НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

Переводы: (скрыть)(показать)
LXX Darby GRBP NRT IBSNT UBY NIV Jub GRBN EN_KA NGB GNT_TR Tanah Th_Ef MDR UKH Bible_UA_Kulish Комментарий Далласской БС LOP ITL Barkly NA28 GURF GR_STR SCH2000NEU New Russian Translation VANI LB CAS PodStr BibCH UKDER UK_WBTC SLR PRBT KZB NT_HEB MLD TORA TR_Stephanus GBB NT_OdBel 22_Macartur_1Cor_Ef VL_78 UBT SLAV BHS_UTF8 JNT UKR KJV-Str LXX_BS BFW_FAH DONV FIN1938 EKKL_DYAK BB_WS NTJS EEB FR-BLS UNT KJV NTOB NCB McArturNT Makarij3 BibST FIN1776 NT-CSL RST Mc Artur NT BBS ElbFld RBSOT GTNT ACV INTL ITAL NA27 AEB BARC NZUZ שRCCV TORA - SOCH LOGIC VCT LXX_Rahlfs-Hanhart DRB TanahGurf KYB DallasComment GERM1951 Dallas Jantzen-NT BRUX LXX_AB LANT JNT2 NVT
Книги: (скрыть)(показать)
. Матф. Иак. Рим. 1Кор. Еф. Кол. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм.
Главы: (скрыть)(показать)
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

От Матфея 6

Нелицемерное даяние

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного.

Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собой, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (6:1-4)

Раздел Матф. 5:21-48 посвящён объяснению закона Моисея, то есть вопросам веры, а в 6:1-18 Иисус обращается к исполнению закона, то есть к поступкам людей. В первом отрывке подчёркивается нравственный аспект праведности на примерах убийства, прелюбодеяния, развода, клятвы, мести и любви. А во втором речь идёт о внешних, формальных проявлениях праведности на примере трёх видов религиозной деятельности: пожертвований, то есть нашего отношения к ближним (ст. 2-4); молитвы, то есть отношения к Богу (ст. 5-15); и поста — отношения к себе самим (ст. 16-18).

ОПАСНОСТЬ ЛЖЕПРАВЕДНОСТИ

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного (6:1)

Этот стих открывает тему о формах религиозной праведности, и он применим ко всем трём примерам в 6:2-18.

Рассказывают об одном восточном «святом» аскете, который всегда сидел на углу самой людной улицы города и в знак смирения посыпал голову пеплом. Когда проходившие мимо туристы спрашивали у аскета разрешения сфотографировать его, «святой» поправлял пепел так, чтобы создать хороший вид, достойно отображающий его нужду и смирение.

Часто религиозные действия становятся ни чем иным, как стремлением поправить на голове религиозный «пепел», чтобы поразить мир своим глубоким посвящением и смирением. Но проблема в том, что подобное смирение, конечно же, поддельное, и отражает посвящение не Богу, а себе. Такая религия — не более чем притворство, игра, в которой книжники и фарисеи дней Христа достигли большого мастерства. Обличая их, Иисус не скупился на самые резкие слова осуждения, потому что их религия была большей частью спектаклем, насмешкой над истинным путём к Богу, который Он открыл Своему народу.

Но книжники и фарисеи были не первыми и не последними лицемерами. Лицемеры существуют в мире со времён грехопадения. Они упоминаются в Писании от Бытия до Откровения. Первым лицемером был Каин, принесший в жертву неугодное Богу. А когда его лицемерие раскрылось, он в негодовании убил своего брата Авеля (Быт. 4:5-8). Авессалом лицемерно клялся в верности своему отцу, царю Давиду, тогда как сам в это время готовил заговор против него (2 Цар. 15:7-10).

Возглавляет плеяду лицемеров Иуда Искариот, который поцелуем предал Господа Иисуса. Анания и Сапфира лицемерно заявили, что отдали церкви всю выручку с продажи земли, и поплатились жизнью за то, что солгали Святому Духу (Деян. 5:1-10).

Лицемерие присутствует в язычестве, иудаизме и в христианстве. Лицемеры были в первоапостольской Церкви, в средневековой и в Церкви времён Реформации. Есть они в церквах и сейчас, а Павел предупреждает, что лицемеры не исчезнут до самого последнего времени. «Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам-обольстителям и учениям бесовским, через лицемерие лжецов, сожжённых в совести своей» (1 Тим. 4:1-2). Лицемерие, как болезнь, неизменно присутствует в греховной натуре падшего человека. Гонения на Церковь уменьшают количество лицемеров среди её членов, но даже они не могут полностью искоренить данную проблему.

В Писании отношение к лицемерам очень суровое. Через пророка Амоса Бог сказал: «Ненавижу, отвергаю праздники ваши и не обоняю жертв во время торжественных собраний ваших. Если вознесёте Мне всесожжение и хлебное приношение, Я не приму их и не призрю на благодарственную жертву из тучных тельцов ваших. Удали от Меня шум песней твоих, ибо звуков гуслей твоих Я не буду слушать. Пусть, как вода, течёт суд, и правда — как сильный поток!» (Ам. 5:21-24). Все перечисленные религиозные обряды были установлены Богом; но так как исполнялись они неискренне и не подтверждались праведной жизнью, то Богу они были неугодны. Жертвы, всесожжения и песни служили не для славы Божьей, а для прославления и возвеличивания самих людей.

После идолопоклонства, религиозное лицемерие стало самым большим грехом как в Иудее, так и в Израиле. Евреи были завоёваны и попали в рабство в значительной степени потому, что истинное поклонение Богу превратили в жалкую насмешку. Господь через Исаию говорит об этом так: «К чему Мне множество жертв ваших?.. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу» (Ис. 1:11). Далее Господь заявил, что не одобряет тщетные дары, что Ему отвратительно воскурение фимиама, и что Он не может терпеть новомесячия, субботы и праздничные собрания, и лицемерные молитвы (ст. 13-15). Богу нужны чистота и праведность, а не пустые обряды. «Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро, ищите правды, спасайте угнетённого, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите — и рассудим… Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как шерсть убелю» (ст. 16-18).

Похожие призывы к искренней праведности вместо поверхностного ритуала есть и у других пророков (Иер. 11:19-20; Ам. 4:4-5; Мих. 6:6-8 и др.), а также в книге Иова (8:13; 15:34; 36:13).

В одной из басен Эзопа рассказывается о волке, который, желая добыть себе на ужин овцу, переоделся в овечью шкуру и таким образом проник в стадо. И в то время как волк дожидался, пока овцы уснут, пастух решил полакомиться бараниной. В темноте он выбрал самую большую, самую жирную овцу, но, убив животное, обнаружил, что это был волк. То, что пастух сделал с волком в овечьей шкуре случайно, Бог делает намеренно. Господь осуждает лицемерие.

Обращаясь к фарисеям и книжникам, Иисус сказал: «Хорошо пророчествовал о вас, лицемерах, Исаия, как написано: „Люди эти чтут Меня устами, сердце же их далеко отстоит от Меня, но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим“» (Марк. 7:6-7).

Сущность лицемерия Иисус объяснял метафорически: Он сравнивал этот грех с закваской (Лук. 12:1), окрашенными гробами (Матф. 23:27), скрытыми гробами (Лук. 11:44), плевелами в пшенице (Матф. 13:25), волками в овечьей одежде (Матф. 7:15).

В новозаветные времена существовала профессия — плакальщик (плакальщица). Этих людей приглашали на похороны и другие траурные мероприятия, где они громко рыдали по покойному и рвали на себе одежды (см. Матф. 9:23). Некоторые плакальщики старались аккуратно, по шву разрывать своё платье, чтобы легче было сшить его снова. И профессиональные плакальщики, и те, кто их нанимал, лицемерили, потому что выставлять напоказ своё горе таким образом — это притворство.

Глагол просехосмотрите») означает «пристально следить за чем-либо, проявлять крайнюю осторожность, быть особенно бдительным». Иисус предупреждает книжников, фарисеев и других лицемеров, чтобы они остерегались хвалиться религиозной деятельностью, которая была для них предметом гордости и источником уверенности в себе. Вскоре Он опять покажет, насколько бессмысленны, бесполезны и неприемлемы в глазах Бога такие ритуалы.

Слово теаомайвидели») имеет тот же корень, что и слово «театр», то есть имеется в виду спектакль, разыгранный для зрителей. Иисус предупреждает об опасности такой формы милостыни (дикайосуне, актов религиозного посвящения вообще), когда в основе лежит желание произвести впечатление на людей. Подобная религия — лишь спектакль; не настоящая жизнь, а сплошное притворство. Актёры не показывают свою истинную сущность, своё сердце, а работают на публику, стараясь произвести должное впечатление на зрителей.

Такие религиозные действия являют собой театральную праведность, основное назначение которой — не служение, а представление; прославление не Бога, а людей. Цель в этом — угодить не Богу, а людям, и все действия — не настоящая жизнь, а спектакль. Иисус уверяет, что такого рода праведность не приблизит нас к Царству Божьему (Матф. 5:20).

Конечно, ложная праведность тоже вознаграждается. Её награда — признание и аплодисменты других лицемеров и неискушённых в подобных делах людей. Но этим почести ограничиваются, потому что, обращаясь к лицемерным «праведникам», Иисус говорит: «Не будет вам награды от Отца вашего Небесного». Бог не вознаграждает человекоугодников (ср. Матф. 5:16), потому что они крадут славу, по праву принадлежащую Ему. Следует заметить, что словосочетание «Отец ваш» используется в том же значении, что и в 5:16, то есть со ссылкой на ветхозаветное представление о Боге как об Отце Израиля (Ис. 63:16), а не на новозаветное понимание отцовства через личное спасение (см. Матф. 6:9).

Бог назван Небесным Отцом для того, чтобы подчеркнуть контраст между вечной наградой от Бога и временной, поверхностной похвалой, которую получают лицемеры от других людей.

ЛИЦЕМЕРНОЕ ДАЯНИЕ И НАГРАДА ЗА НЕГО

Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собой, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою (6:2)

Словом хупокритес, переведённым как «лицемер», первоначально называли в Древней Греции актёров, которые надевали маски, преувеличенно и вычурно изображавшие исполняемую роль. По понятным причинам, этот термин стал использоваться по отношению к человеку, пытающемуся представить себя таким, каким он не является.

Жан Кальвин считал, что во всех добродетелях следует опасаться лицемерия, ибо нет столь похвального дела, которое не мог бы омрачить грех лицемерия (A Harmony of the Evangelists Matthew, Mark, and Luke. vol. 1 [Grand Rapids: Baker, 1979], pp. 308-309).

Сатана активно пользуется лицемерием как одним из самых эффективных средств в борьбе против святых. Поэтому лицемерие — большая опасность для Церкви, и обычно этот грех проявляется в одной из двух форм. Первая — неверующие, притворяющиеся христианами. Вторая — истинные верующие, живущие в грехе, но разыгрывающие из себя духовных людей. Слова Иисуса применимы к обеим группам.

Блаженный Августин писал: «Страсть к похвале — смертельный яд в чаше истинного благочестия. Другие грехи проявляют себя в худых поступках, а этот — в добрых, за которыми кроется ещё худшее зло». Лицемерие опасно, потому что оно так обманчиво. Лицемерие пользуется добром для злых целей. «Лицемерием, — продолжает Августин, — порок расплачивается с добродетелью».

Слово елеемосунемилостыня») буквально означало любые проявления милости и сострадания, но со временем оно стало означать в первую очередь материальные пожертвования, благотворительность.

Иисус начинает Своё наставление о милостыне не со слова «если», а со слова «когда», давая понять, что Он ожидает от нас проявления милосердия. Творить милостыню — это не просто сострадать бедным и жалеть их, но действительно давать, жертвовать. Творить милостыню обязан каждый верующий, но делать это необходимо искренне.

Бог всегда радовался проявлениям милости и щедрости. «Если брат твой обеднеет и придёт в упадок у тебя, то поддержи его, пришелец ли он или поселенец, чтобы он жил с тобой» (Лев. 25:35). Когда израильтянин отпускал раба на свободу, ему повелевалось: «Не отпусти его с пустыми руками, но снабди его от стад твоих, от гумна твоего и от точила твоего: дай ему, чем благословил тебя Господь, Бог твой» (Втор. 15:13-14). Бог постоянно напоминал Своему народу в Псалмах, Притчах и пророческих книгах о том, что они не должны забывать бедных, причём не только евреев, но и язычников, чужестранцев.

