвещал наступление периода благодати, — как на протяжении истории утверждали многие толкователи, а некоторые утверждают и по сей день. Ничто не может быть дальше от истины. Иисус ясно заявил, что Он пришёл не нарушить закон, но исполнить его, и любой противник закона становится противником Бога (Матф. 5:17-19). Божий закон и Его благодать всегда сосуществовали и всегда были вполне совместимы. Ветхими мехами были не божественно явленные истины Ветхого Завета, а раввинские традиции, которые появились, чтобы затмить, вытеснить и зачастую отвергнуть истину.

В этом отрывке мы можем обнаружить три признака истинного верующего. Во-первых, истинный верующий, как Матфей, следует за Господом. Он живёт жизнью полного повиновения. Матфей не ставил никаких условий и не искал оправданий; он просто «встал и последовал за Ним» (ст. 9). Явившись Петру после воскресения, Иисус сказал «ему: „Иди за Мною“. Пётр же, обернувшись, видит идущего за ним ученика, которого любил Иисус… Его увидев, Пётр говорит Иисусу: „Господи! А он что?“ Иисус говорит ему: „Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того? Ты иди за Мной“» (Иоан. 21:19-22). Истинный верующий никогда не сомневается в Божьей истине и не противится Божьим нормам жизни.

Во-вторых, истинный верующий имеет сострадание к неспасённым. Как в Матфее, в нём живёт сильное желание приводить других к Христу. Этому желанию иногда могут мешать эгоистичные интересы, но оно обязательно будет присутствовать. Так как мы знаем «страх Господень, мы вразумляем людей» прийти к Богу за спасением (2 Кор. 5:11). И если «любовь Христова объемлет нас» (ст. 14), эта любовь подскажет нам, как свидетельствовать о Нём другим людям. И наша любовь к неспасённым, и наша любовь к Христу побуждают нас быть Его орудиями, когда Он ищет и спасает погибающих (Лук. 19:10). Живущий в нас Дух Христов даёт нам сострадание к погибающим, и человек, который не желает приобретать погибающих для Бога, не имеет основания говорить о принадлежности Христу и Его Святому Духу.

В-третьих, истинный верующий отказывается от законничества и обрядности. Его пост — это проявление истинной духовной озабоченности, и он не пытается соединить свою новую жизнь во Христе со старыми традициями или религией и не пытается вместить её каким-то образом в свою старую систему. Он знает, что они несовместимы и совершенно противоположны. Он знает, что то, что начато в Духе, не может завершиться плотью (Гал. 3:3). Истинная праведность прощённого и очищенного сердца не может быть увеличена или дополнена внешними религиозными делами. Свобода во Христе не имеет ничего общего с рабством законничества.

Джон Ньютон, описывая в духовном гимне собственное обращение, трогательно рисует картину преобразующей силы Христа:

Зло пил я чашей допьяна,

Не знал в грехе позор…

Вдруг Некто пробудил от сна

И приковал мой взор.

Распятый за грехи людей —

Из ран струилась кровь.

Взглянул и средь Его скорбей

Увидел я любовь.

Хоть не понять мне, почему

Спаситель жизнь отдал,

Всем сердцем я стремлюсь к Нему:

Он за меня страдал.

Власть Христа над смертью

Когда Он говорил им это, подошёл к Нему некий начальник и, кланяясь Ему, говорил: «Дочь моя теперь умирает; но приди, возложи на неё руку Твою, и она будет жива». И встав, Иисус пошёл за ним, и ученики Его. И вот женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением, подойдя сзади, прикоснулась к краю одежды Его, ибо она говорила сама в себе: «Если только прикоснусь к одежде Его, выздоровею». Иисус же, обернувшись и увидев её, сказал: «Дерзай, дочь! Вера твоя спасла тебя». Женщина с того часа стала здорова. И когда пришёл Иисус в дом начальника и увидел свирельщиков и народ в смятении, сказал им: «Выйдите вон, ибо не умерла девица, но спит». И смеялись над Ним. Когда же народ был выслан, Он, войдя, взял её за руку, и девица встала. И разнёсся слух об этом по всей земле той (9:18-26)

Наверное, ни один человек современности не казался в глазах мировой общественности исполненным большего мира с собой и другими, чем Махатма Ганди. Он был воплощением душевного покоя, человеком, который обладал совершенной внутренней гармонией. За пятнадцать лет до своей смерти он писал: «Я должен сказать вам со всей скромностью, что индуизм, каким я его знаю, полностью удовлетворяет мою душу. Он наполняет всё моё существо, и в Бхагавадгите и Упанишадах я нахожу успокоение, которого нет даже в Нагорной проповеди». Но перед своей смертью он писал: «Мои дни сочтены. Вероятно, я проживу очень недолго, возможно год или немногим больше. Впервые за пятьдесят лет я нахожусь в полном отчаянии». Даже умиротворённый Ганди вынужден был осознать реальность смерти и неспособность его рукотворной религии ответить на жизненно важные вопросы или утешить перед лицом смерти.

Один турецкий часовщик решил построить для себя специальную могилу, в верхней части которой было бы окошко 20x20 см, в которую был бы проведён электрический свет и кнопка для включения наружного сигнала тревоги. В случае если бы его случайно похоронили живым, придя в себя, он смог бы нажать кнопку, чтобы позвать на помощь. Он проинструктировал своих друзей, чтобы они оставили свет гореть семь дней после его смерти и выключили только тогда, когда будут уверены, что он действительно умер.

Кладбища сопровождали человека на протяжении всей истории, они являются постоянным напоминанием его тленности. И по мере того как растёт население земли, в некоторых регионах остаётся крайне мало места для могил, и теперь всё чаще людей кремируют. Мы живём в умирающем мире, где неизбежность смерти маячит перед нами. Мы представляем собой тленных людей, обитающих в тленном мире с его трагедиями, скорбью, болью и смертью. Со времён грехопадения земля находится под проклятием. В итоге жизнь на планете неуклонно, по спирали, приходит в упадок, обрекая её обитателей на несчастья, слёзы, болезни и могилу.

Многие из нас могут привести немало примеров из жизни знакомых, которые перенесли серьёзную болезнь, пострадали от серьёзной аварии, потери близкого человека, распада семьи или других трагедий. Дети теряют мать, родители теряют ребёнка или видят, как он слабеет день ото дня от смертельной болезни. Многие люди страдают от постоянной боли, от которой не могут избавить даже самые сильные и эффективные лекарства. Другие стоят перед необходимостью долгие месяцы и годы заниматься восстановлением своего здоровья, стремясь приспособиться к новым условиям жизни, не имея конечностей, зрения, слуха или двигательных функций.

Когда Мария вышла встретить Иисуса вблизи Вифании после смерти Лазаря, Иисус, увидев «её плачущую и пришедших с ней иудеев плачущих, Сам восскорбел духом и взволновался». Иисус Сам прослезился и, «скорбя внутренне, приходит ко гробу» (Иоан. 11:33-38). Господь был не только глубоко тронут горем Марии, Марфы и её друзей, но и в бесконечности Своего разума мог мысленно обозреть все эпохи человеческой истории и почувствовать ту неизмеримую боль, которую принёс человеку грех. В Своём сострадании, которое нам трудно себе представить, Иисус глубоко скорбел, потому что ясно и в полном объёме видел всю пагубность и силу греха.

Грех не был частью Божьего плана для человека. Всё в мире было сотворено для блага и благословения человека, но грех извратил благо и благословение и принёс проклятие. В определённое Богом время грех прекратит своё пагубное действие и будет навсегда уничтожен. «Вот, скиния Бога с людьми, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрёт Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Откр. 21:3-4).

Ветхозаветные пророки предсказывали, что Мессия будет иметь власть восстановить жизнь во всей её полноте (Ис. 30:26; 35:5-6; 53:5; Мал. 4:2 и др.), и когда Иисус пришёл в мир, Он продемонстрировал эту власть. Хотя окончательно эти пророчества исполнятся только в будущем, Иисус полностью доказал Свою способность исполнить их, неся служение в Палестине, — откуда Он, фактически, изгнал болезни, где превратил воду в вино, умножал хлебы и рыбу, укротил бурю, изгонял бесов, прощал грехи и воскрешал мёртвых. Он позволил заглянуть в великое и славное будущее Царство, в котором больше не будет нужды в исцелении или пище, укрощении бурь или воскрешении мёртвых. Когда Иоанн Креститель, ожидая смерти в темнице Ирода, послал своих учеников спросить Иисуса, действительно ли Он — Мессия, Иисус ответил им: «Пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокажённые очищаются и глухие слышат, мёртвые воскресают» (Матф. 11:4-5).

Чудеса Иисуса были подтверждением Его божественной власти, которую Он однажды явит, чтобы удалить проклятие и восстановить праведность, гармонию и мир во всём Своём творении. Люди уже приводили «многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных, да сбудется речённое через пророка Исаию, который говорит: „Он взял на Себя наши немощи и понёс болезни“» (Матф. 8:16-17; ср. Ис. 53:4). «Ибо, как Отец воскрешает мёртвых и оживляет, — говорил Иисус, — так и Сын оживляет, кого хочет» (Иоан. 5:21).

Хотя Иисус имел великое сострадание к страдающим и угнетённым, которые приходили к Нему (Марк. 1:41; Матф. 9:36; 14:14), Он исцелял, очищал и воскрешал людей из мёртвых не просто ради них самих. Иисус совершал эти чудеса, чтобы продемонстрировать Свою божественность и доказать, что Он — Мессия, предсказанный ветхозаветными пророками (см. Матф. 8:16-17; 9:35; 11:5).

В 9:18-26 Матфей рассказывает о первом чуде из третьей группы, состоящей из трёх чудес (см. 8:1-22 и 8:23–9:17), — о чуде, которое, по сути, было двойным чудом, то есть чудом в чуде. Иисус воскресил маленькую девочку и в это же время восстановил здоровье женщины, которую считали почти что мёртвой. Он показал, что может вернуть жизнь всему телу и восстановить его целостность.

Канадский учёный Г. Б. Харди однажды сказал: «Когда я рассматриваю религию, я говорю: у меня есть два вопроса. Первый: победил ли кто-либо когда-либо смерть? И второй: если это ему удалось, то сделал ли он это возможным и для меня? Я проверил гробницу Будды, она была занята; я проверил гробницу Конфуция, и она была занята; я проверил гробницу Магомета, и она тоже была занята; я пришёл к гробнице Иисуса, но она была пуста. Тогда я сказал: есть Тот, Кто победил смерть. И я задал второй вопрос: сделал ли Он и для меня возможной победу над смертью? Я открыл Библию и нашёл Его слова: „Ибо Я живу, и вы будете жить“».

Это величайший, состоящий из двух частей вопрос, с которым сталкивается всё человечество. Победил ли кто-либо смерть? И если победил, то обеспечил ли он для других победу над смертью? Именно об этом вопросе идёт речь в данном отрывке.

В тексте мы находим не только чудо в чуде, но и прекрасную картину реакции Иисуса на нужды людей. Мы видим двойное описание Его силы и чувствительности, Его власти и кротости, Его полновластия и открытости, Его величия и милосердия. Мы видим, в частности, что Иисус был доступным, осязаемым и беспристрастным, и в то же время могущественным. Из двух главных участников этих событий, не считая Иисуса, один был влиятельным начальником, а другая — изгнанницей. Один был богатым, другая — бедной. Но их объединяли великая нужда и великий Помощник.

ДОСТУПНОСТЬ ИИСУСА

Когда Он говорил им это, подошёл к Нему некий начальник и, кланяясь Ему, говорил: «Дочь моя теперь умирает; но приди, возложи на неё руку Твою, и она будет жива» (9:18)

Слова «когда Он говорил им это» относятся к разговору, который Иисус вёл с критически настроенными фарисеями и смущёнными учениками Иоанна Крестителя (ст. 11-17) и в котором Он ясно дал понять, что пришёл спасти только тех, кто признаёт и исповедует свои грехи и понимает, что пути его прежней жизни по плоти и новая жизнь по духу совершенно несовместимы.

Марк (5:22) и Лука (8:41) поясняют, что человека, который подошёл к Иисусу, звали Иаир и что он был не просто начальник (архон), но главный начальник, или старейшина, синагоги, архисунагогос (древнеевр. рош хакенесет). Следовательно, он был самым большим религиозным начальником в Капернауме и отвечал за управление синагогой и за её работу. Он руководил поклонением и надзирал за работой других старейшин, включавшей в себя обучение, разрешение споров и другие обязанности руководства.

Будучи высокопоставленным членом иудейской религиозной элиты в Капернауме, в которую входили также книжники и фарисеи, Иаир мог и сам быть фарисеем. Как ясно видно из предыдущих глав Евангелия от Матфея и из других Евангелий, религиозная элита в общем уже оказывала сильное сопротивление Иисусу даже на относительно ранней стадии Его служения. Иаир наверняка знал об этом противостоянии и, придя к Иисусу за помощью, понимал, что столкнётся с критикой и давлением со стороны представителей своего круга.

Однако он не пришёл к Иисусу, как Никодим, ночью, чтобы остаться незамеченным, и не скрывал свой истинный мотив и нужду с помощью запутанных и замаскированных религиозных вопросов. Что он думал в этот момент о мессианстве Иисуса, мы не знаем, но он говорил, кланяясь Ему. И это было проявлением великого почтения и благоговения. Греческий термин, который стоит за словом «кланяясь» (проскунео), чаще всего означает поклонение (см. Матф. 4:10; Иоан. 4:21-24; 1 Кор. 14:25; Откр. 4:10 и др.). Это действие предполагало, что человек падал ниц перед почитаемой личностью и целовал ему ноги, края одежды или землю перед ним.

Такие проявления благоговения, конечно, не всегда были искренними. Слово проскунео применяется также по отношению к матери Иакова и Иоанна, которая «приступила к Нему… с сыновьями своими, кланяясь» (Матф. 20:20, курсив добавлен). Её мнимый акт поклонения был полностью внешним и своекорыстным. Она желала не почёта и славы Иисуса, а Его разрешения, «чтобы эти два сына [её] сели у [Него] один по правую сторону, а другой по левую в Царстве» Его (ст. 21).

Напротив, всё, что делал Иаир, показывало его смирение и искренность. Подобно матери Иакова и Иоанна, он просил за своего ребёнка, но это была самоотверженная просьба, которая сама по себе прославляла силу, сострадание и благодать Иисуса, потому что Иаир просил о том, что было невозможно для человека. Что бы он ни думал о реакции таких, как он, религиозных вождей, он знал, что Иисус был единственным источником помощи для его дочери, которая только что умерла. Когда он пришёл к Господу в страдании и полном отчаянии, для него ничто не имело значения.

Из более подробных повествований у Марка и Луки мы узнаём, что, когда Иаир пришёл к Иисусу, его дочь ещё не умерла, но была «при смерти» (Марк. 5:23; ср. Лук. 8:42). Вскоре после этого ему принесли весть из дома, что она умерла, и посоветовали, чтобы он не «утруждал Учителя» (Марк. 5:35). Матфей начинает свой рассказ с этого места.

Дочери Иаира было двенадцать лет, и, согласно еврейской традиции, это был первый год, когда она считалась женщиной. Еврейского мальчика на следующий день после празднования тринадцатилетия уже считали мужчиной, а еврейскую девочку в первый день после празднования двенадцатилетия считали женщиной. Дочь Иаира только что превратилась в женственный цветок, но для отца она всё ещё была маленькой девочкой, чья жизнь была для него дороже собственной. Солнечное сияние её детства превратилось в смертную тень.