У Иисуса с учениками был собственный денежный ящик, из которого они жертвовали бедным (Иоан. 13:29). Таким образом, очевидно, что лишь милостыня, творимая с неискренним сердцем, есть зло. Книжники и фарисеи творили милостыню, чтобы снискать похвалу себе, а не послужить ближнему и прославить Бога.

В раввинских преданиях практика пожертвований была доведена до абсурда. В иудейских апокрифических книгах читаем следующее: «Лучше творить милостыню, нежели собирать золото, ибо милостыня от смерти избавляет и может очищать всякий грех» (Товит 12:8б-9); «Вода угасит пламень огня, и милостыня очистит грехи» (Книга Премудрости Иисуса, сына Сирахова 3:30). Естественно, многие иудеи верили, что богатому спастись гораздо легче, потому что, давая деньги бедным, он может купить себе путь на небо. Тот же механистический, небиблейский принцип присутствует в традиционной римско-католической догматике. Папа римский Лев Великий заявил: «Молитвой мы угождаем Богу, постом усмиряем плотские похоти, а милостыней искупаем грехи».

Но как сострадание без материальной помощи ничего не даёт нуждающемуся, так и материальная помощь не имеет никакой духовной ценности, если не исходит от сердца. И уж, конечно, никакая благотворительность, никакие добрые дела не могут искупить грех.

Исторические факты и археологические находки не подтверждают, что иудеи буквальным образом трубили или играли на других музыкальных инструментах, чтобы возвестить о принесённых дарах. Иисус метафорически объясняет, как богатые лицемеры, причём не только фарисеи и книжники, привлекали к себе внимание в синагогах и на улицах, когда творили милостыню.

Наградой, которой они желали, были признание и похвала, чтобы прославляли их люди, и они, действительно, получали награду свою. Фразой «получают награду свою» обычно завершались коммерческие сделки, то есть смысл здесь в том, что товар оплачен и чек выписан. Никто никому больше не должен. Те, кто творит милостыню, чтобы своей щедростью и духовностью произвести впечатление на окружающих, не получат больше никакой награды, тем более от Бога. Господь им ничего не должен. Если мы жертвуем, чтобы приобрести славу у людей, нашей единственной наградой будет то, что могут дать люди. Если мы ожидаем благословений от человека, мы не получим их от Бога.

Есть и другие, менее заметные способы, к которым прибегают люди, чтобы трубить о своих добрых делах. Каждый раз, когда мы делаем явным для окружающих то, что легко можно было бы держать в тайне, мы поступаем как лицемеры, а не как дети Божьи.

Как-то ко мне в кабинет зашёл человек, впервые посетивший наше воскресное служение, и сказал, что хотел бы регулярно ходить в нашу церковь. Затем он вручил мне чек на большую сумму и пообещал давать столько же каждую неделю. В ответ я попросил не отдавать чеки мне лично, а жертвовать анонимно, как это делают все члены церкви. Если он и действительно собирался жертвовать щедро каждое воскресенье, не стоило объявлять об этом мне или кому-либо ещё. Гораздо лучше просто опустить чек в тарелку с пожертвованиями во время служения.

Конечно же, притворство не всегда проявляет себя явно. Зная, что выставлять щедрость напоказ неправильно и что другие христиане, скорее всего, не похвалят нас за это, мы иногда пытаемся сделать так, чтобы наше доброе дело заметили «случайно». Но если мы просто хотим, чтобы люди увидели наши благодеяния, даже ничего не делая для того, чтобы привлечь их внимание, мы всё равно лицемерим, потому что в действительности желаем, чтобы прославляли нас люди. То есть мы трубим, или лицемерим, в сердце, а именно сердечные намерения судит Бог. Источник лицемерной праведности, как и праведности истинной — человеческое сердце.

К сожалению, многие христианские организации используют нехристианские методы, чтобы найти финансовую поддержку для своего служения. Сертификаты в рамках, публикация имён самых щедрых спонсоров и другие формы выражения признательности ради привлечения средств способствуют процветанию лицемерия, прикрытого именем Христа. Играть на неправильных мотивах — такой же грех, как и иметь неправильные мотивы. «Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит» (Матф. 18:7).

ИСТИННАЯ ЖЕРТВА И НАГРАДА ЗА НЕЁ

У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (6:3-4)

Выражение «пусть левая рука твоя не знает, что делает правая» — это, возможно, пословица, означавшая спонтанное действие, без намерения огласки. Правая рука считалась главной, и в течение рабочего дня правой рукой производилось много движений, в которых левая не участвовала. Оказание помощи нуждающемуся должно быть естественным для христианина занятием, и давать милостыню надо просто, непосредственно и как можно менее заметно.

Жертва, приносящая удовлетворение, жертва, которую благословляет Бог, — это жертва, о которой дающий быстро забывает. Такая милостыня творится в любви, в ответ на нужду, и, когда помощь оказана, благотворитель возвращается к своим обязанностям, не ожидая благодарности или признательности. Даже наша левая рука не должна знать о сделанном, не говоря уже об окружающих. Благодарность или неблагодарность человека, которому мы помогаем, — это не наше дело. Если этот человек не испытывает благодарности, мы должны жалеть его, а не себя.

Говорят, что в отдалённом углу иерусалимского храма было особое место, куда скромные, смиренные иудеи могли незаметно прийти и оставить свои дары. Неподалёку была также комната, где бедные евреи, стыдящиеся своей нужды, могли в тайне от окружающих взять то, что им было нужно. Это место называлось Комнатой Молчания. Люди, которые хотели помочь, оставляли там деньги для нуждающихся, и никто не знал друг друга (ср. Уильям Баркли, «Толкование Евангелия от Матфея», том 1, [ВСБ, 1986], стр. 185, 204; Edersheim, The Life and Times of Jesus the Messiah, vol. 2 [Grand Rapids: Eerdmans, 1972], p. 387; и Joachim Jeremias, Jerusalem in the Time of Jesus [Philadelphia: Fortress, 1969], p. 133).

Текст Матф. 6:3 часто воспринимают как призыв хранить все добрые дела в тайне. Но истинную праведность нельзя полностью скрыть, да и не нужно. «Блаженны хранящие суд и творящие правду во всякое время!» (Пс. 105:3). Исаия писал: «Они каждый день ищут Меня и хотят знать пути Мои, как бы народ, поступающий праведно и не оставляющий законов Бога своего» (Ис. 58:2). Иоанн говорит нам: «Если вы знаете, что Он Праведник, знайте и то, что всякий, делающий правду, рождён от Него» (1 Иоан. 2:29).

Выше, в Нагорной проповеди, Иисус особо повелел верующим: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Матф. 5:16). Вопрос не в том, видимы наши добрые дела окружающим или нет, а в том, какую цель они преследуют. Когда они совершаются так, чтобы слава и внимание принадлежали нашему Небесному Отцу, а не нам, это угодно Богу. Но если их цель — снискать похвалу людей (6:1), то такая благотворительность — самоправедность и лицемерие, которое Бог отвергает. Разница — в цели и мотивах. Если мы творим милостыню от чистого сердца, преследуя правильные цели, то мы не сделаем ошибок.

Многие считают, что стихи Матф. 5:16 и 6:1 противоречат друг другу. Однако такие люди не понимают, что в этих стихах речь идёт о разных грехах. Это лишь кажущееся несоответствие. В первом случае Иисус говорит о трусости, а во втором — о лицемерии. А. Б. Брюс даёт хорошее объяснение: «Нужно действовать открыто, когда есть искушение скрываться, и скрываться, когда есть искушение действовать открыто».

Никогда за всю историю Церкви христиане не получали такое количество просьб о финансовой поддержке, как сейчас. Многие просящие преследуют очень благородные цели. Иногда трудно разобраться, как и кому давать деньги. Христиане обязаны регулярно жертвовать средства в поместную церковь. «В первый день недели каждый из вас пусть откладывает у себя и сберегает, сколько позволит ему состояние» (1 Кор. 16:2). Но мы также призваны непосредственно помогать нуждающимся, когда есть возможность. И Ветхий, и Новый Завет ясно дают понять, что щедрость в пожертвованиях всегда характеризовала верных Господу людей.

Богу наши дары не нужны, потому что Он полностью самодостаточен. Но дары нужны нам самим и тем, кому мы служим во имя Его. Павел писал филиппийской церкви: «Говорю это не потому, чтобы я искал даяния; но ищу плода, умножающегося в пользу вашу» (Фил. 4:17).

В Ветхом Завете даяние описано как часть Божьего цикла благословений. «Благотворительная душа будет насыщена; и кто напояет других, тот и сам напоен будет» (Прит. 11:25). Когда мы даём, Бог благословляет, и когда Бог благословляет нас, мы снова даём из того, чем Он нас благословил. «Тогда совершай праздник седмиц Господу, Богу твоему, по усердию руки твоей, сколько ты дашь, смотря по тому, чем благословит тебя Господь, Бог твой» (Втор. 16:10). Мы должны добровольно давать из того, что нам дал Бог.

Цикл этот имеет отношение не только к материальным пожертвованиям, но к любой жертве, искренне приносимой для славы Божьей и восполнения чьей-либо нужды. Путь Божьего народа — это всегда путь жертвы.

В Писании мы находим, как минимум, семь принципов, лежащих в основе нелицемерной благотворительности. Во-первых, когда мы даём от чистого сердца, мы можем ожидать ответных благословений от Бога. «Давайте, и дастся вам: мерой доброй, утрясённой, нагнетённой и переполненной отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какой мерой мерите, такой же отмерится и вам» (Лук. 6:38). Павел развивает эту тему: «Кто сеет скупо, тот скупо и пожнёт; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнёт» (2 Кор. 9:6).

Во-вторых, искреннее даяние должно быть жертвенным. Давид отказался принести Господу «жертву, взятую даром» (2 Цар. 24:24). Щедрость определяется не размером дара, а соотношением дара и ресурсов подателя. Вдова, принесшая в храм две лепты, пожертвовала больше, чем многие богатые, которые «клали много», потому что «все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание своё» (Марк. 12:41-44).

В-третьих, обязанность отдавать средства Богу не обусловлена размером имения человека. Если человек не проявляет щедрости, будучи бедным, эта добродетель не появится у него, даже если он разбогатеет. Возможно, сумма даяний вырастет, но не в пропорциональном отношении. «Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом» (Лук. 16:10). Очень важно приучать детей жертвовать щедро Господу даже из тех небольших сумм, которые они получают, потому что усвоенное с детских лет отношение к благотворительности вероятно сохранится и во взрослом возрасте. Смысл жертвы не в том, сколько денег у тебя в кармане, а в том, сколько любви и заботы в сердце.

В-четвёртых, материальные дары напрямую связаны с духовными благословениями. Тем, кто неверен в таких обыденных вещах как деньги и другие материальные ресурсы, Господь не доверит обязанностей, гораздо более ответственных и ценных. «Итак, если вы в неправедном богатстве не были верны, кто доверит вам истинное? И если в чужом не были верны, кто даст вам ваше?» (Лук. 16:11-12).

Немало молодых людей оставили учёбу в семинариях, потому что не научились правильно обращаться с деньгами, и Господь не допустил их до служения. Другие же, начав служение, вынуждены были оставить его по той же причине. Есть и такие, которые остались, но их служение приносит мало плода, потому что Бог никогда не доверит заботу о душах тем, кто не может позаботиться даже о собственных финансах. Влияние в духовной сфере и плоды служения напрямую связаны с умением обращаться с деньгами.

В-пятых, пожертвования определяются индивидуально. «Каждый уделяй по расположению сердца, не с огорчением и не с принуждением; ибо доброхотно дающего любит Бог» (2 Кор. 9:7). Источник праведной жертвы — праведное и щедрое сердце, а не установленный законом процент. Македонские христиане в своей глубокой нищете жертвовали щедро, потому что изобиловали радостью и любовью (2 Кор. 8:1-2). Филиппийцы пожертвовали на служение Павла не по принуждению, а добровольно, в щедрости сердца (Фил. 4:15-18).

В-шестых, мы должны давать в ответ на нужду. Первые христиане в Иерусалиме с готовностью делились тем, что имели. Многие их братья и сёстры, приняв Христа, остались без средств к существованию: кто-то потерял работу, от других отказались семьи. Несколько лет спустя Павел собирал деньги в галатийских церквах, чтобы оказать помощь святым в Иерусалиме, которые продолжали нуждаться ещё и по причине неурожая.

Всегда были шарлатаны, играющие на чувстве сострадания. И всегда были профессиональные нищие, которые могли бы работать, но не хотят. Поддержка таких людей не входит в обязанности христианина, нужно уметь различать истинные нужды и давать деньги с мудростью. «Если кто не хочет трудиться, — говорит Павел — тот и не ешь» (2 Фес. 3:10). Если мы будем потакать лени, то причиним ещё больший вред ленивцу и бездумно растратим деньги Господа. Но когда человек по-настоящему нуждается, мы обязаны помочь ему.

В-седьмых, благотворительность регулируется не законом, а любовью. Новый Завет не даёт никаких указаний по поводу суммы или процента, который мы должны отдавать Богу. Процент определяется любовью в сердце и нуждами окружающих.

Все перечисленные принципы указывают на обязанность давать щедро, потому что таким образом мы поддерживаем Божье дело; потому что мы показываем готовность жертвовать для Того, Кто принёс за нас в жертву Самого Себя; потому что эта обязанность не зависит от нашего изобилия; потому что мы хотим духовных богатств намного больше, чем материальных; потому что мы лично решили жертвовать; потому что мы хотим помочь многим в их нуждах, и потому что к этому нас побуждает любовь.

В любом аспекте праведности, главное — это сердце, внутреннее состояние, стоящее за нашими словами и поступками. Не надо осуждать праведность, заметную окружающим, но все праведные поступки должны совершаться искренне, в духе смирения и любви. Павел напоминает: «Ибо мы — [Божье] творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Ефес. 2:10).

Кроме того, в любом аспекте праведности главный, совершенный пример для нас — Христос. Он публично проповедовал, Он публично творил чудеса исцеления, проявлял сострадание и демонстрировал безграничную власть над природой. Тем не менее, Он всегда обращал внимание окружающих на Своего Небесного Отца, Чью волю пришёл исполнить (Иоан. 5:30; ср. 4:34; 6:38). И даже будучи одно с Отцом, пока Он жил на земле в образе человека, Иисус искал не собственной славы, а славы Своего Отца (Иоан. 8:49-50).

Когда мы творим милостыню втайне, с любовью, без притворства, не ожидая благодарности и признания, Отец наш, видящий тайное, воздаст нам явно. Принцип здесь такой: если мы помним, Бог забудет, и, наоборот, если мы забудем, Бог вспомнит. Наша цель должна быть в том, чтобы восполнить всякую нужду, которую мы в состоянии восполнить, а всю бухгалтерию оставить в руках Бога, понимая так: мы «сделали, что должны были сделать» (Лук. 17:10).

Бог не забудет о наградах. «Нет творения, скрытого от Него, но всё обнажено и открыто перед очами Его: Ему дадим отчёт» (Евр. 4:13). Господь знает наши сердца, побуждения и мотивы, и мы получим все награды, которые нам причитаются.

Божья совершенная воля в том, чтобы наградить каждого, кто доверяет Ему и слушается Его. И нет ничего греховного в том, чтобы с радостью ожидать вознаграждения, если мы делаем это с благодарностью и в духе смирения, понимая, что таким образом Бог показывает Свою благость недостойным. Мы можем выполнить Божьи условия и получить награду, но мы никогда не заслужим её по-настоящему.

Самая большая награда для верующего — знать, что он угодил Господу. Мы должны с радостью ожидать вознаграждения, но в то же время быть готовыми с такой же радостью сложить свои венцы у Его ног, как двадцать четыре старца в Откровении: «Достоин Ты, Господи, принять славу и честь и силу» (Откр. 4:10-11).

Нелицемерная молитва

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своём будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чём вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него (6:5-8)

Никто не знает точно, что значит молитва в вечном сознании и замысле Бога. Кальвинистское богословие ставит во главу угла полновластие Бога и в своём крайнем проявлении утверждает, что Бог будет действовать согласно Своей совершенной воле, независимо от молитв людей. Молитва при этом — не более чем попытка узнать Божью волю и настроиться на Его волну. Другая крайность выражается в позиции арминиан, которые считают, что Божьи действия по отношению к нам, фактически, определяются нашими молитвами. Таким образом, с одной стороны молитва рассматривается только как способ приведения наших планов в соответствие с Божьими, а с другой — это мольба к Богу сделать то, чего Он иначе не сделал бы.

Писание поддерживает обе точки зрения, сохраняя при этом кажущееся противоречие. Библия очень ясно говорит о полновластии Бога. Но так же ясно в Писании говорится о том, что полновластный Бог призывает Свой народ приходить к Нему в молитве — просить помощи в мудром водительстве, защите, милости, прощении и других многочисленных нуждах.

Постичь божественное провидение, сообщающее силу молитве, не требуется, да и невозможно. Бог просто повелевает нам следовать библейским принципам молитвы. Учение Господа в данном отрывке освещает некоторые из этих принципов.

Иисус продолжает сравнивать истинную праведность с ложной, в частности, — с праведностью книжников и фарисеев. В 6:2-4 Христос обличает их лицемерную жертвенность, в ст. 16-18 — лицемерный пост, а в ст. 5-8 — не менее лицемерную молитву. Эти молитвы были обращены не к той аудитории, то есть не по адресу, и были неправедны по содержанию.

АУДИТОРИЯ

НЕИСТИННАЯ АУДИТОРИЯ: ЛЮДИ

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою (6:5)

Никакая религия не предъявляла столь высокие требования к молитве и не придавала ей такой важности, как иудаизм. Иудеи были избранным Божьим народом, и «им [было] вверено слово Божье» (Рим. 3:2). Бог лично говорил с Авраамом и многими его потомками, а они говорили лично с Богом. Ни один народ не удостаивался такой чести, и ни одна нация не имела возможности так свободно общаться с Богом. И уж кому, как не евреям, следовало знать, как молиться. Но они не знали. Раввинская традиция извратила и этот аспект религиозной жизни. Большинство иудеев не имело ясного представления о том, какие молитвы угодны Богу.

Уильям Баркли, обсуждая данный текст в своём толковании на Евангелие от Матфея (том 1, [ВСБ, 1986], стр. 209), указывает на тот факт, что с годами многие аспекты молитвенной жизни иудеев были искажены. Молитва превратилась в ритуал. Закрепились определённые словесные формы молитв, и молитвы просто читали или повторяли наизусть. Такие молитвы можно произносить, совершенно не обращая внимания на содержание. Молитва стала рутинным и не совсем осознанным религиозным упражнением.

Набожный иудей повторял Шему два раза в день — рано утром и перед сном. Шема — это молитва, начинающаяся словами «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть». В её состав вошли отдельные фразы из Втор. 6:4-9, 11:13-21 и Числ. 15:37-41. Часто использовался сокращённый вариант (только Втор. 6:4).

Другая, ставшая формальной молитва, упомянутая Баркли, — это Шемонех эсрех («Восемнадцать»). Она содержала восемнадцать молитв на разные случаи. Благочестивые евреи повторяли все восемнадцать молитв утром, днём и вечером. Она тоже имела сокращённый вариант.

Евреи должны были произносить обе молитвы каждый день, независимо от того, где они находились и что делали. Дома, в поле, на работе, в дороге, в синагоге или в гостях — в назначенное время каждый благочестивый иудей отрывался от своих занятий и совершал молитву. Временем для молитвы обычно были третий, шестой и девятый час (9:00, 12:00 и 15:00 по палестинской системе измерения времени).

Ритуальные молитвы совершались с разным внутренним настроем: искренне, безразлично или в гордости. Иудеи, чьи сердца были праведны перед Богом, в своей молитве поклонялись Господу и прославляли Его. Они размышляли над словами молитвы и искренне верили тому, о чём молились. Другие повторяли те же слова машинально, скороговоркой, стараясь побыстрее закончить молитву. Книжники и фарисеи, наоборот, произносили молитвы медленно, выговаривая каждое слово и каждый слог. Три раза в день им предоставлялась замечательная возможность продемонстрировать свою набожность.

Второй ошибкой, проникшей в молитвенную жизнь иудеев, было появление молитв на разные случаи жизни. Существовали специальные молитвы на случай пожара, дождя, новолуния, путешествия, доброй и злой вести, молитвы о свете и тьме и т.д. Несомненно, в основе такой дифференциации лежит желание подчинить все аспекты жизни Господу, но формализм убил это доброе намерение.

Третьей, уже упомянутой ошибкой была практика произнесения молитв только в определённое время и в особых ситуациях. Иудей совершал молитву, когда подходило назначенное время суток, причём не обязательно из искренних побуждений или по настоящей нужде. Конечно, как строгий словесный порядок, так и отведённые для молитвы часы не были преградой для живой молитвы. Многие правоверные иудеи, как Даниил (Дан. 6:10), искренне обращались в эти часы к Господу. Традиционное время молитвы соблюдалось и в первоапостольской Церкви, потому что многие христиане были евреями и продолжали поклоняться Богу и в храме, и в синагогах (см. Деян. 3:1; ср. 10:3, 30).

Четвёртой ошибкой было представление о том, что эффективность и святость молитвы зависит от её продолжительности. Длинные молитвы ценились выше. Иисус обличал «напоказ долго молящихся» книжников (Марк. 12:40). Конечно же, тот факт, что молитва длинная, совсем не означает, что она неискренная. Но долго молящийся на публику человек подвержен многим искушениям — таким, как притворство, машинальное повторение и др. Грех — не в продолжительности, а в молитве «напоказ», в старании произвести впечатление на окружающих.

В древности раввины считали, что чем длиннее молитва, тем больше шансов, что она будет услышана Богом, и тем скорее придёт ответ. Словесное оформление стало важнее содержания, а продолжительность — искренности.

Пятая ошибка, на которую указывает Иисус в Матф. 6:7, — это бессмысленное повторение, заимствованное в языческих религиях. Соревнуясь с Илиёй на горе Кармил, пророки Ваала «призывали имя Ваала от утра до полудня, говоря: „Ваале, услышь нас!“», и «бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения» (3 Цар. 18:26, 29). Час за часом они повторяли одни и те же слова, пытаясь количеством повторений привлечь внимание своего бога.

Веками евреи испытывали на себе влияние языческих религиозных обрядов. Часто в молитве они нагромождали прилагательное за прилагательным перед именем Бога, пытаясь, видимо, опередить других и показать, как много божественных атрибутов они знают.

Но самым ужасным искажением молитвенной жизни была молитва на публику, желание быть увиденным и услышанным окружающими, особенно другими иудеями. Все остальные тенденции сами по себе не так уж опасны, просто, будучи доведёнными до крайности, они теряют всякий смысл. Но молитва напоказ греховна по своей сути, потому что её источник и плод — гордость. Какую бы форму ни принимала такая молитва, её мотив — греховное возвеличение человека, крайнее извращение прославления Бога (Иоан. 14:13).

Именно это заблуждение больше всего волновало Иисуса. «И, когда молишься, — говорил Он, — не будь, как лицемеры». Эгоистичная молитва, в центре которой сам человек, всегда лицемерна, потому что, по определению, центральной личностью в молитве должен быть Бог. Как уже упоминалось в предыдущей главе, словом хупокритес первоначально называли актёров, которые в своих выступлениях использовали маски, изображая героев, которых они играли. Лицемеры — это актёры, притворщики, люди, исполняющие роли. Всё, что они делают и говорят, не отражает их настоящих чувств и отношения к жизни, это всего лишь игра.

Лицемерные книжники и фарисеи в молитве преследовали ту же цель, что и в остальных аспектах религиозной жизни — привлечь внимание окружающих и снискать себе славу. Это было сутью их «праведности», которой, по словам Христа, нет места в Его Царстве (5:20).

Один богослов заметил, что величайшую опасность для религии представляет превращение ветхой природы человека в просто религиозную. Лицемеры, о которых говорит Иисус, убедили себя, что, выполняя определённые ритуалы и произнося молитвы, они станут угодными Богу. И в наше время люди продолжают обманываться, считая себя христианами, тогда как на самом деле лишь облекли ветхую природу в религиозные сутаны.

Нет ничего настолько святого, куда не вторгся бы сатана. И чем священнее что-то, тем привлекательнее оно для врага. Мало что доставляет ему такое удовольствие, как нарушение святости молитвы, сокровенного общения верующих с Господом. Грех последует за нами в Святое святых, в присутствие Божье, и нет греха более опасного и разрушительного, чем гордость. Даже когда мы с чистым сердцем стоим в поклонении перед Господом, у нас может появиться искушение поклоняться самим себе.