Еврейская элита не имела возможности помочь отцу в этой трагедии. Иаир знал, что его единственная надежда была в Человеке, Которого религиозная элита презирала и поднимала на смех. Очевидно, Бог уже трудился в сердце этого отца, потому что его просьба — свидетельство абсолютной убеждённости в том, что Иисус мог исполнить его просьбу: «Приди, возложи на неё руку Твою, и она будет жива». Его вера была без оговорок и тени сомнений. Он попрал свою гордость и страх. Ему было всё равно, что о нём подумают соседи, семья и даже религиозные начальники. Ничто не могло остановить его просить помощи у Иисуса.

Итак, первой причиной, приведшей Иаира к Иисусу, была крайняя нужда. Часто именно большая беда приводит человека к Христу. Человек, который ни в чём не нуждается в жизни, не стремится к Богу. Поэтому первый шаг в благовестии — убедить людей в том, что они нуждаются в спасении и, следовательно, во Христе как единственном средстве его достижения. Как отмечалось в предыдущей главе, человек, который не видит своего греха и своего погибшего состояния, не видит также и нужды в спасении. Таким же образом, человек, который осознаёт свою нужду, но думает, что её можно восполнить человеческими средствами, не видит причин для обращения за помощью к сверхъестественному Господу.

Иаир убедился, что человеческими средствами жизнь его дочери спасти невозможно, и он также убедился в силе Христа сделать это. Возможно, пока дочь не была при смерти, он колебался, просить ему помощи у Иисуса или нет. Но теперь у него была только одна надежда. Его мотивы прийти к Иисусу не были бескорыстными, его толкала на это безысходность и беспокойство за жизнь дочери. Он пришёл не для того, чтобы поклониться Иисусу, а чтобы вернуть жизнь своей дочери и облегчить свою боль и страдания. Но он верил, что Иисус поможет, и Иисус оказался для него доступным.

И вера — это второе, что привело Иаира к Иисусу. Он верил, что Иисус силен сделать то, о чём он просил Его. Такая вера особенно удивительна в свете того, что Иисус ещё не совершил ни одного чуда воскресения. Он исцелял от многих угрожающих жизни болезней, но никому ещё не возвращал жизнь после смерти. Однако Иаир без колебаний и оговорок попросил Иисуса сделать именно это — воскресить его дочь из мёртвых: «Приди, возложи на неё руку Твою, и она будет жива».

Иисус восхищался верой сотника, который был убеждён, что Иисус мог исцелить его слугу, сказав лишь слово. «Истинно говорю вам, — сказал Иисус, — и в Израиле не нашёл Я такой веры» (Матф. 8:9-10). Но Иаир верил, что достаточно лишь прикосновения руки Иисуса, чтобы воскресить его дочь из мёртвых. Его вера превосходила веру Марфы, которая знала, что Иисус мог уберечь её брата от смерти, но как только брат умер, она потеряла всякую надежду (Иоан. 11:21). Даже когда Иисус произнёс: «Воскреснет брат твой», она подумала, что обещание могло исполниться только «в воскресение, в последний день» (ст. 23-24). Трудно представить, что Иаир, имея такую огромную веру в силу Иисуса возвращать к жизни, не верил в способность Иисуса простить его грехи и воскресить его к духовной жизни, как Он мог воскресить его дочь к жизни физической.

Иисус не был религиозным гуру, окружённым слугами, готовыми исполнять каждое Его приказание. Не был Он и монахом, который удалился от жизни и деятельности обычных людей. Не устанавливал Он и иерархии из посредников, через которых должны были пройти люди, прежде чем увидят Его, если вообще увидят.

Несмотря на то что Иисус был Сыном Бога, Он «[стал] плотью и [обитал] с нами» (Иоан. 1:14) как Человек среди людей. Он ходил по улицам городов и посещал даже самые маленькие сёла. Он говорил с великими среди людей и униженными, богатыми и бедными, со здоровыми и больными, со знатными и отверженными. Он говорил с образованными и преуспевающими и с необразованными и терпящими лишения. Он говорил с молодыми и старыми, мужчинами и женщинами, евреями и язычниками.

Почти везде, где Иисус ходил, Его окружала толпа, потому что люди не оставляли Его одного. В этой толпе было три типа людей — критически настроенные и возмущённые религиозные вожди, особенно самодовольные книжники и фарисеи; любопытные и неприсоединившиеся наблюдатели, которые видели в Иисусе только сильную, авторитетную, удивительную противоположность этим религиозным вождям; и виновные, страдающие, находящиеся в отчаянии люди, которые приходили к Иисусу, чтобы Он избавил их от греха, болезней и бед. Эти люди задавали Иисусу самые сокровенные вопросы, изливали самые большие нужды, и Он внимательно выслушивал их и действовал в их интересах. Творец вселенной, Властелин мира, Царь царей и Господь господствующих не был слишком занят, чтобы снизойти и в милосердии послужить Своему творению.

ГОТОВНОСТЬ ИИСУСА

И встав, Иисус пошёл за ним, и ученики Его (9:19)

Иисус ответил Иаиру тем, что проявил такую же готовность, как и доступность. Он вполне мог воскресить девушку из мёртвых, никуда не идя, но, проявляя жертвенную любовь и сострадание, Он, встав, пошёл за скорбящим отцом туда, где его дочь лежала уже мёртвой. Иисус прервал Свой путь и отклонился от маршрута, чтобы послужить другим во имя Своего Отца. Нет сомнений в том, что там, где находился Иисус, было много других больных и страдающих людей, но именно эта нужда требовала того, чтобы Он пошёл с Иаиром.

Нечто похожее произошло с Филиппом, когда во время его плодотворного служения в Самарии Господь послал к нему ангела сказать: «Встань и иди на юг, на дорогу, идущую из Иерусалима в Газу» (Деян. 8:26). Прибыв туда, Филипп встретил эфиоплянина, евнуха, вельможу Кандакии, царицы эфиопской, хранителя всех сокровищ её, приезжавшего в Иерусалим для поклонения (ст. 27). По велению Духа Святого Филипп подошёл к этому человеку и, обнаружив его страстное желание узнать о Боге, привёл эфиоплянина к вере в Иисуса Христа (ст. 35-37). Как только новообращённый был крещён, «Филиппа восхитил ангел Господень, и… Филипп оказался в Азоте», за много километров от того места (ст. 39-40).

Бог чуток не только к нуждам толпы, но и к зову отдельного человека. Он часто ведёт Своих служителей, как вёл Своего Сына, к тому, чтобы временно оставить, казалось бы, большее служение и сосредоточиться на одном человеке. Господь обещает: «Приходящего ко Мне не изгоню вон» (Иоан. 6:37).

Вместе с «множеством народа» (Марк. 5:24) к Иисусу на этом коротком пути к дому Иаира присоединились и Его ученики.

БЕСПРИСТРАСТНОСТЬ ИИСУСА

И вот женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением, подойдя сзади, прикоснулась к краю одежды Его, ибо она говорила сама в себе: «Если только прикоснусь к одежде Его, выздоровею». Иисус же, обернувшись и увидев её, сказал: «Дерзай, дочь! Вера твоя спасла тебя». Женщина с того часа стала здорова (9:20-22)

Толпы народа, следовавшие за Иисусом и учениками, «теснили Его» (Марк. 5:24б), и в толпе была женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением. Когда Иисус в окружении большого количества нуждающихся шёл послужить одной отчаявшейся душе, Его внимание привлекла ещё одна личность — та, которую менее чуткий человек никогда бы не заметил. И опять задержка в пути предоставила благоприятную возможность.

Как и Иаир, эта женщина знала, что только Иисус мог помочь ей. И тогда как дочь Иаира двенадцать лет жила счастливо в своей семье, эта женщина двенадцать лет страдала, будучи изгнанной из своей семьи. Девочка двенадцать лет жила в радости и счастье, а женщина двенадцать лет прожила в горе и слезах.

Согласно ветхозаветному закону, из-за кровотечения, вызванного, возможно, опухолью или каким-либо другим заболеванием матки, женщина официально считалась нечистой. Так как кровотечение было постоянным, женщина не могла даже временно очиститься и, следовательно, была постоянно нечистой. Марк, не защищая медицину, сообщает нам, что она «много потерпела от многих врачей, истратила всё, что было у неё, и не получила никакой пользы, но пришла ещё в худшее состояние» (Марк. 5:26). Врач Лука, видимо озабоченный репутацией своей профессии, говорит, что этот случай был неизлечим, поэтому она никем «не могла быть вылечена» (Лук. 8:43).

Только от проказы позор и унижение были хуже, чем от такого кровотечения. Подобный недуг не был чем-то необычным, и еврейский Талмуд предписывал одиннадцать различных видов лечения от него. Среди средств от болезни, большинство из которых были суевериями, было, например, такое: носить с собой пепел страусового яйца, летом — в льняном мешочке, а зимой — в хлопчатобумажном. Другое средство лечения предписывало иметь при себе ячменное зёрнышко, найденное в навозе белой ослицы.

В Моисеевом законе отмечалось, что «если у женщины течёт кровь многие дни не во время очищения её, или если она имеет истечение долее обыкновенного очищения её, то во всё время истечения нечистоты её… она нечиста. Всякая постель, на которой она ляжет во всё время истечения своего, будет нечиста, подобно как постель в продолжение очищения её; и всякая вещь, на которую она сядет, будет нечиста, как нечисто это во время очищения её. И всякий, кто прикоснётся к ним, будет нечист, и должен вымыть одежды свои и омыться водой, и нечист будет до вечера» (Лев. 15:25-27). После семи дней без кровотечения женщина считалась официально чистой и могла приносить предписанные жертвы (ст. 28-29).

Но у женщины, которая подошла к Иисусу в Капернауме, кровотечение не прекращалось двенадцать лет, и поэтому она постоянно была церемониально нечистой. Это было причиной того, что её не пускали в синагогу и храм, потому что она осквернила бы всех и всё, к кому или к чему прикоснулась бы, и эти люди не смогли бы участвовать в поклонении. Даже общаться со своей собственной семьёй, включая своего мужа, если она была замужем, она должна была на расстоянии. Вдобавок к её социальной и религиозной изоляции она была без гроша, так как потратила все свои сбережения на безрезультатное лечение и, возможно, на нескольких шарлатанов.

Согласно требованиям Библии, еврейские мужчины должны были делать «себе кисти на краях одежд своих… и в кисти, которые на краях, [вставлять] нити из голубой шерсти» (Числ. 15:38; ср. Втор. 22:12). Нити кистей и шнуров были сотканы в узор, который символизировал верность и преданность Слову Божьему и святость перед Господом. Куда бы ни шёл еврей, эти кисти напоминали ему и свидетельствовали миру, что он принадлежит народу Божьему. Будучи последовательными в своём лицемерии и притязаниях, фарисеи «увеличивали кисти» для того, чтобы привлечь внимание к своей религиозной набожности (Матф. 23:5; Новый перевод с греч. подлинника). Гораздо позже преследуемые евреи в Европе носили кисти на нижнем белье по прямо противоположной причине — чтобы избежать установления личности и возможного ареста. Ортодоксальные евреи по сей день пришивают что-то наподобие кистей на молитвенные платки.

Видимо, за такую кисть ухватилась женщина, страдавшая кровотечением. Не имея к кому обратиться, она подошла сзади к Иисусу и прикоснулась к краю одежды Его. Фраза «она говорила сама в себе» более точно переводится как «она всё время говорила себе», то есть повторяла. Женщина снова и снова говорила себе: «Если только прикоснусь к одежде Его, выздоровею». Её единственной мыслью было подойти к Иисусу так близко, чтобы прикоснуться к Его одежде.

Когда благочестивый Джеймс Симпсон лежал при смерти, его друг сказал ему: «Джеймс, скоро ты сможешь отдохнуть на груди у Иисуса». Со свойственным ему смирением Симпсон ответил: «Не знаю, смогу ли я это сделать, но думаю, я смогу прикоснуться к Его одежде».

Стыдясь и смущаясь, женщина, следовавшая за Иисусом в толпе, хотела остаться незамеченной. Она хотела только прикоснуться к одежде Его, будучи уверенной в том, что даже этого косвенного контакта с Ним будет достаточно. Её уверенность была не напрасной. Прикоснувшись, она мгновенно очистилась от осквернения.

Иисус же, обернувшись и увидев её, сказал: «Дерзай, дочь! Вера твоя спасла тебя». Лука говорит, что она исцелилась ещё до того, как Иисус заговорил. Как только она прикоснулась к Его одежде, «тотчас иссяк у неё источник крови, и она ощутила в теле, что исцелена от болезни» (Марк. 5:29). Она исцелилась раньше, чем Иисус увидел её (ср. Лук. 8:46). Он узнал о чудесном происшествии только тогда, когда осознал, что из Него вышла сила (Лук. 8:46). Его слова «вера твоя спасла тебя» просто подтвердили то, что уже произошло. Иисуса не волновало, что её прикосновение к Его одежде сделало Его формально нечистым в глазах евреев. Он был доступен даже для неприкасаемых.

На протяжении земного служения Иисуса тысячи людей имели контакт с Ним, сотни людей разговаривали с Ним и прикасались к Нему; но многих из них это не коснулось. На протяжении истории Церкви множество других людей — таких, как Махатма Ганди, о котором упоминалось выше, — также близко соприкоснулись с Иисусом; но многих из них так ничто и не коснулось. Иисус знает разницу между теми, кто подходит к Нему просто из религиозного любопытства или в поисках приключений, и теми, кто приходит в отчаянии и с искренней верой.

Ожидания этой женщины кажутся почти суеверием, потому что она, видимо, считала, что даже одежда этого Чудотворца обладает какой-то силой. Однако Иисус говорил с ней нежно, тепло, как с близким человеком: «Дерзай, дочь!» Что бы ни было у неё на уме, её вера была искренней и приемлемой для Господа. Её веры было достаточно, чтобы спасти её.

Йаомай — обычное греч. слово, означающее физическое исцеление. Это слово использовал Марк, когда объяснял, что женщина была «исцелена от болезни» (Марк. 5:29, ср. ст. 34). Лука, говоря, что она «не могла быть вылечена», использует другое слово, означающее исцеление, — терапеуо (Лук. 8:43), от которого происходит слово «терапевтический». Но трижды в Матф. 9:21-22, а также в параллельных местах в Марк. 5:34 и Лук. 8:48 используется слово созо — обычный новозаветный термин, означающий спасение от греха.

Когда слепой и нищий Вартимей попросил Иисуса восстановить его зрение, Иисус ответил: «Иди, вера твоя спасла тебя» (Марк. 10:52). Здесь слово созо («спасла») также применяется по отношению к вере исцелённого человека. Вартимей неоднократно называл Иисуса обычным мессианским титулом «Сын Давидов» (ст. 47-48). Поэтому вполне вероятно, что его исцеление, как и исцеление женщины с кровотечением, наряду с физическим исцелением включало в себя духовное спасение.

После того как Иисус простил грехи блудницы, которая омыла Ему ноги слезами и вытерла их волосами, Он обратился к ней с точно такими же словами (ге пистис соу сесокен се), какие Он говорил Вартимею и женщине, страдавшей кровотечением. В Лук. 7:50 эта фраза переведена как «вера твоя спасла тебя», ясно указывая на то, что восстановление было исключительно духовным (потому что физического исцеления там не было) и что оно произошло в результате прощения грехов, основанного на вере в Господа (ст. 48).