Мартин Ллойд-Джонс пишет:

Мы склонны видеть грех в человеке в лохмотьях, выброшенном в грязную канаву. Мы смотрим на бедного пьяницу и думаем: «Вот он, грех». Но не в этом суть греха. Чтобы увидеть истинную картину и по-настоящему понять, что такое грех, посмотрите на великого святого, необычайно благочестивого и набожного человека, вглядитесь в него, когда он на коленях стоит перед Богом. Даже там, в присутствии Господа, ветхая природа полностью не умирает, даже там человек сталкивается с искушением думать о себе, испытывая при этом радость и удовлетворение, тем самым поклоняясь не Богу, а себе. Вот истинное лицо греха. Пьянство, конечно, тоже грех, но там мы не видим всей сущности греха. Другими словами, если вы действительно хотите что-то понять о природе сатаны и его кознях, не идите на задворки жизни, не ищите это знание в грязных канавах. Если вы действительно хотите узнать что-то о сатане, идите в уединённое место, в пустыню, где наш Господь провёл сорок дней и ночей. Там открывается истина о враге душ, когда вы видите, как он искушал даже Божьего Сына (Studies in the Sermon on the Mount [Grand Rapids: Eerdmans, 1977], 2:22-23).

Из Писания мы знаем, что самыми тяжёлыми моментами духовной борьбы в жизни Иисуса были сорок дней в пустыне и молитва ночью в Гефсиманском саду перед Его арестом. В обоих случаях Иисус был один, в молитве взывая к Отцу. И в эти священные моменты личного духовного общения с Отцом сатана с наибольшей силой искушал Сына Божьего.

Лицемеры любили останавливаться и молиться. Иудеи обычно молились стоя. В Ветхом Завете Божьи люди молились и на коленях, и распростёршись ниц, и стоя. В новозаветные времена обычной практикой было стоять во время молитвы, и желания быть замеченным это не означало.

Синагоги были обычным местом для публичных молитв. Сюда иудеи часто приходили для поклонения, особенно если они жили далеко от храма. В синагоге собирались не только для поклонения, здесь также проводились различные гражданские и общественные мероприятия. Совершаясь искренне, молитва на любом из этих собраний была к месту.

Углы улиц также считались приемлемым местом для молитвы, потому что набожные иудеи исправно молились в определённое время, где бы ни застал их час молитвы, даже если они в это время просто шли по улице или разговаривали с кем-то на углу. Но по значению слово «улица» здесь отличается от слова, которое использовано во втором стихе (рюме — узкая улочка). В пятом стихе употреблено слово платейа, т.е. широкая улица, главная улица в городе, а значит и угол улицы — самый оживлённый угол в городе, где обычно собиралась толпа. Подразумевается, что лицемеры любили молиться там, где было многолюдно. Нет ничего плохого в том, чтобы помолиться на оживлённом перекрестке, если тебя застал там час молитвы. Но совсем другое дело, если ты специально планируешь оказаться на этом углу во время молитвы, чтобы как можно больше людей увидели тебя.

Истинный грех лицемеров, где бы они ни молились — в синагогах или на углах улиц, — в том, что они желали показаться перед людьми. Молиться в этих местах — не преступление. Но именно в синагогах и на углах оживлённых улиц собиралось множество людей, и именно туда приходили лицемеры, чтобы помолиться.

Как всегда, грех возникает в сердце. Корень зла — гордость, желание возвысить себя перед собратьями. Подобно фарисею в притче Иисуса (см. Лук. 18:11), лицемеры молились для себя и для окружающих. Бога в такой молитве не было.

Некоторые крайне настроенные верующие восприняли предостережение Иисуса в этом отрывке как призыв отказаться от публичной молитвы вообще. Но не этому учит Господь. Он Сам часто молился в присутствии учеников (Лук. 11:1) и перед народом, например, когда благословлял пищу перед тем, как накормить людей (Матф. 14:19). В Писании есть много примеров публичной молитвы, праведной и искренней. При освящении храма Соломон произнёс длинную, подробную молитву перед священниками, левитами и старейшинами Израиля (2 Пар. 6:1-42; ср. 5:2-7). Во времена Ездры, когда после возвращения из рабства был обновлён завет, восемь левитов вознесли горячие молитвы покаяния перед всем народом (Неем. 9:5-38). Когда вскоре после Пятидесятницы Пётр и Иоанн по приказу синедриона были арестованы, а после допроса отпущены, братья и сёстры «единодушно возвысили голос к Богу» (Деян. 4:24).

Но публичные молитвы книжников и фарисеев носили ритуальный характер, были неоправданно длинными, со многими повторениями, а, главное, показными. И подобно лицемерам, жертвующим ради людской похвалы, напоказ молящиеся уже получают награду свою. Им нужна была награда только от людей, и такую награду они получали.

ИСТИННАЯ АУДИТОРИЯ: БОГ

Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (6:6)

Основная цель молитвы — общение с Богом, и если Богу не отводится в молитве главная роль, то это не молитва, а притворство. Бог должен не просто участвовать, а быть в центре этого общения. Молитва — Божий замысел; это Его план, а не человека. Мы бы не молились, если бы Он не снизошёл до разговора с нами; мы даже не знали бы, как молиться, если бы Он не наставил нас.

В отличие от запутанных иудейских преданий, учение Иисуса о молитве очень просто. Выражение «когда молишься» предполагает большую свободу действий. Господь не назначает определённого времени для молитвы, не говорит о каких-то особых обстоятельствах. Словом тамейон (комната) называлась любая небольшая комната, даже кладовая. Подобные комнаты часто были самыми потайными в доме, потому что там хозяева хранили наиболее ценное имущество. Таким образом, смысл в том, чтобы найти самое уединённое место для молитвы.

Как уже упоминалось, Иисус не запрещает молиться на людях вообще (ср. 1 Тим. 2:1-4). Но в данном случае Его цель — обличить фарисеев, книжников и других религиозных лицемеров. Здесь Иисус говорит не о том, где надо молиться, а о том, каким должно быть наше внутреннее состояние. Если необходимо, говорит Он, иди в самое уединённое место, где тебя никто не увидит и у тебя не будет искушения молиться напоказ. Иди туда и затвори дверь. Закройся от всех, чтобы твоё внимание принадлежало Богу, и помолись Отцу твоему. Сделай всё, чтобы отвлечься от себя и окружающих и посвятить своё время только Ему.

Основная часть нашей молитвенной жизни в буквальном смысле должна быть тайной. Иисус постоянно удалялся, чтобы помолиться наедине. Наши друзья и близкие могут знать, что мы молимся, но слова молитвы обращены не к ним. Иоанн Златоуст писал, что в его время (4-й век по Р.Х.) многие христиане так громко молились в своих комнатах, что их слышал весь дом. Если вашу молитву и услышат, пусть это не будет подстроенная вами «случайность» (сf. John A. Broadus, Matthew [Valley Forge, Pa.: Judson, 1886], p. 140).

Но то, что наш Отец втайне, не значит, что Он не присутствует, когда мы молимся публично, в кругу семьи или с другими верующими. Он присутствует всегда и везде, когда Его дети призывают Его имя. Иисус обращает наше внимание на тот факт, что истинная молитва — это дело глубоко личное. Даже когда мы молимся на людях, — если мы делаем это искренне, посвящая всё своё внимание Богу, — мы остаёмся наедине с Ним, в Его присутствии, внутренне закрываясь от окружающих.

Молитва, которой Христос научил Своих учеников, начинается со слов «Отче наш» (Матф. 6:9), что само по себе предполагает присутствие других верующих, то есть общую молитву. Но даже когда мы молимся о чувствах и нуждах присутствующих при этом братьев и сестёр, наши глаза всё равно должны быть устремлены к Богу. В этом смысле, и при самом большом скоплении народа молитва совершается втайне. Даже если весь мир слышит наши слова, наше глубоко личное общение с Богом остаётся искренним.

Бог также видит тайное в том смысле, что Он никогда не открывает наших секретов другим. Многое из того, о чём мы говорим с Ним в своих сердечных молитвах, предназначено только для Его ушей. Даже родные или самые близкие друзья, с которыми мы делимся сокровенными тайнами, иногда предают нас. Но, доверившись Богу, мы можем не бояться разглашения тайн. Всякий верующий, приходящий к Богу с чистым сердцем и с тайной молитвой, может рассчитывать на особое внимание Отца.

Кроме того, если наша молитва соответствует Божьим требованиям, Отец наш, видящий тайное, воздаст нам. Самая главная тайна, которую Он видит, — это не слова, произносимые в потайной комнате дома, а мысли, хранимые в потайной комнате сердца. Именно эти тайны важны Ему, и только Он знает о них всё (ср. 1 Кор. 4:3-5). Даже мы сами не всегда знаем тайны своего сердца, потому что обмануться на свой счёт весьма легко.

Когда наша молитва предназначена не для людей, а для Бога, то и награду мы получаем от Него. В данном отрывке Иисус ничего не говорит о том, какая награда нас ожидает. Однако важно знать, что Бог обязательно благословит всякого, кто приходит к Нему искренне. Господь несомненно воздаст. Те, кто молится неискренне и лицемерно, получат награду от мира, а тем, кто молится искренне и смиренно, воздаст Бог.

СОДЕРЖАНИЕ МОЛИТВЫ

Содержание молитв во дни Христа также во многом не соответствовало Божьим требованиям. Лицемерные молитвы книжников и фарисеев не только исходили из неправедного сердца, но они ещё облекались в бессмысленные слова и были лишены сколько-нибудь значительного содержания. Чтобы угодить Богу, говорит Иисус, молитвы должны быть искренним выражением поклонения и сердечных просьб.

НЕИСТИННОЕ СОДЕРЖАНИЕ: БЕССМЫСЛЕННЫЕ ПОВТОРЕНИЯ

А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своём будут услышаны (6:7)

Здесь Иисус обращает внимание на такую ошибку как говорение лишнего, что уже обсуждалось выше. Такие молитвы практиковались во многих языческих религиях того времени, да и сейчас присутствуют в различных религиозных течениях, в том числе и в христианских.

«Говорить лишнее» — перевод одного греческого слова (батталогео), означающего праздную, бессмысленную болтовню. Скорее всего, это было звукоподражание, бесцельно повторяющееся бормотание.

Те, кто использовал в молитвах повторения, не обязательно были лицемерами, по крайней мере — не самыми злостными. Книжники и фарисеи много повторялись, выставляя напоказ свою набожность; но повторения использовали и другие иудеи, даже молясь наедине. Кто-то повторял слова и фразы, потому что его так научили; другие прибегали к повторению, потому что так было легче молиться и не требовалось прилагать много усилий. Для таких людей молитва была обязательным ритуалом, но содержание этого ритуала им было глубоко безразлично. Какая разница, каким образом молиться, лишь бы это было официально одобрено!

Хотя эта проблема не всегда была связана с лицемерием, она всегда подразумевала неправильное отношение к молитве, неправедное сердце. Гордые лицемеры использовали веру в Бога для прославления самих себя, тогда как другие, бессмысленно повторяя лишнее, демонстрировали безразличие к настоящему общению с Богом.

Иудеи позаимствовали эту практику у язычников, которые считали, что ценность молитвы в количестве слов. Чем больше, тем лучше. Как объясняет Иисус, они думали, что в многословии своём будут услышаны. Молясь своим идолам, язычники считали, что божество надо сначала разбудить, потом задобрить, запугать, заставить слушать и отвечать — так действовали, например, пророки Ваала на горе Кармил (3 Цар. 18:26-29). Подобное находим и в Новом Завете. Ремесленники в Ефесе, по наущению Димитрия ополчившиеся на Павла и его учеников, в течение двух часов кричали: «Велика Артемида Ефесская!» (Деян. 19:24-34).

Многие буддисты крутят колёса с написанными молитвами, веря, что с каждым поворотом колеса молитва отправляется к божеству. Католики ставят свечи, считая, что их прошения будут возноситься к Богу, пока не погаснет свеча. Католики также используют четки, чтобы отсчитывать количество прочитанных молитв «Аве Мария» и «Отче наш». Сами четки пришли в католичество в Средние века из буддизма через испанских мусульман. В наше время в некоторых харизматических церквах принято повторять одни и те же слова, пока речь не превратится в бессмысленное бормотание (John Broadus, Matthew [Valley Forge, Pa.: Judson, 1886], p. 130).

Все мы виновны в том, что часто молимся невнимательно, повторяя одни и те же молитвы перед каждым приёмом пищи и на каждом молитвенном собрании, почти не думая о содержании и забывая о своём Собеседнике. Безразличная, бессмысленная молитва оскорбляет Бога и поэтому должна оскорблять и нас.

Опять-таки не стоит торопиться с выводами. Иисус не запрещал повторять искренние прошения. В Своей притче Он хвалит настойчивого человека, достучавшегося до соседа глубокой ночью, таким образом поощряя настойчивость в наших отношениях с Богом. В притче о вдове и неправедном судье Иисус говорит: «Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их?» (Лук. 18:2-7). Павел «трижды молил Господа», чтобы Он удалил «жало в плоть» (2 Кор. 12:7-8). В Гефсиманском саду в предсмертной агонии Иисус взывал: «Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты». Позже, упрекнув учеников за их беспечность, Он молился опять, а потом «помолился в третий раз, сказав то же слово» (Матф. 26:39-44).

Бог осуждает бессмысленную, бездумную декламацию религиозных заговоров и магических формул, а не искреннее, оправданное повторение молитвенных нужд и хвалебных слов. Для того чтобы Бог услышал наши молитвы, надо приходить к Нему не только с искренним сердцем, но и с ясным сознанием. Бессмысленная молитва почти так же оскорбляет Бога, как и молитва бессердечная. Впрочем, одно обычно сопутствует другому.

ИСТИННОЕ СОДЕРЖАНИЕ: ИСКРЕННЕЕ ПРОШЕНИЕ

не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чём вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него (6:8)

Бога не надо задабривать и заставлять отвечать на молитвы. Наш Отец знает, в чём мы имеем нужду, прежде нашего прошения у Него. Мартин Лютер сказал: «В своих молитвах… мы наставляем себя больше, чем Его». Цель молитвы состоит не в том, чтобы убедить Бога или информировать Его о чём-то, а в том, чтобы прийти к Нему искренне, целенаправленно, сознательно и с полным посвящением (Джон Стотт, «Нагорная проповедь: Христианская контркультура», [Санкт-Петербург, «Мирт», 1999], стр. 167).

В молитве мы говорим Небесному Отцу о нуждах, о проблемах, которые гнетут нас, изливаем Ему своё сердце. Бог уже знает, в чём мы имеем нужду, и тем не менее желает, чтобы мы попросили Его. Он хочет общаться с нами, и Его желание гораздо больше нашего, потому что Его любовь неизмеримо больше нашей любви к Нему. Молясь, мы даём Богу возможность показать Своё величие, силу, любовь и провидение (ср. Иоан. 14:13).

Молиться по-настоящему — значит молиться с благоговейным сердцем и с чистыми намерениями, всё своё внимание отдавая не людям, а Богу. Это значит быть уверенным, что Небесный Отец слышит все просьбы и отвечает на них. Искреннее посвящение Он вознаграждает и отвечает по Своей благодати. Даже если просьба не соответствует Его воле, но исходит от чистого сердца, Он всё равно ответит, только гораздо лучше, чем мы ожидаем. Но отвечает Он всегда.

Говорят, Дуайт Л. Муди однажды увидел такое изобилие Божьих благословений, что начал молиться: «Боже, довольно!» Таким же образом Бог благословит каждого верующего, приходящего к Нему искренно, как нуждающийся сын приходит к отцу.

Молитва Господня

ЧАСТЬ 1

Молитесь же так: «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да придёт Царство Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на этот день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила, и слава во веки. Аминь». Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (6:9-15)

(Более подробное исследование молитвы «Отче наш» см. в книге автора «Образец молитвы Иисуса» [Jesus’ Pattern of Prayer, Chicago: Moody Press, 1981]).

Земное служение Христа было весьма непродолжительным — всего три года. Однако значительная часть этого времени была проведена в молитве. Как повествуют Евангелия, для общения со Своим Небесным Отцом Иисус вставал рано на рассвете, до восхода солнца. А вечером Он часто шёл для молитвы на гору Елеонскую или в другое тихое место, и шёл Он обычно один. Молитва была дыханием Иисуса каждое мгновение Его жизни.

Кто-то сказал, что многие христиане молятся, как моряки используют насосы — только тогда, когда корабль тонет. Но чтобы быть послушными учениками Христа, чтобы испытать полноту общения с Богом и открыть врата небесных благословений, верующие должны молиться так, как молился Иисус. Кроме того, мы должны знать, как молиться. Если мы не знаем, как и о чём молиться, молитва превращается в пустую формальность. Если же мы знаем, как молиться, и осуществляем это на практике, наша жизнь будет укрепляться, а приоритеты будут должным образом расставлены. Мартин Ллойд-Джонс прекрасно выразил это в книге «Исследование Нагорной проповеди». Он сказал: «Человек достигает вершины своего существования, когда, стоя на коленях, оказывается лицом к лицу с Богом» (Studies in the Sermon on the Mount, 2 vols. [Grand Rapids: Eerdmans, 1977], 2:45).

Библия уделяет большое внимание важности и силе молитвы. «Много может усиленная молитва праведного», — писал Иаков (Иак. 5:16). Раб Авраама молился — и Ревекка вышла ему навстречу. Иаков молился — и ненависть Исава сменилась благоволением. Моисей молился — и Амалик был повержен. Молилась неплодная Анна — и родился Самуил. Исаия и Езекия молились — и Ангел Господень поразил сто восемьдесят пять тысяч ассирийцев. Молился Илия — и была засуха три года; молился снова — и пошёл дождь. Всё это — лишь несколько примеров ветхозаветных молитв, достигших цели. Иудеи, которым проповедовал Иисус, как никто другой должны были иметь абсолютную уверенность в силе молитвы.

Молитва необходима в любой области христианской жизни. Если мы не будем иметь тесного общения с Богом, мы не сможем, например, правильно творить милостыню (см. Матф. 6:2-4) или поститься (см. 6:16-18). Бог желает от нас искренней, добровольной милостыни, прославляющей Его имя, а это возможно лишь при условии личных взаимоотношений с Ним. Пост без молитвы бессмыслен, потому как не имеет никакого отношения к Богу. Без молитвы пост становится ничего не значащим религиозным обрядом. Итак, главная тема в 6:1-18 — это тема молитвы.

БОЖЬЯ ЦЕЛЬ

Бог обозначил наивысшую цель для молитвы, превосходящую все остальные цели, — прославлять Его имя. И хотя молитва приносит наибольшую пользу самому молящемуся, в ней должна быть отражена не наша воля, а Божья. Прежде всего, молитва даёт Богу возможность проявить Свою благодать и славу. Один древний святой сказал: «Искренняя молитва возвышает разум к созерцанию божественного величия и даёт душе возможность сполна насладиться этим переживанием». Иисус подтвердил цель молитвы, сказав: «И если чего попросите у Отца во имя Моё, то сделаю, да прославится Отец в Сыне» (Иоан. 14:13).

Вопреки позиции современной евангельской церкви, в основе истинной молитвы, как и истинного поклонения, лежит не нужда человека, а прославление Бога. Молитва состоит не в том, чтобы предъявлять права на Божьи обетования, и тем более не в том, чтобы предъявлять к Богу требования, а в том, чтобы признавать Его полновластие, созерцать Его славу и подчиняться Его воле.

Поскольку молитва настолько важна и поскольку часто у нас недостаёт мудрости, чтобы молиться правильно, Дух Святой был послан помогать нам. «Мы не знаем, о чём молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными» (Рим. 8:26). Именно об этом говорил Павел, побуждая верующих «молиться во всякое время духом» (Ефес. 6:18).

В Матф. 6:9-15, в сжатой форме, но очень ёмко, Господь раскрывает сущность истинной молитвы. Как мы увидим позже, вторая половина ст. 13, славословие, возможно отсутствовала в тексте оригинала. Молитва «Отче наш» состоит из двух частей: первая прославляет Бога (ст. 9-10), а вторая касается нужд человека (ст. 11-13а). Каждая часть включает три прошения: первые три касаются Божьего имени, Его Царства и Его воли; остальные три — выражают нужду в пище, прощении и защите от искушения.

Интересно, что здесь Христос ничего не говорит о том, где мы должны молиться. Как отмечалось в предыдущей главе, слова Господа «войди в комнату твою» (6:6) подчёркивали целенаправленность молитвы, необходимость удалиться от всего окружающего и сосредоточиться на Боге. У Иисуса во время Его земного служения не было Своей комнаты, и Он молился в различных местах и ситуациях. Павел желал, чтобы все верующие «на всяком месте произносили молитвы» (1 Тим. 2:8).

Относительно времени молитвы также ничего не говорится. Иисус, как и святые Ветхого и Нового Завета, молился и днём, и ночью. Молитвы совершались постоянно, независимо от времени суток и окружающей обстановки: в периоды опасности или благословения, перед едой и после, перед дорогой или по возвращении домой — во всех обстоятельствах и при любой возможности.

Нет также указаний, касающихся положения нашего тела или одежды для молитвы. Как Иисус уже подчеркнул (6:5-8), первостепенную значимость имеет отношение человека к молитве и её содержание. И такой образец Он предписывает ученикам в этих стихах.

Молитва всегда уместна: в любой одежде и в любом положении, в любом месте и в любое время, независимо от обстоятельств. Молитва должна быть образом жизни христианина, его непрерывным и тесным общением с Богом (Ефес. 6:18; 1 Фес. 5:17). Именно поэтому нужно иметь ясное представление о молитве — для чего Христос и оставил Своим последователям этот образец молитвы.

Как и вся Нагорная проповедь, учение Господа о молитве здесь не является чем-то принципиально новым. Все перечисленные здесь основные принципы можно найти в Ветхом Завете и даже в иудейских преданиях. Многие искажения и извращения — такие как бессмысленные повторения, молитва напоказ (6:5, 7) — проникли в молитвенную жизнь евреев со временем. И если что-то и соответствует Писанию в раввинских преданиях, так это, пожалуй, учение о молитве. В этом отношении Талмуд и мидраши, представляющие собой толкование Писания, содержат полезные наставления.

Изучая Писание, евреи понимали, что Бог желает иметь с ними непрерывное общение, что Он слышит их молитвы и отвечает на них. Они также знали, что молитва должна содержать хвалу и поклонение, благодарение и благоговение пред святостью Бога, выражение послушания Его повелениям, исповедание греха, ходатайство о других людях, неотступность и смирение.

Однако ко времени земного служения Иисуса большинство евреев забыли учение Писания и даже библейскую основу своих традиций. Молитва стала формальной, лицемерной и превратилась в ритуал.

Предупредив о неправильном отношении к молитве, которое так извратило молитвенную жизнь евреев, здесь Господь даёт чудесный образец, чтобы молитва граждан Небесного Царства была угодна Богу.

То, что молитва «Отче наш» не предназначалась как образец для повторения, очевидно по нескольким причинам. Во-первых, молитва предваряется словами «Молитесь же так». Как видно из повествования Луки, ученики просили Христа не научить их молитве, а научить их молиться (Лук. 11:1). Хоутос оун (же так) буквально означает «таким образом», что подразумевает следование образцу. Во-вторых, Иисус только что предостерёг учеников от бессмысленного многословия в молитве (ст. 7). Было бы странным после этого предложить молитву для дословного повторения. В-третьих, нигде в Новом Завете — ни в Евангелиях, ни в Деяниях, ни в Посланиях — мы не находим случая, когда чья-либо молитва заучивалась бы слово в слово или становилась ритуалом для группы верующих.

Поэтому Молитва Господня, или, точнее, молитва учеников, — это не набор слов для повторения. Полезно выучить её наизусть и повторять вслух, как, впрочем, и другие места Писания. Хорошо произносить её иногда в уме, про себя, и размышлять над ней сердцем. И всё же, это не столько молитва сама по себе, сколько эскиз, служащий основой для наших собственных слов хвалы и поклонения, выражения нужд и т.д. Молитва «Отче наш» должна стать не заменой наших молитв, а путеводителем в молитвенной жизни.

Перед нами настоящий шедевр: менее чем в семидесяти словах Бог удивительным образом изложил все необходимые составляющие молитвы так, что их простота понятна даже ребёнку, а глубина непостижима даже зрелым верующим.