Описывая историю с десятью прокажёнными, которые умоляли Иисуса исцелить их, Лука сообщает, что все десять «очистились» (от слова катаризо; Лук. 17:14), но только одному из них, который прославил Бога и вернулся, чтобы поблагодарить Иисуса, Он сказал: «Вера твоя спасла тебя» (ге пистис соу сесокен се; ст. 19). Десять человек очистились, но только один был спасён.

К сожалению, в переводе не всегда видно, что понятия «выздороветь» и «быть спасённым» происходят от одного и того же греческого глагола (созо). А ведь в каждом случае Господь Сам конкретно указывает, что это произошло в результате веры человека. Такой факт даёт возможность предположить, что каждый из этих случаев включал в себя искупление.

В Евангелиях говорится о многих людях, которые были исцелены, совершенно не имея веры. Иисус совершал чудеса исцеления по Своей суверенной воле, часто в ответ на веру, однако вера не была условием совершения чудес. Слуга сотника был исцелён, не соприкоснувшись с Иисусом и, возможно, даже не надеясь, что может быть исцелён. Мёртвая дочь Иаира тоже не могла верить. Но ни один человек никогда не был спасён без веры, и поэтому есть основание считать, что женщина, которая прикоснулась к одежде Иисуса в тот день, верила, что Он может исцелить её и физически, и духовно.

К Христу людей приводили две причины: серьёзная нужда и искренняя вера, а женщина, страдавшая кровотечением, имела и то, и другое.

То, что Иисус служил в одинаковой мере и отверженной женщине, и главному старейшине синагоги, несомненно, показывает Его божественное нелицеприятие. Его не оскорбило, что эта женщина прикоснулась к Его кисточке нечистыми руками. Иисус не возмутился, что женщина осмелилась искать Его помощи тогда, когда Он находился среди нуждающихся и был на пути к девочке, чтобы воскресить её из мёртвых. Ни один нуждающийся не был Ему помехой, потому что «Сын Человеческий не для того пришёл, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Матф. 20:28). И, как Иисус только что объявил самодовольным фарисеям, Он «пришёл призвать не праведников, но грешников» (Матф. 9:13). Он пришёл взыскать и спасти тех грешников, которые знали, что они грешники, — а такими людьми чаще всего были бедные и незначимые люди этого мира. «Посмотрите, братья, кто вы, призванные, — напоминает Павел верующим в Коринфе, — не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных. Но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира, и униженное, и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее» (1 Кор. 1:26-28).

Пол Брэнд и Филипп Янси в своей книге «Ты дивно устроил внутренности мои» цитируют новеллиста Фредерика Бухнера, который писал:

Кто мог бы подумать, что Бог изберёт не Исава — честного и надёжного, а Иакова — обманщика и плута? Что Он укажет перстом Своим на Ноя — любителя приложиться к бутылке? Или на Моисея, который отсиживался в Мадиамской пустыне после того как раскроил череп какому-то египтянину; который заявил, что, будь задание менее почётным, он отправил бы Аарона одного «на дело» — пусть, мол, выкручивается? А пророки? Целый выводок чудаков!..

Затем Брэнд и Янси добавляют:

Итак, исключение, кажется, становилось правилом. Бог сотворил первых людей: они совершили тот единственный поступок, который Он им запретил. Бог избрал человека, который должен был стать отцом «Божьего народа»: тот поспешил подложить свою жену в кровать ничего не подозревающего фараона. И жена его хороша: уже в преклонном возрасте (в девяносто один год) она получила обетование от Бога, что родит сына, и тут же расхохоталась в лицо Богу. Блудницу Раав превозносят за её великую веру. Соломон — мудрейший из людей — преуспел в нарушении всех правил-притч, которые сам так мудро составил.

Даже после пришествия Иисуса на землю комедия продолжалась. После вознесения Христа двое Его учеников — Пётр и Иоанн — больше всех потрудились для распространения Благой вести. А ведь именно их больше всего укорял Иисус за мелочность, тщеславие и глупость! А Апостол Павел? Он написал большую часть новозаветных Посланий. Но Бог избрал его, когда он проходил по дорогам Палестины, разыскивая христиан, чтобы предать их на мучения. Нужно обладать решительностью и выдержкой Иисуса, чтобы доверить проповедь идеалов любви, единства и братства таким людям! Неудивительно, что циники смотрят на Церковь и вздыхают: «Если этот сброд представляет Бога, то я против такого Бога». А вот как ту же мысль выразил Ницше: «Чтобы я уверовал в Спасителя, Его ученикам следует больше походить на спасённых людей!» ([Москва, «Триада», 2000], стр. 33-35).

Как чудесно, что Бог более милосерден, чем люди. Бог никогда не извинит непослушание, неверность или любой другой грех. Но Он простит любой грех, который покрывается искупительной смертью Его Сына, Иисуса Христа. Положение, престиж или богатства не имеют преимущества перед Ним, и отсутствие всего этого не является помехой для Него. После долгого сопротивления этой идее Пётр сказал: «Бог нелицеприятен» (Деян. 10:34; ср. 1 Пет. 1:17). Во Христе «нет уже иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужского пола, ни женского» (Гал. 3:28).

МОГУЩЕСТВО ИИСУСА

И когда пришёл Иисус в дом начальника и увидел свирельщиков и народ в смятении, сказал им: «Выйдите вон, ибо не умерла девица, но спит». И смеялись над Ним. Когда же народ был выслан, Он, войдя, взял её за руку, и девица встала. И разнёсся слух об этом по всей земле той (9:23-26)

Именно сила Иисуса замечательным образом выделяла Его из других людей. Мы можем быть податливыми, доступными и непредвзятыми в той мере, в какой отражаем качества, которыми обладал Иисус и в чём Он был примером. Но только Он был силен исцелить проказу, восстановить зрение, подчинить бесов, простить грехи и воскресить из мёртвых.

После промежуточного эпизода с женщиной, страдавшей кровотечением, Иисус продолжил Свой путь и пришёл в дом начальника, где лежала мёртвая дочь Иаира. Сколько времени она была мёртвой, неизвестно, но, очевидно, достаточно долго, чтобы собрать профессиональных свирельщиков и народ, бывший в смятении.

В отличие от похорон в наше время, похороны в большинстве древних культур, включая Израиль в дни Христа, не были поводом для тихого шёпота и успокоительной музыки. Наоборот, для них были характерны громкие стенания и резкие, нестройные звуки, издаваемые музыкальными инструментами, на которых играли нанятые для такого случая свирельщики. Результатом всего этого, не без умысла, было великое смятение и шум.

Еврейские похороны включали в себя три предписанных способа выражения горя и печали. Первое — это раздирание, или разрывание, одежды, для чего были выработаны тридцать девять различных правил и форм. Среди прочего, рвать на себе одежду нужно было вставая и разрыв должен был быть прямо против сердца, если скорбящим был отец или мать покойника, или же находиться где-то возле сердца. Разрыв должен был быть достаточно широким, но мог быть зашит свободными стежками на первые тридцать дней, чтобы прикрыть тело, но так, чтобы разрыв был виден. Из скромности женщины разрывали свою нижнюю одежду и носили её задом наперёд.

Второй способ выражения горя выражался в использовании профессиональных плакальщиц, которые громко причитали, произнося имя умершего. Они также упоминали имена других членов семьи, умерших в прошлом. Скорбь умышленно нагнеталась по мере того, как старая печаль прибавлялась к новой. Задевалась каждая чувствительная струнка, и нарастающая агония сопровождалась громкими, пронзительными криками, причитаниями и стонами.

Третий способ выражения горя состоял в том, что нанимались профессиональные музыканты, чаще всего свирельщики, которые, как и наёмные плакальщицы, издавали громкие, беспорядочные звуки, предназначенные отражать эмоциональный разлад и смятение.

Талмуд провозглашал, что «муж обязан похоронить свою умершую жену, оплакать и совершить траур по ней согласно традиции всех стран. Также и беднейший из израильтян не допустит, чтобы было меньше, чем две свирели и одна плакальщица». Описывая подобные «традиции всех стран», римский государственный деятель Сенека писал, что, когда умер император Клавдий, было столько пронзительных криков и причитаний, что некоторым присутствующим казалось, что сам Клавдий, должно быть, слышал этот шум в могиле.

Так как Иаир был религиозным вождём высшего ранга в Капернауме и, безусловно, был состоятельным человеком, то для похорон его дочери, вероятно, было нанято много плакальщиц и музыкантов. Когда Иисус подошёл к ним, Он сказал: «Выйдите вон, ибо не умерла девица, но спит». «Выйдите вон» — это скорее повеление, чем просьба. Спустя годы Пётр таким же образом выслал причитающих вдов из комнаты, где лежала мёртвой их дорогая подруга Тавифа (Деян. 9:40).

Иисус удивил и привёл в негодование плакальщиц прежде всего потому, что повелел им выйти. Они следовали давно укоренившимся и почитаемым традициям, установленным уважаемыми раввинами за много веков до этого. То, что они делали, было не только правильно, но и обязательно. Однако Иисус ещё больше удивил и возмутил их, когда посмел предположить, что девица не умерла, но спит. Они с презрением смеялись над Ним. Это был безжалостный, высокомерный смех тех, кто тайно злорадствовал над глупым поступком или заявлением человека, над которым они чувствовали превосходство. Такой быстрый переход от плача к смеху, и даже насмешке, показывал, что скорбь была их заработком и не отражала истинной печали. Это также выдавало их абсолютное неверие в силу Иисуса воскресить девицу из мёртвых.

Иисус знал, что девица умерла, так же как Он знал, что Лазарь умер, когда сказал Своим ученикам: «Лазарь, друг наш, уснул; но Я иду разбудить его» (Иоан. 11:11). Как Он тогда объяснял Своим недоверчивым ученикам, Его ссылка на сон подразумевала смерть, — хотя смерть была временной, — а не обыкновенный сон. Затем Иисус «сказал им прямо: „Лазарь умер“» (ст. 13-14).

Когда же толпа наёмных плакальщиц была выслана, Иисус, войдя в комнату, взял её за руку. Марк сообщает, что Иисус разрешил войти с Ним в комнату только Петру, Иакову и родителям девочки, и что когда Он взял её за руку, Он также сказал «ей: „Талифа куми“, что значит: „Девица, тебе говорю, встань“» (Марк. 5:40-41). И «возвратился дух её; она тотчас встала» (Лук. 8:55). Иисус мог бы легко воскресить её просто словом или вообще ничего не произнося. Но то, что Он прикоснулся и обратился к ней, свидетельствует о Его сострадании и нежности, которые выходили за рамки необходимого.

Неудивительно, что когда Иисус совершил Своё первое чудо воскресения, слух об этом разнёсся по всей земле той. Теперь стало ясно, что Иисус имел силу не только исцелять болезни, изгонять бесов и прощать грехи, но и воскрешать из мёртвых! Это событие является кульминацией в представлении Матфеем Христа как Мессии. Сын Человеческий продемонстрировал Свою власть над всеми врагами человека, включая сатану и смерть. Он поистине держит «ключи ада и смерти» (Откр. 1:18).

С Христом нет причин бояться болезней, бесов, уродств, трагедий и даже смерти. Как верующие мы можем даже радоваться, умирая, потому что Господь победил смерть. Хотя мы больше и не вернёмся в эту жизнь, мы воскреснем для новой жизни. В Нём — полнота радости и вечной жизни. «Больше не надо плакальщицам плакать, — напоминает нам поэт, — и называть покойных детей мёртвыми, потому что смерть превратилась в сон, и могила — в ложе».

Когда, будучи молодым человеком, Д. Л. Муди был приглашён проповедовать на похоронах, он стал исследовать Евангелия, чтобы найти одну из проповедей Иисуса, произнесённую на похоронах, — только для того, чтобы обнаружить, что Иисус никогда не проповедовал на похоронах. Вместо этого он увидел, что Иисус прекращал все похороны, на которых появлялся, возвращая умершего к жизни. Когда мёртвый слышал Его голос, он сразу же возвращался к жизни.

Артур Брисбэн изобразил похороны христианина в виде толпы глубоко опечаленных гусениц, одетых в чёрные костюмы. В то время, когда они ползут, убиваясь по своему умершему брату и неся его кокон к месту окончательного покоя, над ними порхает невероятно красивая бабочка, глядя сверху на них в полном изумлении.

Смерть может постичь Божьих святых неожиданно, поразить их больно и, казалось бы, без всякого смысла. Однако Бог не обещал давать объяснения всем трагедиям. Вместо этого Он даёт чудесную гарантию: «Верующий в Меня, если и умрёт, оживёт» (Иоан. 11:25).

Чудеса восстановления зрения и речи

Когда Иисус шёл оттуда, за Ним следовали двое слепых и кричали: «Помилуй нас, Иисус, Сын Давидов!» Когда же Он пришёл в дом, слепые приступили к Нему. И говорит им Иисус: «Веруете ли, что Я могу это сделать?» Они говорят Ему: «Да, Господи!» Тогда Он коснулся глаз их и сказал: «По вере вашей да будет вам». И открылись глаза их; и Иисус строго сказал им: «Смотрите, чтобы никто не узнал». А они, выйдя, разгласили о Нём по всей земле той.

Когда же те вышли, то привели к Нему человека немого бесноватого. И когда бес был изгнан, немой стал говорить (9:27-33а)

Когда Бог сотворил человека, Он поставил его властелином над землёй. Адам был царём земли, которой он должен был править под властью Бога. Господь поручил Адаму дать имена всем животным и заботиться об этом чудесном и удивительном творении безграничного Божьего ума. Когда Бог даровал Адаму землю, земля была царством света, жизни, красоты, гармонии, здоровья, счастья, доброты и славы. Но когда Адам согрешил и потерял свою невинность, он потерял и свой венец, и своё господство. Грех Адама позволил сатане отнять власть у человека и превратить царство света в царство тьмы. Красоту Божьего творения испортило уродство, в его гармонию вторглись хаос и беспорядок, его здоровье было подорвано болезнью и старением, его счастье превратилось в печаль и боль, его добродетель была поражена грехом и злом, а его слава — виной и позором. Грех превратил жизнь человека в путь, ведущий к смерти.

Однако, когда человек пал, Бог пообещал, что однажды Он использует человека для восстановления Царства на земле во всей его красоте и восстановит самого человека для законного владения этим Царством. Господь объявил, что семя женщины поразит сатану в голову (Быт. 3:15), и с этого момента Ветхий Завет излагает всё более и более подробные обещания о великом плане Господа искупить и возродить людей. Бог обещал послать Царя, Который восстановит Царство, вновь установит правление Бога, уничтожит грех и его последствие — смерть. Болезни, лишения, скорби, боль, разочарование и всякое другое зло будет уничтожено. Снова и снова пророки говорят о Его пришествии как Помазанника, великого Царя царей, Исцелителя, Победителя над грехом и смертью и праведного Правителя. Евреи знали Его как Мессию (по-гречески «Христос»), Который однажды установит Своё вечное Царство праведности; и земля, как и небеса, навсегда станет подвластной Богу.

Евангелия позволяют мельком увидеть ослепительное грядущее вечное Царство Христа. В момент преображения Иисуса на горе завеса Его плоти была снята, чтобы Пётр, Иаков и Иоанн получили некоторое представление о Его божественном величии, и чтобы показать в миниатюре Его вечное правление в величественной славе (Матф. 17:2). Кульминация демонстрации Иисусом божественного будущего наступила в День Пятидесятницы, когда излияние обещанного Им Святого Духа исполнило пророчество Иоиля: «В последние дни, — говорит Бог, — изолью от Духа Моего на всякую плоть» (Деян. 2:16-17; ср. Иоил. 2:28). На протяжении всего Своего служения Иисус многократно являл то могущество, которое Он продемонстрирует, когда установит Своё Тысячелетнее правление на нынешней земле и затем Своё вечное правление на новом небе и новой земле.

Продолжая представлять третью группу чудес, подтверждающую мессианство Иисуса (начиная с двойных чудес в 9:18-26), Матфей показывает Его способность вернуть зрение слепому и слух глухому. Воскресив дочь Иаира из мёртвых, Господь продемонстрировал Свою власть над смертью. И так как смерть является высшим и неизбежным наказанием за грех, власть Иисуса над смертью показала гораздо больше, чем Его сила исцелять болезни. Это значило, что Его притязание на власть прощать грехи (9:2-6) не было пустым. Исцелив женщину, страдавшую кровотечением (9:20-22), и теперь исцелив слепого и глухого, Иисус продолжал демонстрировать Свою власть над физическими недугами и болезнями, которые порождает грех. Вернув чудесным образом зрение слепым глазам и слух глухим ушам, Мессия снова подтвердил Свою способность не только возвращать телу жизнь, но и восстанавливать функцию его любого органа.

ИСЦЕЛЕНИЕ ДВУХ СЛЕПЫХ

Когда Иисус шёл оттуда, за Ним следовали двое слепых и кричали: «Помилуй нас, Иисус, Сын Давидов!» Когда же Он пришёл в дом, слепые приступили к Нему. И говорит им Иисус: «Веруете ли, что Я могу это сделать?» Они говорят Ему: «Да, Господи!» Тогда Он коснулся глаз их и сказал: «По вере вашей да будет вам». И открылись глаза их; и Иисус строго сказал им: «Смотрите, чтобы никто не узнал». А они, выйдя, разгласили о Нём по всей земле той. Когда же те вышли, то привели к Нему человека немого бесноватого (9:27-32)

Когда Иисус после воскрешения дочери Иаира из мёртвых покинул его дом в Капернауме и шёл оттуда, за Ним следовали двое слепых, которые очень хотели избавиться от своего недуга. В этом коротком рассказе мы узнаём несколько истин об этих двух людях — об их состоянии, их вопле, их встрече с Иисусом, их обращении, данном им повелении, их своеволии и их обязательстве.

СОСТОЯНИЕ ЭТИХ ЛЮДЕЙ

Слепота была обычным явлением в древности, как, впрочем, и до сих пор в слаборазвитых странах мира. О её распространённости говорит то, что Иисус исцелил больше людей от слепоты, чем от любых других болезней. Постоянно существовала опасность потерять зрение из-за антисанитарных условий, инфекций, песчаных бурь, боевых действий, плохого питания и сильной жары. Многие младенцы рождались слепыми из-за различных болезней, которыми страдали матери во время беременности; многих слепота поражала после рождения из-за венерических заболеваний, особенно гонореи, которой они заражались во время родов.

Слепые люди обычно общались с такими же слепыми, и, возможно, что эти двое были товарищами, живущими во тьме уже многие годы.

ВОПЛЬ ЭТИХ ЛЮДЕЙ

Следуя неотступно за Иисусом, эти люди кричали, пытаясь таким образом привлечь Его внимание среди шумной толпы, сопровождавшей Его. Они не видели Иисуса и могли лишь догадываться, насколько близко к Нему они находятся. Слово кразо (от которого происходит глагол «кричали») фактически означает «громко или пронзительно вопить». Это слово широко применялось в новозаветные времена. Оно описывает неразборчивое бормотание сумасшедшего, такого, как бесноватый из Гадары (Марк. 5:5), а также возгласы детей в храме, которые прославляли Иисуса (Матф. 21:15). Оно ис- пользуется и по отношению к Самому Господу на кресте, когда Он, «возгласив громко, испустил дух» (Марк. 15:37). В книге Откровения оно используется по отношению к женщине, которая находилась в муках рождения (12:2).

Двое слепых в отчаянии кричали Иисусу, стараясь быть услышанными сквозь гул толпы, поскольку Иисус был их единственной надеждой на избавление от недуга. То, что они выкрикивали, показывает, что они имели правильное представление об Иисусе и правильное к Нему отношение.

Правильное представление об Иисусе. Обращение слепых к Иисусу как Сыну Давидову указывает на то, что они признавали в Нём Мессию, потому что титул «Сын Давидов» был одним из самых распространённых титулов обещанного Освободителя. Это был царский титул, означавший, что Иисус происходит из семьи великого царя Давида и что Он имеет право восстановить правление над грядущим Царством Бога.

Как упоминалось выше, в первом ветхозаветном обетовании великого Божьего Освободителя говорится, что Он будет семенем женщины. Дальше в книге Бытие Бог открывает, что Мессия будет потомком Авраама (Быт. 12:3), конкретно — через его сына Исаака (21:12) и его внука Иуду (49:10). Через пророка Нафана Господь сказал Давиду: «Когда же исполнятся дни твои, и ты почиешь с отцами твоими, то Я восставлю после тебя семя твоё, которое произойдёт из чресл твоих, и упрочу царство его. Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его навеки. Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном… И будет непоколебим дом твой и царство твоё навеки пред лицом Моим, и престол твой устоит вовеки» (2 Цар. 7:12-14а, 16). Когда ангел Гавриил объявил Марии о рождении Иисуса, он сказал так: «Он будет велик и наречётся Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству Его не будет конца» (Лук. 1:32-33). В своей прекрасной, Духом руководимой песне хвалы и пророчества Захария, отец Иоанна Крестителя, ликует: «Благословен Господь, Бог Израилев, что посетил народ Свой и сотворил избавление ему, и воздвиг рог спасения нам в доме Давида, слуги Своего» (Лук. 1:68-69). Когда Иосифу нужно было записаться во время переписи, он взял свою беременную жену Марию с собой «в город Давидов, называемый Вифлеемом, потому что он был из дома и рода Давидова» (Лук. 2:4).

Снова и снова в Новом Завете Иисус провозглашается обещанным потомком Давида, Который освободит Божий народ и установит Своё вечное Царство (Иоан. 7:42; Деян. 2:29-30; Рим. 1:3; 2 Тим. 2:8; Откр. 5:5; 22:16). Толпы людей, которые постилали свои одежды и ветви перед Иисусом, когда Он торжественно въезжал в Иерусалим, пели: «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!» (Матф. 21:9). Назвать Иисуса Сыном Давида означало провозгласить Его Мессией, Христом, — и завистливые, неверующие еврейские вожди прекрасно это знали (см. Матф. 22:42).

Каждый еврей, слышавший, как слепые называли Иисуса Сыном Давида, понимал это как ясное исповедание их веры в Его мессианство. Они открыто и смело утверждали, что Иисус — обещанный Освободитель Израиля, и пришли к Нему, стремясь получить освобождение.

Правильное отношение к Иисусу. Выкрики слепых также свидетельствовали об их правильном внутреннем настрое по отношению к Иисусу. Они умоляли: «Помилуй нас», чем признавали свою нужду не только в физическом исцелении, но и в прощающей милости. Хотя в данном случае нельзя быть категоричным, вполне резонно предположить, что они испытывали духовную нужду, удовлетворить которую мог только Иисус, и пришли к Нему со смирением, открыто доверившись Его благодати. Они понимали, что не заслуживают помощи Господа, но знали, должно быть, и то, что «щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив», что Он «благ… ко всем, и щедроты Его на всех делах Его» (Пс. 144:8-9). Они помнили призыв Иоиля: «Обратитесь к Господу, Богу вашему; ибо Он благ и милосерден, долготерпелив и многомилостив» (Иоил. 2:13).

Эти два человека пришли к Иисусу не только с пониманием Его великого достоинства, но и с пониманием того, что они абсолютно недостойны. Именно такое состояние сердца Господь любит и принимает. Отсюда закономерен вывод: человек, который предстаёт перед Господом, провозглашая свою собственную праведность, отвергается Им, а тот, кто скорбит по поводу своего греха и смиренно восклицает: «Боже! Будь милостив ко мне грешнику!», оправдывается Господом (Лук. 18:10-14).

Эти слепые обратились к Тому, к Кому и следовало обратиться, потому что Иисус Христос был воплощением милости. Я писал в другой книге:

Он был наиболее милостивым из всех людей, живших когда-либо. Он направлялся к больным и исцелял их. Он исцелял калек, возвращал зрение слепым, открывал уши глухих и давал речь немым. Он находил блудниц, мытарей и пьяниц, вводил их в круг Своей любви, освобождал их от грехов и ставил на путь истинный.

Он встречал одиноких и окружал их любовью. Он брал на руки маленьких детей и, обнимая их, проявлял Свою любовь. Никогда не было на земле человека, кто проявлял бы столько милости. Однажды встретив похоронную процессию, Он увидел плачущую по единственному сыну мать. Она уже была вдовой, а теперь у неё умер сын, который был ей опорой в жизни. Кто теперь будет о ней заботиться? Иисус остановил похоронную процессию, возложил Свои руки на гроб и воскресил мёртвого юношу, позаботившись таким образом о матери («Заповеди блаженства» [Германия, БМ/СЕО, 1991], стр. 96-97).

Даниил с надеждой молился Богу и лично от себя, и от имени своих собратьев-израильтян: «Мы повергаем моления наши пред Тобою, уповая не на праведность нашу, но на Твоё великое милосердие» (Дан. 9:18). Иеремия заявлял: «По милости Господа мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось. Оно обновляется каждое утро; велика верность Твоя!» (Пл. Иер. 3:22-23). Автор Послания к Евреям говорит, что Иисус «должен был во всём уподобиться братьям, чтобы быть милостивым и верным первосвященником» (Евр. 2:17). Апостол Павел говорит, что Бог явил «преизобильное богатство благодати Своей в благости к нам во Христе Иисусе» (Ефес. 2:7) и что «Он спас нас не по делам праведности, которые бы мы сотворили, а по Своей милости» (Тит. 3:5). Наш Бог — Бог милости, милости исцеляющей и спасающей.

Интересно, что сначала Иисус никак не реагировал на крик слепых. Они продолжали кричать, а толпа шла за Иисусом и учениками. Иисус не отвечал, давая этим слепым возможность излить свои сердца, и они настойчиво демонстрировали свою решимость. Он испытал их веру до крайности, этим доказав её искренность.

Дом, куда направлялся Иисус, возможно, был домом Петра (хотя конкретно об этом не говорится), и, вероятно, там Иисус останавливался, когда бывал в Капернауме (см. 8:14). После утомительного дня — дня поучений и исцелений — Иисус наконец-то отправился в одно из двух мест, которые можно было считать Его земными пристанищами с тех пор, как Он начал Своё служение. Другим таким местом был дом Марии, Марфы и Лазаря в Вифании. В течение трёх лет наш Господь почти не имел возможности уединиться. Куда бы Он ни шёл, Его постоянными спутниками были не только ученики, но и множество народа.

ВСТРЕЧА СЛЕПЫХ С ИИСУСОМ

Только после того, как Он пришёл в дом, слепые приступили к Нему. Всё это время они неотступно шли за Иисусом и последовали за Ним в дом, где Он остановился. Каждое из исцелений, изложенных в 9-й главе, было результатом такой неотступности. Парализованный и его друзья, например, были настолько полны решимости попасть к Иисусу, что проделали дыру в крыше дома и опустили больного к ногам Иисуса. Начальник синагоги продолжал искать помощи Иисуса даже после смерти дочери, а женщина, страдающая кровотечением, сделала решительный шаг — дотронулась до кистей Его одежды, чтобы исцелиться. И в каждом случае Иисус хотел услышать от настойчивых, стремящихся к Нему людей подтверждение веры в Него.

Теперь Иисус задаёт двум слепым вопрос по существу: «Веруете ли, что Я могу это сделать?» Вопрос кажется странным и почти безжалостным, учитывая явную решимость этих людей, которым, несмотря на их ограниченные возможности, удалось долго следовать за Иисусом, соперничая с огромной толпой зрячих людей, которые тоже хотели быть рядом с Ним. Эти люди уже признали в Иисусе Мессию, постоянно обращаясь к Нему как к Сыну Давида. И так как Иисус видел их сердца, Он уже знал, что их вера была искренней. Следовательно, Он спросил слепых о вере, скорее всего, для того, чтобы их исповедание услышали окружающие. «Если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом, — писал Павел, — и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мёртвых, то спасёшься» (Рим. 10:9).

Такое признание Иисус получил от слепых, а для окружающих оно стало публичным свидетельством того, что требуется для спасения. Ответ «да» подтвердил их веру в то, что Он может исполнить просимое, а обращение «Господи» подтвердило их веру в то, что Он был божественным Мессией, ожидаемым Спасителем, давно обещанным пророками.

Свидетельство этих людей также отделило их от тех, кто ожидал, что Мессия будет просто человеком, политическим и военным освободителем, который сбросит иго Рима и воздвигнет земное царство, подобное тому, каким в древности правил царь Давид. Их свидетельство также утвердило веру в то, что Иисус был больше, чем в высшей степени компетентный и одарённый человек. Более того, их свидетельство указывало на то, что Он прежде всего был духовным вождём, так как Его в первую очередь волновало освобождение людей от рабства греха. Хотя Иисус очень сочувствовал страдающим физически, Его сострадание к погибающим душам было неизмеримо больше. Исцеляя болезни, Он в первую очередь демонстрировал сострадание и силу Бога с целью удостоверить Свою божественную Личность как обещанного Богом Мессии — чтобы люди поверили в Него как в своего духовного Спасителя. Он исцелял тела, преследуя бесконечно большую цель — спасение душ.

Как уже обсуждалось в предыдущей главе, из Евангелий ясно видно, что вера присутствовала не во всех случаях исцелений. Наоборот, в большинстве случаев ни о какой вере не упоминается. Некоторые исцеления, такие как исцеление слуги сотника, были совершены без присутствия больного. Другие, такие как воскрешение Лазаря и дочери Иаира, совершались над теми, кто уже был мёртв.

Но вера всегда является составной частью спасения, и Иисус побудил двух слепых открыто исповедать веру в Него ради их духовного, а не физического исцеления. Они пришли к Иисусу, признавая его Божьим Мессией, Сыном Давида; они пришли к Нему, умоляя о милости, а не только об исцелении. Хотя слово «Господь» иногда использовалось просто как знак уважения, как наше слово «господин», контекст убеждает в том, что эти двое взирали на Иисуса как на своего божественного Господа, а не просто весьма достойного человека. Склонив их к исповеданию Его своим Господом, Иисус подвёл их к обращению.

ОБРАЩЕНИЕ СЛЕПЫХ

Без фанфар и спецэффектов, которые так присущи рекламирующим себя современным целителям, Иисус просто коснулся глаз их и сказал: «По вере вашей да будет вам». Слова «по вере вашей» означают, что степень служения Иисуса этим людям зависела от степени их веры в Него. Вера — это средство, с помощью которого люди обретают спасение, милостиво даруемое Богом. В свете их исповедания и конкретного упоминания Иисуса об их вере кажется несомненным тот факт, что случилось нечто большее, чем просто открылись глаза их. Их вера в Иисуса Христа, вполне вероятно, принесла им и исцеление, и спасение. Иисус даровал им и физическое зрение, и духовную жизнь.