Ещё один признак божественной полноты молитвы проявляется в бесконечном количестве планов, которые можно составлять по её тексту. С точки зрения наших отношений с Господом в молитве можно выделить следующие пункты: Отче наш — отношения «Отец и дитя»; да святится имя Твоё — Божество и поклонник; да придёт Царство Твоё — Владыка и подчинённый; да будет воля Твоя — слуга и господин; хлеб наш насущный дай нам на этот день — нуждающийся и благодетель; прости нам долги наши — Спаситель и грешник; не введи нас в искушение — странник и поводырь.

В этой молитве также отражается духовная позиция молящегося: Отче — семейные узы; наш — отсутствие эгоизма; да святится имя Твоё — благоговение; да придёт Царство Твоё — преданность; да будет воля Твоя — послушание; хлеб наш насущный дай нам на этот день — зависимость; прости нам долги наши — раскаяние; не введи нас в искушение — смирение; ибо Твоё есть Царство — торжество; и слава — ликование; во веки — надежда.

В молитве «Отче наш» также можно найти: (1) соотношение Божьей славы и нашей нужды; (2) троякую цель молитвы — прославление Бога, выражение послушания Его воле и ожидание Его Царства; и (3) сближение времён — настоящего (хлеб наш насущный дай нам на этот день), прошедшего (прости нам долги наши) и будущего (не введи нас в искушение).

Это лишь некоторые позиции, с которых жемчужина Молитвы Господней доступна для рассмотрения и понимания.

В этих пяти стихах цель молитвы в сжатой форме обозначена лучше, чем в каком-либо другом слове или фразе. От начала и до конца объект этой молитвы — Бог, поклонение Ему, признание Его достоинства и славы. Всякое проявление присущей гражданам Небесного Царства праведности зависит от Бога, и молитва — не исключение. Молитва не может руководствоваться эгоистичным желанием заставить Господа сделать то, что хочется нам. Молящийся должен утверждать полновластие Бога, Его величие и праведность и подчинять все свои устремления Его воле и славе.

Каждая грань молитвы «Отче наш» посвящена Всевышнему. В ней Христос наиболее полно отразил все составляющие праведной молитвы, в центре каждой из которых — Бог. Эти составляющие включают в себя признание Его отцовства, почтение к Нему, признание Его замысла, воли, заботы, прощения, защиты и величия. Каждый из этих элементов наполнен глубоким смыслом, исчерпать который до конца просто невозможно.

БОЖЬЕ ОТЦОВСТВО

Молитесь же так: «Отче наш, сущий на небесах!» (6:9б)

Называть Бога Отцом по праву могут лишь те, кто пришёл к Нему посредством Его Сына Иисуса Христа. «Не один ли у всех нас Отец? Не один ли Бог сотворил нас?» — писал Малахия (Мал. 2:10), а Павел в разговоре с греческими философами в ареопаге сказал: «Некоторые из ваших стихотворцев говорили: „Мы его и род“» (Деян. 17:28). Но Писание совершенно ясно говорит, что Божье отцовство для неверующих ограничивается тем, что Он их Творец. В духовном смысле, у неверующих другой отец. Сурово осуждая отвергавших Его иудейских вождей, Иисус сказал: «Ваш отец диавол» (Иоан. 8:44). Иисус даёт «власть быть детьми Божьими» исключительно тем, кто принимает Его (Иоан. 1:12; ср. 2 Пет. 1:4; Рим. 8:14; Гал. 3:26; Евр. 2:11-14). Верующие принадлежат Божьему Сыну и поэтому могут приходить к Богу Отцу как Его возлюбленные дети.

Бог как Отец по-разному являл Себя верующим иудеям. Прежде всего, они знали Его как Отца Израиля, народа, избранного быть Божьим особым народом. «Ты — Отец наш… Ты, Господи, Отец наш», — восклицает Исаия (Ис. 63:16; ср. Исх. 4:22; Иер. 31:9). Евреи также воспринимали Бога и более личным образом — как духовного Отца и Спасителя. (Пс. 88:27; 102:13).

Но спустя столетия, по причине непослушания Господу и заигрываний с языческими богами окружающих народов, большинство евреев утратило восприятие Божьего отцовства. Они видели Бога Отца, как некую далёкую от них, абстрактную Личность, которая когда-то вела их предков.

Иисус подтвердил то, чему учило Писание, и то, во что всегда верили правоверные, благочестивые евреи: Бог — Небесный Отец для тех, кто верен Ему. Христос использует обращение «Отец» во всех Своих молитвах, за исключением Своей молитвы на кресте. В тот момент Его восклицание «Боже Мой, Боже Мой!» (Матф. 27:46) показало разделение с Отцом, которое Он испытал, понеся грех всего человечества. Хотя в Матф. 6:9 употребляется греческое слово Патер, возможно, что Иисус, произнося эту молитву, использовал арамейское Авва. И не только потому, что в то время арамейский язык был распространён среди палестинских евреев, но и потому, что слово Авва носит более личный, интимный характер. Даже в греческом тексте слово Авва встречается во многих местах, и часто оно даже не переводится (см. Марк. 14:36; Рим. 8:15; Гал. 4:6).

Обращение к Богу как нашему Небесному Отцу прежде всего означает конец того страха, который всегда присутствовал в отношениях язычников с их божествами. Во-вторых, знание Божьего отцовства даёт надежду и гарантирует стабильность. Если земной отец заботится о своих детях и защищает их, то тем более Небесный Отец любит, оберегает Своих детей и помогает им (Матф. 7:11; Иоан. 10:29; 14:21).

В-третьих, знание Бога как Отца решает проблему одиночества. Даже если мы отвергнуты и забыты друзьями, семьёй, другими верующими и всем миром, мы знаем, что Небесный Отец никогда не оставит и не забудет нас. «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцом Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам», — говорил Иисус (Иоан. 14:21; ср. Пс. 67:6-7).

В-четвёртых, знание Божьего отцовства решает проблему эгоизма. Иисус учит нас молиться: «Отче наш», используя местоимение во множественном числе, потому что в Божьей семье все мы — дети одного Отца. Во всей молитве нет ни одного личного местоимения в единственном числе. Обращаясь к Богу, мы молимся о том, что лучше для всех, а не только для нас самих.

В-пятых, знание Бога как Отца решает проблему ресурсов. Он — наш Небесный Отец. Когда мы вверяем себя Богу, Небесному Покровителю, для нас открываются все небесные источники. «Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа [благословил] нас во Христе всяким духовным благословением в небесах» (Ефес. 1:3).

В-шестых, Божье Отцовство решает вопрос послушания. Если Иисус, истинный Божий Сын, сошёл с небес для того, чтобы исполнить не Свою волю, а волю Отца (Иоан. 6:38), то тем более мы как усыновлённые дети должны быть послушными Богу. Послушание Отцу, как ничто другое, отличает Его истинных детей. «Ибо, кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат и сестра, и мать» (Матф. 12:50).

Бог, по Своей благодати, любит и заботится даже о тех из нас, кто непослушен Ему. Истории, записанной в 15-й главе Евангелия от Луки, больше подходит название «Притча о любящем отце», нежели «Притча о блудном сыне». На первом плане в этом рассказе — образ Небесного Отца, Который прощает как самоправедного сына, не покидавшего отчего дома и остающегося нравственным и порядочным, так и беспутного, заблудшего сына, возвращающегося с покаянием.

Поэтому обращение «Отче наш» показывает стремление Господа открыть Свою силу и вечные благословения по молитве Своих детей в той мере, в какой это послужит им ко благу и явит Его славу.

ПОЧТЕНИЕ К БОГУ

Да святится имя Твоё (6:9в)

Вначале Иисус предостерегает от корыстных молитв. Бог должен иметь право на первенство в каждом аспекте нашей жизни и тем более в минуты наиболее тесного общения с Ним. Молитва должна являть собой образец почтительности, благоговения, признательности, глубокого уважения и преклонения перед Богом и ни в коем случае не должна становиться элементом повседневной рутины, так сказать, «кивком вежливости». Эта фраза напоминает, что обращением «Отец» не следует злоупотреблять, и предостерегает от всякой фамильярности.

Божье имя содержит в себе нечто большее, нежели просто обращение к Нему. Оно свидетельствует о Нём — о Его характере, замыслах и воле. Когда Моисей во второй раз поднялся на гору Синай за Десятью заповедями, он призвал «имя Иеговы. И прошёл Господь пред лицом его и возгласил: „Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердный, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех“» (Исх. 34:5-7). Свойства Божьей Личности, перечисленные в ст. 6-7, полностью соответствуют имени Иеговы, упомянутому в ст. 5.

Мы любим Господа и веруем в Него не просто потому, что знаем Его титулы, а потому, что знаем Его характер. «И будут уповать на Тебя знающие имя Твоё, потому что Ты не оставляешь ищущих Тебя, Господи», — говорил Давид (Пс. 9:11). Здесь имя Бога ассоциируется с верностью. В другом Псалме Давид провозглашает: «Славлю Господа по правде Его и пою имени Господа Всевышнего» (Пс. 7:18; ср. 112:1-4). В своеобразной для еврейской поэзии форме проводится параллель между именем Бога и Его праведностью и подчёркивается равнозначность этих понятий. Когда псалмопевец сказал: «Иные колесницами, иные конями, а мы именем Господа, Бога нашего, хвалимся» (19:8), под «именем Господа» он подразумевал намного больше, чем просто титул. Он говорил обо всей полноте Его Личности.

Ветхозаветные имена Господа отражают различные черты Его характера. Имя Элохим, например, означает «Бог-Создатель»; Эль-Элион — «Владыка неба и земли»; Иегова-Ире — «Господь усмотрит»; Иегова-Шалом — «Господь наш мир»; Иегова-Цидкену — «Господь оправдание наше». Все эти имена говорят о характере Бога. Они говорят не только о том, кто Он, но и о том, каков Он.

А Христос даёт самое ясное представление о сущности Божьего имени, поскольку Иисус Христос — величайшее имя Бога. «Я открыл имя Твоё человекам, которых Ты дал Мне от мира; они были Твои, и Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твоё» (Иоан. 17:6). Всё, что творил на земле Божий Сын, возвещало о Божьем имени. Будучи совершенным проявлением Божьего естества и славы (Иоан. 1:14), Христос был и лучшим свидетельством о Его имени.

Слово «святится» является переводом греческого глагола хагиазо, который означает «делать святым». Однокоренные с ним слова переводятся как «святой, священный, освящать, освящение» и т.д. Верующим даётся повеление быть святыми (1 Пет. 1:16), тогда как Бог уже свят. Слова «да святится имя Твоё» призваны подчеркнуть святость Бога — уникальное качество, которое всегда было и будет присуще в полной мере только Ему. Святить Божье имя — значит благоговеть перед Богом, почитать, прославлять Его и повиноваться Ему как единственному, Кто совершенен. Как заметил Жан Кальвин, желание, чтобы Божье имя святилось, равнозначно признанию Его славы, столь великой, что человеку не должно даже помышлять о Нём без величайшего благоговения (A Harmony of the Gospels Matthew, Mark, and Luke [Grand Rapids: Baker, 1979], p. 318).

Признание Божьей святости, как и любое другое проявление праведности, исходит из сердца. «Господа Бога святите в сердцах ваших», — пишет Апостол Пётр (1 Пет. 3:15), употребляя форму слова, переведённого в этой молитве как «святится».

Если мы чтим Христа в сердце, то мы будем чтить Его и в жизни. Мы уже святим Его имя, когда признаём Его существование. «Надобно, чтобы при- ходящий к Богу веровал, что Он есть и ищущим Его воздаёт» (Евр. 11:6). Для непредвзятого ума существование Бога самоочевидно. Иммануил Кант высказывал довольно много странных идей о Боге, но он был абсолютно прав, когда заявил: «Нравственный закон внутри нас и звёздное небо над нами толкают нас к Богу» (см. Уильям Баркли, «Толкование Евангелия от Матфея», том 1, [ВСБ, 1986], стр. 228).

Мы также святим имя Бога, имея правильное знание о Нём. Ложные идеи о Господе отражают непочтительное отношение к Нему. Ориген однажды сказал: «Называет имя Божье всуе, кто приписывает Богу неприсущие Ему свойства». Поэтому познание истины о Боге и вера в неё свидетельствуют о почтении к Нему, и, наоборот, неприятие истины или искажение вероучения — о непочтении. Мы не можем чтить Господа, не зная Его характера и воли. Но даже если мы признаём существование Бога и имеем истинное знание о Нём, этого недостаточно, чтобы святить Его имя. Мы должны постоянно помнить о Его присутствии. Периодические вспоминания о Боге не святят Его имя. По-настоящему святить Его имя — значит сверять каждое слово, каждый поступок и каждую мысль с Его волей. Давид понимал, что в нашей жизни должно быть на первом месте: «Всегда видел я пред собой Господа» (Пс. 15:8).