Объясняя этот отрывок, архиепископ Ричард Тренч писал:

Вера, которая сама по себе ничто, тем не менее, является неотъемлемой частью для получения всего. Она — связующее звено между человеческой пустотой и Божьей полнотой, в этом вся ценность веры. Вера — это сосуд, опущенный в фонтан Божьей благодати, без которого человек никогда не смог бы почерпнуть воду жизни из колодца спасения. Ибо колодец глубок, а почерпнуть человеку нечем. Вера — это кошелёк, который сам по себе не может сделать его владельца богатым, однако обогащает благодаря богатству, которое в нём находится (The Miracles of Our Lord [London: Kegan Paul, Trench, Trubner, & Co., 1902], p. 212).

ПОВЕЛЕНИЕ, ДАННОЕ СЛЕПЫМ

В этот момент Иисус строго сказал им: «Смотрите, чтобы никто не узнал». Иисус не просто давал совет. Слово эмбримаомай (строго сказал) — усилительная форма уже сильного глагола и может означать «сделать выговор» (см. Марк. 14:5).

Подобное распоряжение Иисуса не преследовало цель, как предполагают некоторые, сохранить в тайне Его чудодейственную силу. Он уже публично совершил сотни чудес и благодаря этому стал известен. Его чудеса предназначались для того, чтобы получить огласку, потому что они демонстрировали Его божественное мессианство.

Его повеление не было также связано с желанием скрыть по какой-то причине именно это чудо. Родственники и друзья этих людей узнали бы о чуде тотчас, как только увидели бы своих близких. И так как Иисус был известен как Чудотворец, они немедленно сделали бы вывод, что именно Он исцелил их.

Очевидно, у Иисуса была другая причина повелеть этим людям молчать. И самое лучшее объяснение сводится к следующему: Он не хотел, чтобы о Его мессианстве было провозглашено преждевременно. Как уже отмечалось, тот факт, что эти люди называли Иисуса Сыном Давида, говорил о признании Его мессианства, — это был тот титул, который Он не отрицал и который, по сути, подтвердил, совершив исцеление.

Так как Иисус в Своём служении не был связан с еврейскими религиозными структурами и не пришёл как обладатель военно-политической власти, с чем у многих евреев ассоциировался Мессия, то большинство евреев, и особенно вожди, не признали в Нём Мессию. Именно подтверждение, что Он действительно был обещанным Царём иудеев, в итоге привело к Его распятию. Но в тот момент время распространения этой истины ещё не наступило. Иисус не хотел раньше времени тревожить оппозицию или поощрять революционно настроенных евреев объединяться вокруг Него, как если бы Он был политическим освободителем.

Возможно, Иисус повелел этим людям молчать, чтобы особо не акцентировать внимание на чудотворном аспекте Его служения. Хотя чудеса и составляли большую часть Его божественного труда, многие люди приходили к Нему лишь как к великому человеку-целителю и не более того. Иисус упрекал людей, которые разыскивали Его после чудесного насыщения пяти тысяч возле Тивериады, открыто сказав им: «Истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились» (Иоан. 6:26). Большинство людей воспринимали чудеса Иисуса не как «знамения», подтверждающие Его мессианство, а просто как сверхъестественное, возможно даже волшебное, средство получить бесплатный обед или любую другую временную материальную выгоду.

И, возможно, Иисус велел этим двум людям не разглашать весть об их исцелении для того, чтобы другие сами могли сделать свои собственные выводы о Его мессианстве. Если они смело называли Иисуса Его мессианским титулом «Сын Давидов» до того, как были исцелены, насколько же смелее была их проповедь после того, как они прозрели от прикосновения Его руки! Когда Иоанн Креститель, заключённый в темницу, послал своих учеников спросить Иисуса: «Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?», — Иисус не ответил прямо, а предпочёл ответить так: «Пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокажённые очищаются и глухие слышат, мёртвые воскресают и нищие благовествуют» (Матф. 11:3-5). Иисус хотел, чтобы особенно евреи как Богом избранный народ приняли Его мессианство на основе исполнения Им ветхозаветных пророчеств, а не просто на основе слухов или устных заявлений.

СВОЕВОЛИЕ ЭТИХ ЛЮДЕЙ

Несмотря на строгое предупреждение Иисуса, эти двое немедленно, выйдя, разгласили о Нём по всей земле той. Разумеется, верующие должны говорить о Господе как можно больше, а не меньше. Но в то время Иисус, по причинам, известным только Ему одному, приказал этим двум людям ничего не сообщать о том, что Он сделал для них; однако они ослушались. Поскольку это было непослушание Господу, их поступок характеризуется как неправильный; но это был такой грех, который могло совершить только переполненное благодарности сердце. Эти люди не могли побороть непреодолимое желание рассказать всем о своём чудесном освобождении и о Господе, Который освободил их.

ОБЯЗАТЕЛЬСТВО ЭТИХ ЛЮДЕЙ

Перевод предложения «Когда же те вышли, то привели к Нему человека немого бесноватого» наводит на мысль, что другие люди привели немого к Иисусу в тот момент, когда двое бывших слепых уходили. Но другой возможный перевод звучит так: «Они, уходя, привели к Нему немого бесноватого». Идея заключается в том, что эти двое, когда уходили, натолкнулись на человека, нуждающегося в помощи, и сразу же привели его к Иисусу для исцеления. Если это было так, то они доказали искреннюю преданность Христу, приведя к Нему других.

Немой мог быть другом этих слепых, будучи их глазами, а они были бы его голосом. В таком случае, первое, что они сделали после своего исцеления и спасения, — это привели своего друга к Иисусу для получения исцеления и спасения.

Слово кофос (немой) очень часто означало также и глухого (см. Матф. 11:5), потому что неспособность говорить часто была вызвана неспособностью слышать. Как и слепота, глухота была обычным явлением в древнем мире. Потерю слуха вызывали несчастные случаи и болезни. В ушной сере также могло собираться инородное вещество, которое становилось питательной средой для инфекции, в конце концов, разрушавшей слух. Однако в данном случае немота была вызвана тем, что человек был бесноватым, и когда он был освобождён от беса, он освободился и от глухоты.

ИСЦЕЛЕНИЕ ГЛУХОГО

И когда бес был изгнан, немой стал говорить (9:33а)

Как бес был изгнан, неизвестно. То ли Иисус прикоснулся к этому человеку, как Он прикоснулся к двум слепым, то ли устно повелел бесу выйти, как Он поступил с бесами, которые находились в гадаринских бесноватых (8:32); либо использовал какое-то другое средство, но бес сразу же вышел, и немой стал говорить.

Ничего не говорится о вере этого человека, и ничего не сообщается о его спасении. Насколько мы знаем, он не заявлял о своей вере в Иисуса и не получил от Него ничего, кроме физического исцеления. Возможно, что после того как его два друга продолжали свидетельствовать ему, он позже уверовал в Христа и обрёл вечную жизнь. Но в этот момент его исцеление, похоже, было только физическим.

Основное внимание этого отрывка сосредоточено на двух слепых, и их история представляет собой прекрасную аналогию с духовными принципами спасения. Их физическая слепота — прообраз духовной слепоты. И, прежде всего, они осознали свою нужду.

Во-вторых, слепые признали в Иисусе Сына Давида, Мессию, так же как спасённый человек должен признать Его Господом и Спасителем. В-третьих, они надеялись обрести Божью милость, в которой нуждались, хотя знали, что не заслуживают её. Насколько же меньше грешные люди заслуживают Божьего прощения своих грехов и насколько больше они нуждаются в Его милости? В-четвёртых, слепые верили, что Иисус исцелит их. Так и погибающие должны верить, что Он спасёт их. Благодаря своей вере слепые были обращены. В-пятых, ослушавшись Господа, они, хотя и были движимы добрыми намерениями, проявили слабость, которая часто следует за обращением. Как младенцы во Христе, они не проявили проницательности и легкомысленно поставили своё собственное мнение выше мнения Господа. Но, в-шестых, они были полезны Господу, потому что привели к Нему других.

Джордж Лэнсинг Тейлор некогда писал:

Спаситель наш, как мы слепы и немы,

Открой глаза нам, — и увидим, где мы;

Пусть глаз коснутся истины лучи,

Уста воспеть хвалу Тебе учи.

Дай пережить нам мрак ночной печали,

Везде Твой свет искать в самом начале,

И мы услышим средь небес сиянья:

«Да будет вам по вере воздаянье!»

И приведём к Твоим ногам безгласных,

Как мы когда-то, — жалких и несчастных,

И все увидят Божьей славы свет,

И будет наш Господь хвалой воспет!

Реакция на власть Иисуса

И народ, удивляясь, говорил: «Никогда не бывало такого явления в Израиле». А фарисеи говорили: «Он изгоняет бесов силой князя бесовского».

И ходил Иисус по всем городам и селениям, уча в синагогах их, проповедуя Евангелие Царства и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях (9:33б-35)

Один современный британский писатель сказал: «Проблема человечества состоит в следующем: человечество стоит на перекрёстке дорог, но указателей там нет».

Для Матфея, однако, — как и для всех остальных авторов, проповедников и учителей Нового Завета и для каждого верующего сегодня, — духовные указатели, в которых нуждается человечество, находятся на своём месте, и они вполне надёжны. Проблема человечества заключается не в указателях, а в тех, кто игнорирует или отвергает указатели, которые Бог сделал абсолютно понятными (см. Рим. 1:18-23).

Среди таких указателей — чудеса, которые демонстрировали божественную природу и мессианство Иисуса, Его силу спасать и Его право руководить. Кроме демонстрации того, кем был Иисус, Его чудеса также послужили для отделения тех, кто принял Его, от тех, кто отверг. Для некоторых людей чудеса Иисуса были признаком Его божественной силы и славы, и это привлекало их ближе к Нему. Для некоторых это были сверхъестественные чудеса, совершённые добрым человеком, но человеком, который не имел права на их жизнь. А для других они были оскорблением их религиозных приличий, отдалявшим их ещё больше от Господа.

Иисус — это разделяющая линия истории, разграничение, которое определяет окончательный удел каждого человека на земле. Когда Иисусу было только сорок дней от роду, родители принесли Его в иерусалимский храм, чтобы представить Его Господу как первенца мужского пола и чтобы Мария совершила обряд очищения после родов. Когда они были там, благочестивый муж по имени Симеон, которому Святой Дух обещал, что он «не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господнего», взял Младенца Иисуса на руки и прославил Бога за это Дитя, сказав: «Видели очи мои спасение Твоё, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля» (Лук. 2:26, 30-32). Затем он благословил Марию и Иосифа «и сказал Марии, матери Его: „Вот лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле“» (ст. 34).

Те, кто отвергает Иисуса, подвергаются Божьему осуждению и попадают в ад («падение»), а те, кто принимает Его, восстают в вечную жизнь с Богом на небесах («восстание»). Это два единственно возможных удела для человека. Те, кто доверяет Богу, спасаются и становятся, «как дерево, посаженное при потоках вод, которое приносит плод свой во время своё, и лист которого не вянет; и во всём, что он ни делает, успеет», а те, кто отвергает Бога, погибают, «они — как прах, возметаемый ветром» (Пс. 1:3-4).

Даже тогда, когда Иисус находился во чреве Марии, она славила Бога как Сильного, милость Которого «в роды родов к боящимся Его… [Он] низложил сильных с престолов и вознёс смиренных. Алчущих исполнил благ, и богатящихся отпустил ни с чем» (Лук. 1:49-50, 52-53). Зная Ветхий Завет, Мария понимала, что Бог принимает тех, кто приходит к Нему в смирении и раскаянии, и отвергает тех, кто гордо и высокомерно полагается на себя и не видит нужды в Его милости или освобождении. В начале Своего служения Иисус объявил:

Блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царство Божье. Блаженны алчущие ныне, ибо насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо возрадуетесь. Блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас, и будут поносить, и пронесут имя ваше как бесчестное за Сына Человеческого. Возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь, ибо велика вам награда на небесах. Так поступали с пророками отцы их. Напротив, горе вам, богатые! Ибо вы уже получили своё утешение. Горе вам, пресыщенные ныне! Ибо взалчете. Горе вам, смеющиеся ныне! Ибо восплачете и возрыдаете. Горе вам, когда все люди будут говорить о вас хорошо! Ибо так поступали с лжепророками отцы их (Лук. 6:20-26).

Те, кто блаженны, — спасены, а те, кто подпадает под Божье проклятие, — погибшие.

Используя другие образы, чтобы научить той же истине, Иисус сказал, что спасённые — это те, кто строит свою жизнь на скале Божьей праведности, а погибшие — те, кто строит свою жизнь на песке человеческой религии. Те, кто строит на скале, выдержат Божий суд, а те, кто строит на песке, не устоят (Матф. 7:24-27). Используя ещё один образ, Господь сказал: «Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретёт её» (Матф. 16:25). В другом случае Он сказал: «Итак, всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцом Моим Небесным; а кто отречётся от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным» (Матф. 10:32-33). Тех, кто отождествляет себя с Божьим Сыном, Иисусом Христом, Бог назовёт Своими детьми. Иисус ясно дал понять, что Его мир — только для тех, кто принадлежит Ему. Для тех, кто отвергает Его, Он «не мир пришёл… принести, но меч, ибо… пришёл разделить человека с отцом его, и дочь с матерью её, и невестку со свекровью её. И враги человеку — домашние его» (ст. 34-36).

В притче, обращённой к неверующим главным священникам и старейшинам в Иерусалиме, Иисус сказал: «У одного человека было два сына; и он, подойдя к первому, сказал: „Сын! Пойди сегодня работай в винограднике моём“. Но он сказал в ответ: „Не хочу“. А после, раскаявшись, пошёл. И подойдя к другому, он сказал то же. Этот сказал в ответ: „Иду, господин“, — и не пошёл. Который из двух исполнил волю отца?» Они ответили Ему: «Первый». И Иисус сказал им: «Истинно говорю вам, что мытари и блудницы вперёд вас идут в Царство Божье» (Матф. 21:28-31). Первый сын представляет неверующих и нечестивых людей, которые пришли к осознанию своего греха и раскаялись в нём, обратившись к Богу за спасением. Второй — символизирует набожных лицемеров, внешне исповедующих веру в Бога, но внутри бунтующих против Него. Набожны люди или нет, спасение могут получить только те, кто обратился к Богу через Иисуса Христа.

Апостол Павел часто писал на эту тему, что человечество делится на верующих и неверующих — на направляющихся на небеса и на идущих в ад, на блаженных и проклятых, прославленных и осуждённых, — и решающим является их ответ Господу Иисусу Христу. «Благодарение Богу, Который всегда даёт нам торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами во всяком месте, — писал он верующим в Коринфе. — Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих: для одних — запах смертоносный на смерть, а для других — запах живительный на жизнь» (2 Кор. 2:14-16). Христиане распространяют благоухание Бога по всему миру, но это благоухание является приятным благословением только для собратьев-верующих. Чем больше спасённые слышат и понимают и общаются с теми, кто верит в Евангелие, которое искупило их, тем больше они радуются и возрастают в своей новой жизни во Христе. Но для тех, кто обречён на ад, кто отвергает Благую весть о Христе, всё то, кем являются христиане и чему они учат, приносит только запах смерти. Чем больше они слышат Евангелие и видят, как оно проявляется, тем более отталкивающим оно становится для них и тем прочнее они утверждаются в своей погибели. Их постоянное отвержение Евангелия подтверждает то, что они мертвы.

Автор Послания к Евреям говорит: «Сколь тягчайшему, думаете, наказанию повинен будет тот, кто попирает Сына Божьего и не почитает за святыню кровь завета, которой освящён, и Духа благодати оскорбляет?» (Евр. 10:29). Чем больше спасающее Евангелие Иисуса, Евангелие жертвенного искупления за грех, отрицается и сознательно отвергается, тем больше сгущается духовная тьма и тем суровее становится наказание вечности.

В Матф. 9:33б-35 впервые показаны две внешне разные, но, по сути, одинаковые реакции на чудеса Иисуса, а затем подводится краткий итог Его служению в Галилее, который также является итогом всего Его служения до времени распятия.

РЕАКЦИЯ ЛЮДЕЙ

И народ, удивляясь, говорил: «Никогда не бывало такого явления в Израиле» (9:33б)

После первой группы из трёх чудес общую реакцию людей отражают три человека, каждого из которых призывал Иисус, но которые нашли предлог не последовать за Ним (см. 8:19-22; ср. Лук. 9:57-62). Первой ответной реакцией после следующей группы чудес было призвание и обращение Матфея (9:9), за чем последовали неискренние вопросы неверующих фарисеев к Иисусу (ст. 11-13) и искренние вопросы сбитых с толку учеников Иоанна Крестителя (ст. 14-17).

На протяжении всего служения Иисуса — как и во всём Новом Завете и во всей истории Церкви — отношение к Иисусу Христу было разным. Некоторые люди сразу же признавали в Нём Того, Кем Он был, но не стремились обрести спасение. Другие признавали Его, верили в Него и обретали вечную жизнь. Некоторые сначала отвергали Его, но позже принимали, а некоторые внешне заявляли, что принимают Его, но внутри не менялись и оставались неспасёнными. Однако в каждом случае реакция отражала одно из двух решений — либо это было истинное принятие, которое вело к спасению, либо отвержение, которое вело к осуждению.

В данном отрывке Святой Дух показывает реакцию людей по отношению к Иисусу после третьей и последней группы чудес, записанных в Матф. 8–9.

РЕАКЦИЯ ТОЛПЫ

Первым отреагировал народ, который удивлялся тому, что делал Иисус. Люди публично засвидетельствовали, что никогда не бывало такого явления в Израиле. Они знали о многих чудесах, которые Бог сотворил, когда Моисей призывал фараона освободить израильтян из рабства, и как Он провёл их через Красное море, и как давал им воду и манну в пустыне. Они знали о том, что на горе Синай Бог дал закон, начертанный Его собственным пальцем на скрижалях, а также о том, как Он поразительно разрушил стены Иерихона. Они знали о великих чудесах Илии и Елисея. Но меньше чем за год они сами стали свидетелями чудес бо льших и абсолютно уникальных по своей значительности. Здесь было проявление божественной силы, равной которой не было не только в истории Израиля, но и в истории мира.

Слово таумазо (удивляться) означает «быть изумлённым и поражённым, быть охваченным благоговейным трепетом». Усилительные формы этого глагола в Матф. 27:14 и Марк. 12:17 имеют ещё более сильное значение. И в той степени, в какой усиливались чудеса Иисуса, народ изумлялся сверх всякого изумления. Когда Иисус успокоил бурю на Галилейском море, ученики больше испугались божественной силы, которая укротила бурю, чем самой бури. Великое множество и разнообразие исцелений и других чудес сделало их и неоспоримыми, и непостижимыми. Поэтому люди постоянно «удивлялись величию Божьему» (Лук. 9:43).

Однако, несмотря на своё изумление, большинство людей были непостоянны в своём восхвалении Иисуса. Когда Он въезжал в Иерусалим в понедельник, за несколько дней до Своей смерти, «множество… народа постилали свои одежды по дороге, а другие резали ветви с деревьев и постилали по дороге; народ же, шедший впереди и сопровождавший, восклицал: „Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!“» (Матф. 21:8-9). Но к пятнице этой же недели — убеждённый религиозными вождями в том, что Иисус идёт против традиционного иудаизма и может даже стать угрозой безопасности народа со стороны Рима, — тот же народ предпочёл отпустить Варавву, преступника, а Иисуса, Спасителя, распять (27:21). Так как их очарование чудесами Иисуса было поверхностным и не включало в себя подчинение Ему как Господу и Спасителю, удивлённая толпа, в итоге, потребовала Его крови и смерти.

Великие толпы народа славили Иисуса и шли издалека по раскалённым пыльным дорогам, чтобы увидеть, как Он совершает удивительные дела; но они восхищались Им только со стороны. Они не были прочно связаны с Ним и не подчинялись Ему. Их многое удивляло, иногда даже пугало, но они никогда не были преданы Ему. Это были простые зрители, готовые аплодировать, но не желающие участвовать. Они пришли к Иисусу из любопытства и ради развлечения.

В Иоан. 6:26-27, например, Иисус сказал народу: «Истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились. Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную». Они пришли к Иисусу только за бесплатной едой! И поскольку они только этого хотели, только это они и получили. В конце концов, они отвернулись от Него, а затем восстали против Него, потому что у тех, кто не примет Его Господом и Спасителем, иного пути нет.

История изобилует примерами людей, которые превозносили Иисуса, но не проявили никаких признаков покорности Ему, а во многих случаях даже открыто противились истине, которой Он учил. Понтий Пилат перед заклятыми врагами Иисуса объявил Его ни в чём не виновным, а чуть позже объявил Ему смертный приговор. Французский философ Дидро отметил, что Иисус был непревзойдён, а великий французский император Наполеон заявил, что Иисус был императором любви. Д. Ф. Штраус, немецкий либеральный богослов, говорил, что Иисус был высочайшим образцом религии. Английский философ и экономист Джон Стюарт Милл называл Его путеводителем человечества. Уильям Лекки, ирландский историк, сказал, что Иисус является высочайшим примером добродетели, а Джеймс Мартино, английский богослов и философ, называл Его божественным цветком человечества. Французский историк Жозеф Ренан признавал, что Иисус — величайший среди сынов человеческих. Теодор Паркер, американский унитарный священник, говорил об Иисусе как о юноше с Богом в сердце, а уэльсский реформатор Роберт Оуэн сказал, что Иисус был безупречным. Один популярный музыкант называл Его Суперзвездой. Всё это прекрасные мнения, но все они лишены спасающей истины.

Фарисеи и другие вожди в дни Иисуса громогласно славили ветхозаветных пророков, но их предшественники, жившие во дни этих пророков, убивали пророков — точно так как фарисеи заставили людей отвергнуть и распять Христа. Многие люди сегодня превозносят великих христианских вождей истории Церкви, однако отвергают главные доктрины и нормы, которым эти вожди учили и за которые часто умирали.

Несколько лет назад группа студентов-христиан проводила в светском университете серию встреч на тему о библейских нормах нравственности. Пока представление темы шло в общих чертах, всё принималось довольно хорошо. Но когда прозвучало осуждение гомосексуализма как явного греха в глазах Бога, один гомосексуалист, член преподавательского состава, пронёсся по проходу зала, выкрикивая непристойности в адрес оратора. А в конце встречи многие студенты-гомосексуалисты плевали на присутствовавших там христиан.

До тех пор пока Иисус находится на расстоянии вытянутой руки и до тех пор пока Его требовательное и ведущее к противостоянию учение игнорируется или отрицается, мир зачастую принимает Его. Но когда Он обвиняет в грехе и требует покаяния и послушания, мир отворачивается от Него. Когда звучит проповедь о том, что человек нуждается в спасении, и когда настаивают на том, что Иисус утверждал, что Он — Господь, всё меняется. Те, кто однажды восхвалял Его, становятся Его критиками, а те, кто однажды восхищался Им, становятся Его врагами. Люди часто высоко превозносят Иисуса и даже признают Его божественность и совершенство — до тех пор, пока не говорится о том, что Он осуждает на ад лжеца, убийцу, прелюбодея, гомосексуалиста, вора и любого другого грешника, который отказывается покаяться и принять Его Своим Спасителем и Господом.

ВНЕШНЕ НАБОЖНЫЕ ОТВЕРГАЮТ ЕГО

А фарисеи говорили: «Он изгоняет бесов силой князя бесовского» (9:34)

Из этого утверждения ясно видно, что многие из фарисеев не только с подозрением относились к Иисусу и завидовали Ему, но также заключили, что Он — опасный враг традиционного иудаизма, главными хранителями которого они являлись. Более того, в их понимании враг их религии был врагом Бога.

Не смея отрицать чудеса Иисуса, они решили не признавать источник этих чудес. Отказавшись признать в Иисусе Божьего Мессию, они объявили Его представителем сатаны, который изгоняет бесов силой князя бесовского. Критиковать очевидное для всех они не могли, ведь чудес было очень много, к тому же они совершались публично и были доказуемы. Поэтому фарисеи безрассудно набросились на Того, Кто их совершал.

Немногим позже Иисус показал всю нелогичность обвинения (которое слегка отличалось от обвинения, выдвинутого в Матф. 9:34), что «Он изгоняет бесов не иначе, как силой веельзевула, князя бесовского» (Матф. 12:24). Слово «веельзевул» было, по-видимому, формой слова «Баал-зебуб» (что означало «повелитель мух»). Это языческое божество филистимлян считалось князем бесов, самим сатаной. Но, как сказал Иисус, «всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит. И если сатана сатану изгоняет, то он разделился сам с собою. Как же устоит царство его?» (ст. 25-26). Тьма, жестокость и гнев в сердцах фарисеев вели их к тому, что они нападали на Иисуса, выдвигая безрассудные обвинения и при этом надеясь, что люди поверят в них, — обвинения, в которые они в своей слепоте и непреклонном неверии, вероятно, верили сами. Истина не может противоречить истине; только ложь может противоречить истине.

Если неверующий решил не верить, никакие факты или доводы, какими бы очевидными и убедительными они ни были, не могут просветить его. Человек, преданный тьме, отказывается признавать свет, даже если этот свет ослепительно яркий. Также человек, который восхваляет Иисуса, но не принимает или игнорирует Его, находится под таким же осуждением, как и тот, кто поносит и отвергает Его. Любой ответ Иисусу, кроме веры, равнозначен отвержению и заканчивается осуждением.

ДЕЛА ГОСПОДА

И ходил Иисус по всем городам и селениям, уча в синагогах их, проповедуя Евангелие Царства и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях (9:35)

Показав реакцию людей на третью группу чудес, Матфей кратко описывает галилейское служение Иисуса (ср. 4:23).

Еврейский историк Иосиф Флавий сообщает, что в то время в Галилее, на территории около 65 км в ширину и 110 км в длину, было около двухсот городов и селений. «Города многочисленны и везде множество селений, — писал он, — переполненных людьми вследствие плодородности почвы, так что в наименьшем из них обитает более пятнадцати тысяч жителей». Основываясь на этих данных, можно заключить, что в Галилее проживало, как минимум, три миллиона человек, большинство из которых могли лично видеть Иисуса.

Города в те дни отличались тем, что имели высокие крепостные стены, в то время как селения таких стен не имели. Во время короткого пребывания в Галилее Иисус посетил все эти города, совершая Своё троякое служение: уча, проповедуя Евангелие Царства и исцеляя.

ПОУЧЕНИЕ

уча в синагогах их (9:35б)

Синагоги возникли во время вавилонского плена (который начался в 586 г. до Р.Х.) и с тех пор являлись центрами общественной жизни евреев. Синагога была местом поклонения, городской администрацией и зданием суда. До вавилонского плена всё поклонение сосредотачивалось в иерусалимском храме, от которого каждый еврей в Палестине жил на расстоянии менее ста пятидесяти километров. Но когда евреи на 70 лет плена лишились храма, они начали собираться в синагогах, что просто означает «место собрания». Синагога могла быть создана в любом месте, где жили десять евреев-мужчин. Во многих больших городах древнего мира было по несколько синагог.

Обычно синагога находилась на горе или возле реки и часто строилась без крыши — как и большая часть храма — чтобы люди в процессе поклонения смотрели на небеса. Синагогу часто можно было узнать по длинному шесту, устремлённому высоко вверх. Незнакомец всегда мог найти путь к синагоге, просто двигаясь по направлению к этому шесту.

Члены синагоги собирались для поклонения в субботу, а также во второй и в пятый дни недели. Они собирались там и для того, чтобы отмечать многочисленные праздники и святые дни. Обычное служение проходило просто. Начиналось оно с благодарения и благословений, куда входили песни прославления и устное свидетельство о доброте Господа. Затем произносилась молитва, в конце которой всё собрание говорило «Аминь». Это было подтверждение, которое означало «да будет так». Иисус часто использовал слово аминь (переведённое как «истинно»; см. Матф. 16:28; Марк. 9:1), чтобы подчеркнуть истину важных учений; и ранняя Церковь, следуя правилам, установленным в синагогах, использовала это слово как отклик на молитву (см. 1 Кор. 14:16).

После того как на служении произносилась молитва, назначаемый чтец вставал и читал из закона Моисеева, то есть из Пятикнижия (первых пяти книг Библии). Отрывок читали на древнееврейском языке, а затем переводили на арамейский — язык, на котором обычно говорили евреи в Палестине (ср. Неем. 8:8). После этого читали, переводили и объясняли отрывок из книги одного из пророков. Еврейский учёный Филон, который жил в Александрии в дни Христа, писал: «Синагоги существуют в основном для подробного чтения и разъяснения Писания».

Поэтому практика чтения и объяснения Писания, возникшая ещё в дни Неемии, до сих пор остаётся самым здравым способом проповедовать Божье Слово и учить ему. Лучше всех давал объяснение Иисус, и однажды Он объяснил людям в синагоге Его родного города Назарета, что Он Сам и есть исполнение и истинное толкование отрывка Ис. 61:1-2, который Он прочитал для них (Лук. 4:16-21).

Так как существовало правило, которое называлось «свобода синагог», разъяснять отрывок из Писания мог любой знающий человек, и особая честь оказывалась приезжим раввинам или священникам. И Иисус, и Павел пользовались этой привилегией, которая оказалась очень эффективной для распространения Евангелия в первом веке (см. Матф. 4:23; 13:54; Лук. 4:15-21; Деян. 9:20; 13:5; 18:4; 19:8).

Обычное служение заканчивалось молитвой благословения и заключительным всеобщим «аминь».

Как уже упоминалось, синагога была также местом для обучения. Это была общеобразовательная школа, или семинария, где еврейским мальчикам преподавали Талмуд (официальный комментарий к закону Моисея) и где многие еврейские мужчины (не только старейшины и раввины) часто проводили время за изучением Писания (см. Деян. 17:11).

Религиозными и общественными делами управляли десять старейшин, или начальников, синагоги, такие как Иаир (Марк. 5:22). Все старейшины играли роль судей, и из их числа выбирали главного начальника синагоги, переводчика с древнееврейского для проведения служений, руководителя школы и других должностных лиц. В синагогах решались все религиозные споры, и в большинстве стран и провинций в новозаветные времена римские власти разрешали евреям самим решать многие гражданские споры и даже назначать наказание. В синагогах проводили расследование, там же вершился суд и приводилось в исполнение наказание (см. Матф. 10:17).