Имя Отца больше всего святится тогда, когда мы поступаем согласно Его воле. Для христиан жить в непослушании Богу — всё равно что упоминать Его имя напрасно, называя Господом Того, за Кем мы не следуем как за Господом. Иисус предупреждал: «Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!“ — войдёт в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Матф. 7:21). Когда мы едим, пьём или делаем что-либо ещё во славу Божью (1 Кор. 10:31), это также святит Его имя. И, наконец, мы святим имя Господа, если своей жизнью привлекаем к Нему других людей, если «светит свет [наш] пред людьми, чтобы они видели [наши] добрые дела и прославляли Отца [нашего] Небесного» (Матф. 5:16). Псалмопевец одним великолепным призывом обобщает вышесказанное: «Величайте Господа со мною, и превознесём имя Его вместе» (Пс. 33:4).

БОЖИЙ ЗАМЫСЕЛ

да придёт Царство Твоё (6:10а)

Фрэнсис Хейвергал посвятила Господу великолепные строки гимна «Грядущий во славе»:

Отрадно царствие Твоё,

Возлюбленный Господь!

Пусть прославляет и поёт,

Величье, славу воздаёт

Тебе язык и плоть.

Тебе, мой Друг и Господин,

Владыка, Царь Земли,

Звучит во веки песнь хвалы

И славы, и любви!

Нашим самым большим желанием должно быть — увидеть Господа Царём, восседающим на престоле Своего Царства и увенчанным славой и властью, которые всегда принадлежали Ему, но которые Он пока что не получил. Царь неотделим от Царства. Слова «да придёт Царство Твоё» выражают желание увидеть исполнение Божьего замысла: Пришествие Христа как Царя царей и Господа господствующих. И наша жизнь, и наши молитвы должны быть направлены на исполнение Его замысла и Его плана.

Но как часто в основании нашей молитвенной жизни лежат эгоистичные планы и устремления! Подобно младенцам, мы ограничены рамками собственных потребностей и чувств. Одна из величайших проблем христианской жизни — борьба со старыми привычками, которые то и дело заставляют нас замыкаться на себе.

Даже внешние события и проблемы отвлекают нас от Божьего Царства. Мы можем и должны молиться о семьях, пасторах, миссионерах, правителях страны, о конкретных людях и событиях. Но всякий раз молитва должна говорить об исполнении Божьей воли, чтобы те, о ком мы молимся, в своих мыслях, словах и делах поступали по воле Божьей. Лучшая молитва о конкретном человеке или деле — это молитва о том, чтобы этот человек или дело служили расширению Царства Божьего.

Небесный Отец желает возвысить Христа, чтобы Сын правил и царствовал в Его Царстве. В Талмуде правильно говорится, что если в молитве не упоминается Царство Божье, то это не молитва (Берахот 21a).

Самой непримиримой оппозицией Царству Христа и жизни каждого христианина является царство мира сего, в котором правит сатана. Цель его правления — противостоять Богу и верующим в Него.

Слово басилейа (Царство) означает, главным образом, не территорию, а владычество и господство. Поэтому, говоря «да придёт Царство Твоё», мы молимся, чтобы на земле наступило Царство, в котором будет править Христос. Глаголом «придёт» переводится аорист слова эрхомай в повелительном наклонении, указывающего на неожиданный, внезапный приход (ср. Матф. 24:27). Господь говорит о наступлении Тысячелетнего Царства (Откр. 20:4), а не об усилии создать более благочестивое общество посредством социальной и политической деятельности христиан.

Молиться «да придёт Царство Твоё» — значит молиться о Божьем Царстве, то есть о Царстве, в котором правит Бог, и только Бог. Это Царство будет на земле (ст. 10а), но оно не будет царством этого мира — оно не будет опираться на современное политическое устройство. Христос сказал Пилату: «Царство Моё не от мира сего» (Иоан. 18:36). Ни одно из земных царств не сравнимо с Божьим. Грешный человек не может быть соправителем Бога, и потому бессмысленно строить Царство Небесное путём совершенствования человеческого общества. Многие жизненные вопросы заслуживают внимания христиан, но, даже решив их, мы не построим и не приблизим земное Царство Христа. Даже лучшие наши устремления и все наши усилия не остановят морального разложения, которое всегда и неизбежно характеризует человеческое общество и человеческие царства, — пока Господь не утвердит Своё совершенное Царство.

Весть о Царстве Небесном была в центре проповеди Иисуса. Он пришёл «благовествовать Царство Божье» (Лук. 4:43). Есть только одно Евангелие — Благая весть о Царстве нашего Господа Иисуса Христа. Куда бы Иисус ни шёл, Он везде проповедовал весть спасения и приближения Царства. «Благовествовать Я должен Царство Божье, ибо на то Я послан», — говорил Иисус (Лук. 4:43). В продолжение сорока дней от воскресения до вознесения Господь являлся ученикам и беседовал с ними, «говоря о Царстве Божьем» (Деян. 1:3).

Царство Божье было в прошлом — в том смысле, что началось с Авраама, Исаака и Иакова (Матф. 8:11). Оно было в настоящем во дни земного служения Иисуса — в том смысле, что истинный Царь был среди них (Лук. 17:21). Мы же в своих молитвах уповаем на грядущее Царство Христа.

Бог был и остаётся Царём вселенной во все времена. Он создал вселенную, управляет ею и руководит происходящими в ней процессами. Как заметил Джеймс Орр, «в Писании признаётся… земное и вселенское Царство Божье, объемлющее все предметы и процессы, все поступки отдельных личностей и целых стран, все природные явления и исторические феномены без исключения» (цит. по Alva J. McClain, The Greatness of the Kingdom [Winona Lake, Ind.: BMH Books, 1980], p. 22). Божье Царство — это «царство всех веков» (Пс. 144:13), и даже сейчас «царство Его всем обладает» (Пс. 102:19; ср. 28:10; 1 Пар. 29:11-12 и др.).

Понятно, что сейчас Бог не правит на земле так, как Он правит в небесах (Матф. 6:10в), но мы молимся, чтобы Его земное Царство пришло. Наши молитвы должны быть о возвращении Христа, установлении Его земного Царства, низложении греха и послушании людей Божьей воле. Тогда Господь будет «пасти их жезлом железным» (Откр. 2:27; ср. Ис. 30:14; Иер. 19:11). Спустя тысячу лет земное правление Христа перейдёт в небесное, и различия между Его правлением на земле и на небе не будет (см. Откр. 20–21).

Эту фразу можно также перевести с греческого языка как «пусть теперь придёт Твоё Царство». Поэтому в каком-то смысле мы молимся, чтобы Царство Божье пришло уже сейчас. И чудесным образом эта просьба в какой-то мере исполняется всякий раз, когда ещё одна душа входит в Небесное Царство.

В первую очередь, Царство Божье приходит при обращении человека к Богу (Матф. 18:1-4). Следовательно, наша молитва должна иметь евангелизационный, миссионерский дух. Мы должны молиться об обращении людей, то есть о новых детях Божьих, о новых гражданах Царства. Чтобы войти в Царство Небесное, нужно быть позванным (Матф. 22:1-14), нужно покаяться (Марк. 1:14-15) и последовать за Господом (Марк. 12:28-34; Лук. 9:61-62). На сегодняшний день Царство Божье присутствует на земле невидимо — в сердцах и разуме последователей Царя, Иисуса Христа. Мы должны молиться, чтобы число последователей многократно возросло. В этом смысле молитва о пришествии Царства — это молитва о спасении душ. Каждый верующий должен искать тех, кто когда-нибудь споёт вместе с ним: «Начальник жизни, Пастырь мой, хвала Твоей любви» («Голгофу мне яви»).

Царство, о котором мы молимся и которому принадлежим, бесценно. «Подобно Царство Небесное сокровищу, скрытому на поле» и «драгоценной жемчужине», ради приобретения которых человек продал всё, что имел (Матф. 13:44-46). Ценность Царства так велика, что каждая из этих притч подчёркивает: нашедший его продал всё, что имел, чтобы приобрести спасение (ср. Матф. 10:37).

Во-вторых, Царство Божье наступает в нас, когда мы от сердца преданы Господу. Те, кто уже обратился к Богу, должны следовать за Ним, чтобы Он управлял их жизнью на земле так, как управляет на небесах. Молясь так, как учил Иисус, мы будем постоянно молиться о том, чтобы своей жизнью прославлять Небесного Отца.

Просьба о наступлении Царства перекликается с темой Второго пришествия Христа. В последней главе книги Откровения Иоанн пишет: «Свидетельствующий это говорит: „Да, гряду скоро!“ Аминь. Да, гряди, Господи Иисусе!» (Откр. 22:20).

В тот день мы увидим реальный ответ на наши молитвы. Так начинается один из гимнов Исаака Уоттса: «Где солнце начинает путь, воссядет Он — Господь Иисус. Луна расплавится, как воск; И будет царствовать Христос». Павел также говорит, что ожидание Царства в его окончательном виде — это ожидание не столько события, сколько Личности Самого Царя (1 Фес. 1:10).

БОЖЬЯ ВОЛЯ

да будет воля Твоя и на земле, как на небе (6:10б)

Многих людей волнует вопрос о том, как Божье полновластие согласуется с нашими молитвами об исполнении Его воли. Если Бог — Властелин всего, неужели Его воля не исполнится и без нашего участия? Можем ли мы горячей и искренней молитвой изменить Его волю? Это один из великих парадоксов Писания — парадокс, вокруг которого столетиями ведут споры кальвинисты и арминиане. Очевидно, что этот парадокс, подобно парадоксам трёх ипостасей единого Бога и Богочеловеческой природы Христа, должен быть предоставлен для разрешения Господу, потому что человеческий разум постичь его не может. Но там, где мы стоим перед неразрешимым противоречием, для Бога нет сложностей. Мы придерживаемся обеих истин, кажущихся парадоксальными, с верой в безграничный Божий разум, который разрешает все вопросы согласно совершенной, непротиворечивой истине (Втор. 29:29).

Писание абсолютно ясно говорит, что Бог полновластен, однако Он не только позволяет, но и повелевает человеку самому принимать решения в некоторых вопросах. Если бы человек был неспособен делать собственный выбор, Божьи повеления были бы напрасными и бессмысленными, а наказания — жестокими и несправедливыми. И если бы Бог не отвечал на наши молитвы, всё учение Христа о молитве тоже было бы бессмысленным. Наше дело не разрешать дилемму, а жить в соответствии с Божьей истиной, даже если что-то и кажется нам противоречивым. Вознося одну библейскую истину в ущерб другой, мы порождаем ересь. Мы должны принимать божественные истины целиком и полностью, оставляя последнее слово в решении сложных вопросов за Господом. Попытка разрешения всех кажущихся противоречий Писания на человеческом уровне показывает самоуверенность и является выпадом против истины и смысла Божьего откровения.

Говоря «да будет воля Твоя», мы молимся прежде всего о том, чтобы Божья воля стала нашей волей. Кроме того, мы хотим, чтобы Его воля торжествовала во всём на земле, как она торжествует на небе.

НЕПРАВИЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ БОЖЬЕЙ ВОЛИ

Многие люди, включая многих верующих, неправильно понимают эту часть молитвы Господней. Видя в Божьем полновластии волю диктатора, некоторые верующие испытывают возмущение. Когда они молятся о том, чтобы Божья воля исполнилась, они молятся из принуждения. Ведь Божья воля и так будет исполнена, Он слишком силен, чтобы Ему противиться; в чём же тогда смысл молитвы? Рассуждая так, люди не видят в молитве, особенно в просьбах, вообще никакого смысла. Зачем молиться о неизбежном?

Другие более «терпимы» по отношению к Богу. Но поскольку они верят, что Его воля неизбежно свершится, в молитве они просто выражают пассивное согласие. Они молятся об исполнении Божьей воли просто потому, что так повелел Господь. Они безропотно послушны. И это признак не столько глубокой веры, сколько духовной несостоятельности. Они даже не пытаются соразмерить свою волю с Божьей, пассивно наблюдая за её исполнением.