ПРОПОВЕДЬ

проповедуя Евангелие Царства (9:35в)

Слово «проповедуя» происходит от термина керуссо, главное значение которого «возвещать, делать публичное объявление, чтобы все услышали» (Матф. 4:17; 10:7; Марк. 16:15).

Иисус не только учил в синагогах, но также проповедовал Евангелие Царства, где бы Он ни был — в синагоге, на улице, на склоне горы или на берегу моря. Именно проповедуя Евангелие, Он открыл слушателям главный его смысл, побуждая их не просто верить Его словам, а верить в Него. Проповедуя Евангелие Царства, Иисус не разъяснял Ветхий Завет, как Он делал, когда учил в синагогах, а проповедовал Новый Завет — завет, который Он должен был скрепить Своей кровью (Матф. 26:28). Он раскрывал тайны, которые упоминались, но не объяснялись в Ветхом Завете, и поэтому были сокрыты даже от самых верных верующих прежних времён. Таким образом, Иисус давал новое откровение о Божьем плане искупления.

Слово «Евангелие» (еуангелион) означает «Благая весть», и в Новом Завете оно используется, в частности, по отношению к Благой вести о Царстве Бога, которое Иисус не только провозглашал, но в котором Он был одновременно и дверью, и Правителем (Матф. 16:28; 18:3; Лук. 22:29-30; Иоан. 14:6; 18:36).

Учение Иисуса о Царстве касалось не только будущего Царства (Тысячелетнего Царства и вечного Царства), но и Его настоящего духовного царства, в которое человек рождается, благодаря прощающей и преобразующей благодати, в тот момент, когда уверует в Сына Божьего. Каждый христианин является гражданином Божьего Царства уже в этой жизни. Христос — Царь и Господь каждого верующего. Он управляет нашей жизнью, удовлетворяет наши нужды, гарантирует нам спасение и во всех отношениях является нашим Повелителем. Царство — это правление и царствование Христа сейчас, на земле, в Своих святых и над Своими святыми, а со временем и над всей землёй во время Тысячелетнего Царства и, в конечном итоге, в вечности над новыми небесами и новой землёй.

Двойная задача провозглашения Евангелия и наставления в Слове до сих пор является основным служением церкви. Наше первое призвание — учить людей истинам Божьего Слова и вести их к спасающему познанию Иисуса Христа (Матф. 28:19-20).

ИСЦЕЛЕНИЯ

и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях (9:35г)

Известный богослов Б. Б. Уорфилд писал: «Когда наш Господь сошёл на землю, Он принёс с Собой небеса. Знамения, которые сопровождали Его служение, были лишь вереницей облаков славы, которую Он принёс с небес, являющихся Его домом» (Counterfeit Miracles, Carlisle, Pa.: Banner of Truth, [1918] 1983, p. 3).

Проповедь и поучение Иисуса сопровождались проявлением сверхъестественной силы, что особенно было видно во время исцелений. Эти три вида деятельности обобщают публичное служение нашего Господа.

Жатва и работники

Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря. Тогда говорит ученикам Своим: «Жатвы много, а работников мало; итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал работников на жатву Свою» (9:36-38)

На этом Матфей завершает раздел о подтверждении Иисусом Своей божественной власти и Своего мессианства (гл. 8–9). В 10-й главе он сосредотачивает внимание на поручении Иисуса, данном ученикам, и на Его первоначальном обучении их и подготовке к апостольскому служению (см. 11:1). 36-38 стихи 9-й главы являются мостом между этими двумя частями, когда Иисус временно оставляет Своё публичное служение народу и сосредотачивает внимание исключительно на обучении Двенадцати.

Этот отрывок отмечает переходный период в служении Иисуса. До этого момента Его ученики были просто слушателями и зрителями, которые наблюдали и учились. Фактически всё служение — обучение, проповедь и исцеления — Иисус совершал Сам. Сейчас Иисус указывает на причину вовлечения в дело учеников (ср. 9:35 и 10:1, 7-8, 27). Три стиха этого отрывка дают некоторое представление и о методах, которые использовал Иисус в подготовке учеников для совместного с Ним служения.

ЕГО МОТИВЫ

Видя толпы народа, Он сжалился над ними, что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря. Тогда говорит ученикам Сво- им: «Жатвы много» (9:36-37а)

Здесь особенно проявляется чуткое сердце Иисуса и Его божественное побуждение к служению. Мы понимаем, что побудило Сына Божьего прийти на землю, чтобы учить, проповедовать и исцелять грешных людей, которые заслуживали только ада, — Его божественное сострадание, погибшее состояние человека и грядущий суд.

БОЖЕСТВЕННОЕ СОСТРАДАНИЕ ХРИСТА

Видя толпы народа, Он сжалился над ними (9:36а)

Вероятно, Иисус смотрел с расстояния на огромные толпы народа, которые постоянно, на протяжении многих месяцев следовали за Ним, куда бы Он ни шёл. Если Он садился в лодку, чтобы пересечь Галилейское море, они либо переправлялись следом за Ним, либо бежали по берегу вокруг озера и встречали Его на другой стороне. Толпы народа следовали за Иисусом по пятам из города в город, от дома к дому, от синагоги к синагоге, не давая Ему отдохнуть.

Многие люди приходили просто из любопытства: увидеть и услышать, что сделает или скажет великий Чудотворец и Учитель. Никогда раньше они не слышали, кто бы говорил так авторитетно и в то же время так сострадательно, и не видели, кто бы совершал такие удивительные подвиги. Немало было и тех, кто обращался к Иисусу со своей личной нуждой или нуждой своих близких или друзей. Большинство из них нуждались в физическом исцелении или освобождении от бесов.

Но Иисус Своим божественным взором видел бесконечно большую нужду в их жизни, чем высохшая рука, кровоточащее тело, одержимость или слепота и глухота. Он сочувственно относился к их физическим недугам и был бы рад, если бы это было их единственным несчастьем.

Но, глядя на толпы народа, Иисус видел всю глубину их греха; Он видел, в каком отчаянном положении они находились, будучи духовно слепыми и погибшими. Поэтому Он сжалился над ними, как мог сжалиться только Бог. Забота Иисуса — это забота воплощённого Бога. В этом суть Божьей природы: любить и заботиться, потому что «Бог есть любовь» (1 Иоан. 4:8). Снова и снова в Евангелиях говорится о сострадании и любви Иисуса к людям. Когда Он удалился в лодке, чтобы побыть наедине после известия о смерти Иоанна Крестителя, народ, узнав, куда Он отправился, «пошёл за Ним из городов пешком. И, выйдя, Иисус увидел множество людей и сжалился над ними, и исцелил больных их» (Матф. 14:13-14). После исцеления множества людей на склоне горы в Галилее Он сказал Своим ученикам: «Жаль Мне народа, что уже три дня находится при Мне, и нечего им есть; отпустить же их неевшими не хочу, чтобы не ослабели в дороге» (15:32). Господь не ограничился исцелением калек, хромых, слепых, немых и многих других (ст. 30-31). Когда у людей не было еды, Он позаботился и о том, чтобы утолить их голод.

Слово спланхна — отглагольное существительное, производное от глагола «сжалиться», которое буквально означает «кишки» или «внутренности». В Писании это слово иногда используется в буквальном значении, например, при описании смерти Иуды (Деян. 1:18). Однако чаще оно используется в переносном смысле, означая эмоции. Сегодня мы таким же образом используем слово «сердце». Евреи, как и многие другие древние народы, выражали свои эмоции словами, относящимися к физиологическим симптомам, а не к абстрактным понятиям. Большинство из нас знает из личного опыта, что многие сильные эмоции — тревога, страх, жалость, раскаяние и др. — могут сильно влиять на желудок и пищеварительный тракт. Расстройство желудка, колит и язва — это лишь немногие из обычных недугов, причиной которых часто бывает эмоциональная травма. Поэтому нет ничего странного в том, что в древности люди связывали сильные эмоции с этими внутренними органами. Сердце, с другой стороны, больше связывали с разумом и мышлением (см. Прит. 16:23; Матф. 15:19; Рим. 10:10; Евр. 4:12). Сердце было источником мыслей и поступков, тогда как внутренние органы реагировали на внешнее воздействие.

Следовательно, чтобы выразить глубокое сострадание по отношению к великому множеству несчастных людей, Иисус применил обычное слово, которое использовалось в Его дни. Он не просто заботился о них. Глубоко сопереживая страждущим, Он ощущал в Себе те же симптомы болезней. Ведь и мы, сопереживая кому-либо, можем испытывать почти физическую боль. Когда мы сильно страдаем, глубоко раскаиваемся или испытываем чувство жалости, нас в буквальном смысле может тошнить. Сын Человеческий ощущал то же самое, но в гораздо большей степени. Матфей говорит, что во исполнение пророчества Исаии Иисус «взял на Себя наши немощи и понёс болезни» (Матф. 8:17). Это конечно не значит, что Иисус Сам, в буквальном смысле, был болен или немощен, но сострадая людям и жалея их, Он и физически, и эмоционально страдал вместе с теми, кто приходил к Нему за исцелением — точно так, как родители могут физически заболеть от волнений и переживаний за своего ребёнка, когда он сильно болен, попал в неприятную ситуацию или ему угрожает опасность.

Когда Иисус увидел Марию и её друзей, оплакивающих смерть её брата Лазаря, Он «Сам восскорбел духом и взволновался», и заплакал вместе с ними (Иоан. 11:33, 35). Фраза «восскорбел духом» говорит не только об эмоциональной и духовной боли, но и о физической. Иисуса Самого охватило горе, когда Он увидел скорбь Своих дорогих друзей, и Он прослезился. Он знал, что Лазарь вскоре оживёт, и потому горевал по другой причине. Но испытывал Он такое же чувство или даже более сильное. Когда некоторые из находившихся там людей хотели узнать, почему Иисус не предотвратил смерть Лазаря, Он «опять [восскорбел] внутренне» (ст. 38). Эта фраза означает «содрогаться от физических мучений, связанных с эмоциональным переживанием».

Когда Иисуса арестовали в Гефсиманском саду, Он беспокоился не о Себе, а о Своих учениках. Он сказал воинам: «Итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут» (Иоан. 18:8). Распятый на кресте, перед лицом смерти, страшно страдая физически от колючего тернового венца и гвоздей в Своих руках и ногах, Он не забыл позаботиться о матери. «Иисус, увидев мать и ученика тут стоящего, которого любил, говорит матери Своей: „Женщина! Вот сын Твой“. Потом говорит ученику: „Вот мать твоя!“» (Иоан. 19:26-27). Исполненный чувства безмерного сострадания, Он не предал дух, пока не позаботился о Своей матери.

Когда Иисус терпел муки, потому что Его отверг Его собственный народ, Им овладел не гнев или желание отомстить, а самое глубокое чувство жалости. В одном из Своих самых горьких заявлений, когда-либо высказанных, Он сокрушался: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Матф. 23:37). Лука пишет, что, когда Иисус приблизился к Иерусалиму в последний раз, Он, «смотря на него, заплакал о нём и сказал: „О, если бы и ты хотя в этот твой день узнал, что служит к миру твоему! Но это сокрыто ныне от глаз твоих“» (Лук. 19:41-42). Как пророчествовал Исаия, Иисус поистине был «муж скорбей и изведавший болезни» (Ис. 53:3).

Иисус совершал чудеса исцеления не только для того, чтобы подтвердить Своё мессианство, но и для того, чтобы показать Божью безграничную любовь. Он продемонстрировал сострадательную власть — власть, совершенно чуждую для язычников и даже для большинства евреев, давно забывших о милосердии Бога, Который призвал, направлял, защищал и благословлял их как Свой избранный народ. Те, кто был свидетелем исцеляющего прикосновения Иисуса и слышал Его исцеляющие слова, наверняка были удивлены Его сострадательностью не меньше, чем Его силой.

Доктор Пол Брэнд многие годы оказывал медицинскую помощь прокажённым. В своей книге «Ты дивно устроил внутренности мои» он пишет:

[Иисус] протягивал руку, чтобы прикоснуться к глазам слепого, коже прокажённого, ноге увечного…

Я порой думал: почему Иисус так часто прикасался к исцеляемым? Многие из них были обезображены болезнью — грязные, дурно пахнущие люди. Он обладал такой силой, что мог бы легко исцелять взмахом какого-нибудь волшебного жезла… Но Он этого не делал. Иисус пришёл на землю не для того, чтобы объявить крестовый поход против болезней… Нет, Он пришёл, чтобы служить людям, и больным в том числе. Он хотел, чтобы все эти люди, один за другим, почувствовали Его любовь, Его тепло, Его близость к ним. Иисус знал, что не может явить Свою любовь толпе — любовь передаётся через прикосновение.

Комментируя утверждения из Послания к Евреям, касающиеся Иисуса («Ибо мы имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших», 4:15; и «хотя Он и Сын, однако страданиями научился послушанию», 5:8), доктор Брэнд пишет:

Божий Сын чему-то учился здесь у нас, на земле. До облечения в человеческое тело Бог никогда не испытывал физической боли, не жил под одной крышей с нуждающимися. Но Бог пребывал с нами и прикасался к нам. Проведённое на земле время позволило Ему прочувствовать всю полноту нашей боли. (Пол Брэнд и Филипп Янси, «Ты дивно устроил внутренности мои», [Москва, «Триада», 2000], стр. 156-157, 167).

Это полное сочувствия сострадание свойственно только христианству, потому что оно свойственно только Богу христианства. Индуизм, пожалуй, одна из самых жестоких и пренебрежительных к человеку религиозных систем. Её кастовая система запрещает даже прикасаться к представителям чужой касты. Обращение с больными и умирающими иногда ужасно и жестоко, потому что помощь рассматривается как отсрочка наступления кармы и перевоплощения. Брамины, каста индусских священников, не считают себя обязанными заботиться о больных и угнетённых. Нельзя также ожидать, что ислам проявит милосердие к тем, кто находится в нужде. История ислама полна кровопролития в мирских и религиозных войнах. Главная причина доброжелательности в буддизме заключается в том, что добродетельный поступок считается заслугой.

Насколько отличается от них пример и учение Христа! В притче о рабе, который не мог заплатить долг царю, Иисус показывает Божью любовь через милость царя, который, «умилосердившись над рабом тем, отпустил его и долг простил ему» (Матф. 18:27). Когда двое слепых, сидящих у дороги за городом Иерихоном, кричали Иисусу: «Помилуй нас, Господи, Сын Давидов!», — Он, «умилосердившись, прикоснулся к глазам их» и восстановил их зрение (20:30, 34). Когда прокажённый подошёл к Нему, говоря: «Если хочешь, можешь меня очистить», — Иисус, опять «умилосердившись над ним», очистил его от мучительной болезни (Марк. 1:40-41).

Дж. Кэмпбелл Морган писал об этом отрывке:

В человеке нет ничего такого, почему Бог должен спасать его; нужда в спасении коренится в Божьем сострадании. Ни один человек ничего не может требовать у Бога. Тогда зачем стоит беспокоиться о людях? Почему они в таком случае, отбившись от стада, не должны стать жертвой рыщущего в поисках добычи волка? Говорят, что великое дело искупления было результатом любви к праведности и святости Бога, что Иисус должен был прийти, учить, жить, страдать и умереть, потому что Бог праведен и свят. Я не так понимаю эту историю. Бог мог бы удовлетворить все требования Своей праведности и святости, предав людей на погибель, которую они сами навлекли на себя. Но глубочайшей сутью Бога, которая в своём могуществе включает в себя также праведность и святость, является любовь и сострадание. Бог сказал через пророка Осию: «Как предам тебя, Израиль?» Спасение было даровано именно благодаря любви, внушившей печаль Божественному сердцу (The Gospel According to Matthew [Old Tappan, N.J.: Revell, 1979], pp. 99-100).

Великий пуританский писатель Томас Уотсон сказал: «Мы можем вынудить нашего Господа наказать нас, но нам никогда не надо будет принуждать Его любить нас». Бог Писания — это Бог любви и сострадания. Насколько отличаются от Него языческие божества! Высшим атрибутом древнегреческих богов была апатейа — апатия и равнодушие. Эти предположительные божества были в высшей степени равнодушны к благополучию человечества. Даже природу истинного Бога фарисеи, книжники и раввины извратили настолько, что большинство евреев представляли Его как Бога гнева, мести и безразличия. Иисус же принёс совершенно иную весть.

Так как Господь сострадателен, верующие, которые носят Его имя, тоже должны быть сострадательными. «Наконец, — говорит Пётр, — будьте все единомысленны, сострадательны, братолюбивы, милосердны, дружелюбны, смиренномудры; не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте» (1 Пет. 3:8-9).

ПОГИБШЕЕ СОСТОЯНИЕ ГРЕШНИКА

что они были изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря (9:36б)

Вторая причина, почему Иисус посвятил Себя служению, объяснялась тем, что Он знал о бедственном положении грешника. Он видел вокруг Себя людей, которые действительно нуждались в помощи. Иисуса волновали их болезни и недуги, и Он исцелял всякую из них (ст. 35). Но в большей степени Его заботила нужда, о которой многие из людей даже не подозревали, — нужда в освобождении от рабства греха. Его не обманывала их внешняя показная духовность. Он видел их сердца и знал, что внутренне они были изнурены и рассеяны.

Основное значение слова скулло (быть изнурённым) — «сдирать кожу, свежевать», а его производное значение — «быть изнурённым или сильно встревоженным». Это слово часто включает в себя такие значения как «быть потрёпанным, повреждённым, искорёженным, разорванным, измотанным и изнеможённым». Иисус видел народ, внутренне опустошённый своим безнадёжным греховным состоянием.

Основное значение слова рипто (быть рассеянным) — «быть брошенным наземь и совершенно беспомощным», как от пьянства или смертельной раны. В Септуагинте (греческий перевод Ветхого Завета) это слово используется по отношению к Сисаре, когда он лежал мёртвый с колом в виске (Суд. 4:22). Иисус видел, что рассеянный народ — как овцы, не имеющие пастыря, который мог бы защитить их и позаботиться о них. Они были беспомощны, беззащитны, духовно истерзаны, низвергнуты, лишены руководства и пропитания.

Книжники и фарисеи называли себя пастырями, но именно эти «пастыри» в значительной степени были ответственны за смущение народа и лишение его надежды. Эти религиозные вожди не водили народ на духовные пастбища, не кормили его, не поили, не перевязывали раны. Вместо этого, лишённые любви, равнодушные вожди, которые должны были удовлетворять духовные нужды народа, обращались с ним грубо и жестоко. В результате, народ был изнурён, брошен и несчастен. В 10:6 Христос называет Божий избранный народ, оставленный на погибель, «погибшими овцами дома Израилева».

Книжники и фарисеи предлагали религию, которая, вместо того чтобы облегчать бремя, делала его ещё более тяжким. Они заботились лишь о соблюдении выдуманных ими традиций, а к истинному закону Божьему проявляли только поверхностный, лицемерный интерес. Простые люди были для них объектом презрения и эксплуатации, а не сострадания и служения. Книжники и фарисеи являлись истинными потомками лжепастырей, которых Господь столетиями раньше обличал через Иезекииля: «Горе пастырям Израилевым, которые пасли себя самих! Не стадо ли должны пасти пастыри? Вы ели тук и в шерсть одевались, откормленных овец закалывали, а стада не пасли. Слабых не укрепляли, и больной овцы не врачевали, и пораненной не перевязывали, и угнанной не возвращали, и потерянной не искали, а правили ими с насилием и жестокостью» (Иез. 34:2-4; ср. Зах. 11:5).

Книжники и фарисеи «связывают бремена тяжёлые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, — говорил Иисус, — а сами не хотят и перстом двинуть их» (Матф. 23:4). И что ещё хуже, они «[затворяли] Царство Небесное людям» — сами не входили и другим не позволяли (ст. 13). Какое суровое обвинение!

Многие религиозные вожди и сегодня пытаются не допустить людей в Царство, искажая Божье Слово, противореча ему и извращая путь спасения. Они не допускают людей к истинному Пастырю. Говоря людям, что те уже спасены, поскольку «добрый Бог никогда не приговорит никого к аду», они ведут людей к самоуспокоению и безразличию к нужде в покаянии и спасении, тем самым закрывая плотно дверь благодати, которую открыл Бог. Людей также обманывают и оставляют на погибель, когда говорят им, что они могут заслужить Божье расположение, избегая определённых грехов, или делая добрые дела, или участвуя в определённых предписанных ритуалах. Те, к кому Христос чувствует сострадательную любовь, духовно разрушены, ранены и оставлены в беспомощном состоянии за пределами овчего двора, который Бог приготовил им в Своём Сыне.

Иисус называл таких лжеучителей ворами и разбойниками, чужаками, от которых люди должны убегать (Иоан. 10:1, 5). В своих прощальных словах ефесским пресвитерам в Милете Павел предупреждал: «Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святой поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрёл Себе кровью Своею. Ибо я знаю, что по отшествии моём войдут к вам лютые волки, не щадящие стада» (Деян. 20:28-29).

Как чудесно, должно быть, было услышать слова Иисуса: «Придите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас; возьмите иго Моё на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирён сердцем, и найдёте покой душам вашим; ибо иго Моё благо, и бремя Моё легко» (Матф. 11:28-30). Как отличались эти слова от учения книжников и фарисеев, которые только добавляли бремя за бременем, традицию за традицией, требование за требованием!

Некто написал:

Дайте мне смотреть на людей, как Спаситель смотрел,

Пока мой взор не затуманят слёзы;

Дайте мне смотреть на блуждающих овец с жалостью

И любить их Его любовью.

ГРЯДУЩИЙ СУД

Тогда говорит ученикам Своим: «Жатвы много» (9:37а)

Здесь Иисус меняет метафоры, переходя от пастыря к жатве, но Он продолжает пояснять мотивы Своего служения. Иисус служил людям не только потому, что сострадание было заложено в Его природе и что люди сильно нуждались; Он также служил им, потому что они стояли перед лицом Божьего суда.

Обычно предлагают несколько различных толкований значения жатвы. Считается, что под жатвой подразумеваются все погибающие, или ищущие Бога, или избранные для спасения. Но в других местах Писания, включая Ветхий Завет, мы обнаруживаем, что Иисус под жатвой подразумевал нечто иное.

Бог объявил Израилю через Исаию: «Ибо ты забыл Бога спасения твоего, и не вспоминал о скале прибежища твоего, оттого развёл увеселительные сады и насадил черенки от чужой лозы. В день насаждения твоего ты заботился, чтобы оно росло и чтобы посеянное тобой рано расцвело; но в день собирания не куча жатвы будет, но скорбь жестокая» (Ис. 17:10-11). Здесь под жатвой подразумевается Божий суд.

Через Иоиля Господь сказал: «Спешите и сходитесь, все народы окрестные, и соберитесь; туда, Господи, веди Твоих героев. Пусть воспрянут народы и низойдут в долину Иосафата; ибо там Я воссяду, чтобы судить все народы отовсюду. Пустите в дело серпы, ибо жатва созрела; идите, спуститесь, ибо точило полно и подточилия переливаются, потому что злоба их велика. Толпы, толпы в долине суда!» (Иоил. 3:11-14). Опять жатва — это Божий суд, и множество людей столкнулись с необходимостью решать свою участь, до того как они потеряли эту возможность.

В притче о пшенице и плевелах Иисус говорил о двух видах растений, которым было позволено «расти вместе… до жатвы», когда плевелы будут связаны в снопы и сожжены (Матф. 13:30). Объясняя эту притчу, Иисус сказал: «Поэтому, как собирают плевелы и огнём сжигают, так будет при кончине века сего: пошлёт Сын Человеческий ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов» (ст. 40-42). Эта притча включает в себя истину, что во время жатвы праведные будут введены в вечное благословение (ст. 43), но акцент явно ставится на суде.

На острове Патмос Апостолу Иоанну было дано видение жатвы:

И взглянул я: и вот светлое облако, и на облаке сидит подобный Сыну Человеческому; на голове его золотой венец, и в руке его острый серп. И вышел другой ангел из храма и воскликнул громким голосом к сидящему на облаке: «Пусти серп твой и пожни, потому что пришло время жатвы, ибо жатва на земле созрела». И поверг сидящий на облаке серп свой на землю — и земля была пожата.

И другой ангел вышел из храма, находящегося на небе, также с острым серпом. И иной ангел, имеющий власть над огнём, вышел от жертвенника и с великим криком воскликнул имеющему острый серп, говоря: «Пусти острый серп твой и обрежь гроздья винограда на земле, потому что созрели на нём ягоды». И поверг ангел серп свой на землю, и обрезал виноград на земле, и бросил в великое точило гнева Божьего. И истоптаны ягоды в точиле за городом, и потекла кровь из точила даже до узд конских, на тысячу шестьсот стадий (Откр. 14:14-20).

И опять акцент, вне всякого сомнения, ставится на суде.

Иисус безустанно и с состраданием служил людям, потому что Он видел окончательный божественный суд, который ждал каждого человека, не уверовавшего в Него. Павел писал: «Итак, зная страх Господень, мы вразумляем людей» (2 Кор. 5:11), а в другом Послании он напоминал читателям о мести Бога (Рим. 12:19). Во 2-м Послании к Фессалоникийцам он рисует яркую картину Божьего суда: «Явление Господа Иисуса с неба, с ангелами силы Его, в пламенеющем огне совершающего отмщение не познавшим Бога и не покоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа, которые подвергнутся наказанию, вечной погибели, от лица Господа и от славы могущества Его» (1:7-9).

Забыть о приближении и неизбежности Божьего суда легко, но христианин, который упускает из виду этот суд, в большой степени теряет стремление свидетельствовать.

Один автор написал об аде следующее:

Описать ад невозможно. Ничто на свете не может сравниться с ним. Ни один живущий человек не имеет реального представления о нём. Ни один сумасшедший в самых диких фантазиях своего безумия не созерцал весь его ужас. Ни один человек в бреду не представлял себе такого страшного места. Ни один кошмар, проносившийся в лихорадочном разуме, не наводил страха, который бы соответствовал самому умеренному аду. Ни одно кровавое убийство и ни одна кровоточащая рана не были настолько отвратительными, чтобы их можно было сравнить с адом.

Однако наш Господь знал, какая это трагедия, какая боль — находиться «в [огне неугасимом], где червь их не умирает и огонь не угасает» (Марк. 9:43-44). Его сердце скорбело из-за того, что даже один человек мог оказаться там, потому что Он не желает, «чтобы кто погиб» (2 Пет. 3:9). Когда Иисус видел толпы людей, Он учил их, проповедовал им и исцелял их, — и всё ради конечной цели: чтобы они пришли к Нему и избежали жатвы суда, которой в противном случае им не избежать.

ЕГО МЕТОД

а работников мало; итак, молите Господина жатвы, чтобы выслал работников на жатву Свою (9:37б-38)

Главной проблемой, препятствовавшей Иисусу, когда Он совершал служение в Палестине — уча, проповедуя и исцеляя, — была проблема, которая и сегодня остаётся главной: мало работников.

Этих работников нельзя путать с ангелами-жнецами, упоминаемыми в 13:39 и 49. Они скорее эргатен, которые названы тем же словом в 10:10, что и двенадцать Апостолов. И те эргатен, которые были посланы в виноградник (20:2), не обязательно были жнецами. Они трудились на поле, подготавливая его к жатве, и именно к этому Господь призывает Своих учеников.

Даже будучи Сыном Божьим, Иисус не мог охватить всех людей, которые жили в Его стране в то время. Поэтому первой частью Его наставления было объяснить Своим ученикам, что нужда погибающего мира в Евангелии намного превосходит возможности служителей-миссионеров.

Но кто же донесёт Евангелие погибающему, страдающему миру, направляющемуся прямо в ад? Кто расскажет людям об их состоянии и покажет выход из него? Кто поделится с ними любовью, состраданием и силой Иисуса? Кто предупредит их о лжепастырях, которые ведут их в глубокую тьму безнадёжности?

Когда Христос был на земле, работников было мало, но их мало и сегодня. В Своём служении Иисус в первую очередь нуждался в работниках, и, самое важное, работники должны понимать, что их мало и число их может увеличить только Бог и Его сила.

Когда проповедь о Христе будет пронизана чувством сострадания к погибающим, народ Божий сможет взглянуть на мир так, как Иисус смотрел на толпы людей в Галилее и на Иерусалим. Мы должны смотреть на людей вокруг нас так, как Ездра смотрел на собратьев-израильтян на пути из Вавилона в Иерусалим (Езд. 8:15) и как Неемия смотрел на стены Иерусалима перед тем, как начать восстанавливать их (Неем. 2:13).

Следующий шаг в подходе Иисуса — молитва. Его ученики должны молить Господина жатвы выслать работников на жатву Свою. Христовы работники должны молиться о том, чтобы было больше работников.

Господин жатвы — это титул Бога, указывающий на Его роль Судьи. Господин жатвы — Судья для неспасённых, которые предстанут пред Ним в последний день и будут осуждены на вечные муки в аду. Мы же должны молить Его выслать работников, которые бы с любовью предупредили неспасённых, чтобы и они могли быть среди всех собранных для вечной славы.

Первая обязанность христианина состоит не в том, чтобы сразу начать трудиться при виде чьей-то нужды, но в том, чтобы сначала прийти в молитве к Господину. Упование на Господа — важнейшая часть служения Ему. До того как ученики получили Святого Духа в День Пятидесятницы, они не были готовы свидетельствовать о Христе, и поэтому Он повелел им: «Не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чём вы слышали от Меня» (Деян. 1:4). Прежде чем приступить к служению в «Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли», они должны были некоторое время подождать. И в горнице, где они находились, «они единодушно пребывали в молитве» (ст. 14).

Интересно и важно то, что Иисус не заповедал ученикам в первую очередь молиться о погибающих, хотя это, конечно же, уместно (ср. 1 Тим. 2:1-8). В их первой молитве должно было быть обращение к Господину жатвы, что-бы Он выслал работников на жатву.

Можно регулярно молиться о спасении любимого человека, соседа, друга или сотрудника и ограничиваться в своём беспокойстве об этом человеке лишь молитвой. Но когда мы настоятельно просим Господа послать кого-то к неспасённым людям, мы открываем возможность и для себя стать этим посланным. Можно молиться о чьём-то спасении и в то же время держаться от них на расстоянии. Но когда мы искренне молим Господа послать кого-то для свидетельства, то предоставляем и себя в Его распоряжение, становясь одним из Его работников.