Христиане могут легко впасть в подобную пассивность. Даже на заре становления Церкви, когда вера была особенно сильна, молитва могла быть слабой и формальной. Однажды в доме Марии, матери Иоанна, называемого Марком, группа верующих молилась об освобождении Петра из тюрьмы. Когда они молились, Пётр, будучи освобождён ангелом, пришёл к дому и стал стучать в дверь. Служанка по имени Рода пошла открыть дверь, но, узнав голос Петра, вместо того чтобы впустить его, вернулась сообщить об этом другим. Однако молящиеся ей не поверили и стали говорить, что это ангел Петра. Когда же Пётр всё-таки вошёл, они «увидели его и изумились» (Деян. 12:16). Получается, они не верили в то, о чём молились.

Нередко наша молитвенная жизнь слаба именно по этой причине: мы не верим в то, о чём молимся, и не ожидаем, что наша молитва что-либо изменит. Мы молимся из чувства долга, с мыслью, что Бог всё равно поступит по-Своему. Дабы оградить нас от подобного рода духовной пассивности, Иисус рассказал притчу о настойчивой вдове, которая непрестанно обращалась к неправедному судье за помощью, поскольку её не устраивало текущее положение вещей. Поэтому Он рассказал «им притчу о том, что должно всегда молиться и не унывать» (Лук. 18:1).

Сам факт того, что Иисус учит нас молиться «да будет воля Твоя на земле», показывает, что Божья воля далеко не всегда вершится на земле. В этом плане она не является неотвратимой. На самом деле, нехватка глубоких молитв сдерживает исполнение Его воли. В соответствии с Божьим мудрым и милосердным замыслом, молитва необходима для исполнения на земле Божественной воли.

Бог полновластен, но Он не определяет всё независимой причинной связью. Фаталистическая позиция «что будет, то будет» в отношении Божьего полновластия полностью подрывает основы искренней молитвы и послушания. Это не «возвышенный» взгляд на Божье полновластие, а разрушительный, небиблейский. Библия не учит такому «полновластию». Люди, например, умирают не по воле Господа, иначе зачем было Христу приходить, чтобы победить смерть? И в том, что люди идут в ад, Божьей воли нет, иначе зачем Его единственный Сын взял на Себя их грехи? «Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые считают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Пет. 3:9). То, что грех и его ужасные последствия до сих пор существуют на земле, свидетельствует лишь о милости и терпении Господа, предоставляющего людям шанс спастись.

Другие переоценивают важность воли человека, видя в молитве возможность для манипулирования волей Господа. Божье провидение они уподобляют волшебной палочке, для управления которой достаточно лишь упомянуть о своих нуждах. Как заметил Элтон Трублад, «в некоторых церквах Евангелие стало просто средством реализации личных возможностей. Некоторые современные религиозные авторы, вместо провозглашения того, что Бог во Христе примирил с Собою мир, пишут просто о себе. Когда истина откровения Христова утеряна или размыта, всё, что остаётся, — это эгоцентризм».

Но молитвой «Отче наш» Иисус опровергает такое мнение. Истинная молитва посвящена Богу: имя Твоё, Царство Твоё, воля Твоя. Эми Кармайкл написала такие строки: «Буду ли я просить о том, Отче, чтобы Свою волю Ты заменил моей? О, нет, Господи, нет, да не будет такого! Об одном лишь молю: пускай мои желания растворятся в Твоей святой воле».

Конечно, между Божьим полновластием и человеческой волей всегда остаётся некоторое противоречие, но мы не должны пытаться разрешить его, изменяя Божью истину о Его полновластии и нашей воле, о Его благодати и нашей вере. Бог полновластен, но Он дал нам свободу выбора. Бог полновластен, но Он учит нас молиться «да будет воля Твоя и на земле, как на небе». «Много может усиленная молитва праведного», — напоминает нам Иаков (5:16).

ПРАВИЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ БОЖЬЕЙ ВОЛИ

Давид пел об ангелах, исполняющих Божью волю. «Благословите Господа, все ангелы Его, крепкие силой, исполняющие слово Его, повинуясь гласу слова Его» (Пс. 102:20). Так воля Его исполняется на небе; и так верующие должны молиться о том, чтобы Божья воля исполнялась на земле — решительно, быстро, полностью, охотно и постоянно. Наша молитва должна быть о том, чтобы каждый человек и весь мир пришёл в согласие с Божьей совершенной волей.

Правильное понимание и принятие Божьей воли включает в себя так называемую праведную войну. Посвящая себя воле Господа, мы автоматически выступаем против сатаны. Молиться «да будет воля Твоя и на земле, как на небе» — значит восставать против мирской идеи, что грех естественен и неизбежен, и поэтому должен молча приниматься или по крайней мере терпеться. Это значит противостоять всемирной системе безбожия, оскорбления и неприятия Христа, а также греху в среде верующих. Бессилие в молитве ведёт нас, хотя и невольно, к соглашательству со злом. Смириться с таким положением вещей — значит отвергнуть христианское понимание Бога и Его плана искупления человечества.

Иисус с самого начала знал, что Его ожидает, но никогда не считал ситуацию безысходной или непреодолимой. Его проповедь и действия были направлены против греха. Когда дом Его Отца был осквернён, Он, «сделав бич из верёвок, выгнал из храма всех, также и овец, и волов; и деньги у меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул. И сказал продающим голубей: „Возьмите это отсюда и дом Отца Моего не делайте домом торговли“» (Иоан. 2:14-16; ср. Матф. 21:12-13).

Молиться об исполнении Божьей воли на земле — значит восставать против идеи, распространившейся сегодня даже среди евангельских верующих, что всё зло, совершаемое нами или против нас, — это так или иначе святая воля Господа, и потому должно приниматься из Его руки с благодарением. Нет, зло приходит от сатаны, но никак не из руки Божьей. Молясь о праведности, мы молимся против распространения зла. Молитва об исполнении Божьей воли препятствует воплощению замыслов сатаны.

Молиться об исполнении Божьей воли — значит плакать вместе с Давидом: «Да восстанет Бог, и расточатся враги Его, и да бегут от лица Его ненавидящие Его» (Пс. 67:2), и взывать, подобно святым у жертвенника: «Доколе, Владыка Святой и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу?» (Откр. 6:10).

Правильная молитва — это молитва с верой в то, что Бог слышит и отвечает. Я считаю, что главное препятствие молитве заключается не в недостаточном понимании Библии, не в недостатке способов молитвы и даже не в недостатке желания трудиться для Бога, а в недостатке веры. Обращаясь к Богу, мы просто не надеемся, что молитва способна что-либо изменить в нашей жизни, в жизни других людей, в церкви и во всём мире.

Есть три составляющих Божьей воли, явленные Им в Писании. Первую можно назвать Божьим определением — это всеобъемлющая и исчерпывающая воля Господа относительно всей Вселенной, включая небеса, преисподнюю и землю. Это Божья высшая воля, о которой писал Исаия: «С клятвой говорит Господь Саваоф: „Как Я помыслил, так и будет; как Я определил, так и состоится“» (Ис. 14:24; ср. Иер. 51:29; Рим. 8:28; Ефес. 1:9-11). В соответствии с этой волей Господа грех ещё действует и сатана имеет определённую силу, но так будет не всегда. В назначенное время и то, и другое прекратит своё существование, поскольку так изначально определил Бог.

Вторую составляющую можно определить как Божье желание. Она находится в пределах Божьего определения и полностью соответствует ему. Однако эта воля более специфична. В отличие от Божьего определения, Божьи желания не всегда исполняются. Более того, в сравнении с волей сатаны, господствующего в мире, второй аспект Божьей воли исполняется очень редко.

Иисус весьма желал, чтобы Иерусалим был спасён; поэтому Он молился, проповедовал, исцелял и служил его жителям. Но лишь немногие поверили, большинство же отвергло Христа, а некоторые распяли Его. «Иерусалим! Иерусалим! — молился Иисус. — Избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Лук. 13:34). Люди отвергали и отвергают Сына Божьего, хотя Он пришёл, чтобы мы имели жизнь и имели с избытком. Подобно неверующим евреям в Иерусалиме, многие не желают прийти к Иисусу (Иоан. 5:40; ср. 2 Пет. 3:9; 1 Тим. 2:4).

Третья составляющая Божьей воли — повелевающая. Она в первую очередь обращена к Его детям, поскольку только они способны её исполнять. Повелевающая воля — это Божье горячее желание, чтобы мы, Его дети, всегда и во всём были послушны Ему, с готовностью и усердием исполняя Его волю. «Неужели вы не знаете, — говорит Павел, — что, кому вы отдаёте себя в рабы для послушания, того вы и рабы, кому повинуетесь, — или рабы греха к смерти, или послушания к праведности? Благодарение Богу, что вы, быв прежде рабами греха, от сердца стали послушны тому образу учения, которому предали себя. Освободившись же от греха, вы стали рабами праведности» (Рим. 6:16-18).

Божье определение касается судеб всего мира, Второго пришествия Христа и установления Его вечного Царства. Божье желание — чтобы каждый человек обратился к Христу; а Божьи повеления требуют от Его детей верности и послушания.

Большим препятствием на пути исполнения Божьей воли является гордость. По причине гордости сатана восстал против Бога, и по той же причине неверующие отвергают Бога, а верующие — непослушны Ему. Ведь для того, чтобы принимать Божью волю и искренно, с верой молиться о ней, необходимо в силе Духа Святого отказаться от своей воли. «Итак, умоляю вас, братья, милосердием Божьим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего, и не сообразуйтесь с веком этим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божья, благая, угодная и совершенная» (Рим. 12:1-2).

Когда мы молимся с верой и согласно Божьей воле, наша молитва излучает освящающую Божью благодать, способную коренным образом преобразить всю нашу жизнь. Молитва — это путь к очищению и духовному росту. Джон Хэнна сказал однажды: «Истинная цель молитвы заключается не столько в получении ответа, сколько в установлении более тесных отношений с Господом… Призыв к молитве — это призыв к любви, верности и послушанию… это путь радостных, близких и глубоких отношений души с Творцом».

Каждый верующий призван укреплять Божье владычество на земле, прославляя Его имя, способствуя приходу Его Царства и стремясь исполнять Его волю.

В ст. 11-13а Иисус перечисляет три прошения. Первое касается каждодневных физических потребностей (хлеб насущный); второе — душевной и эмоциональной жизни, нашего прошлого (долги); а третье — духовной жизни и будущего (искушение и лукавый).

Молитва Господня

ЧАСТЬ 2

Молитесь же так: «Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твоё; да придёт Царство Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на этот день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила, и слава во веки. Аминь». Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (6:9-15)

БОЖЬЯ ЗАБОТА

хлеб наш насущный дай нам на этот день (6:11)

В новозаветные времена эта нужда действительно вызывала беспокойство, однако в наши дни многие христиане на Западе сочли бы подобные слова ненужными и бесполезными. Зачем просить Бога о том, что у нас и так в изобилии? Какой смысл просить о насущном хлебе, когда многим не помешало бы уменьшить свой рацион? Просьба, наверняка, вполне актуальная для христиан Эфиопии или Камбоджи, может показаться излишней для упитанных американцев.

Однако эти слова Молитвы Господней, как и все остальные, написаны не только для верующих первого столетия; они актуальны для христиан всех веков, независимо от их возраста и условий жизни. В Молитве Господней есть всё, что необходимо для общения с Богом. В этом прошении о Божьем попечении можно выделить пять составляющих: насущная нужда, Источник благ, прошение, просители и регулярность молитвы.

НАСУЩНАЯ НУЖДА

Хлеб — это не только еда, но и символ всех физических потребностей человека. Джон Стотт цитирует Мартина Лютера, сказавшего, что «хлеб — это символ всего необходимого для поддержания земной жизни, то есть пищи, здорового тела, хорошей погоды, дома, жены, детей, хорошего правительства и мира» («Нагорная проповедь: Христианская контркультура», [Санкт-Петербург, «Мирт», 1999], стр. 172).

Удивительно сознавать, что Творец вселенной, вездесущий Бог, Властитель времени и вечности, абсолютно святой и суверенный Господь заботится об удовлетворении наших физических нужд, о том, чтобы у нас была пища, одежда и жильё! Бог берёт на Себя попечение обо всех наших нуждах. Эти слова представляют собой прошение, но кроме того в них содержится утверждение, объясняющее причину их уместности для тех, у кого еды в изобилии, и для тех, у кого скудная пища. Главным образом, здесь утверждается то, что все блага, которые мы имеем, мы получаем из Божьей милостивой руки (Иак. 1:17).

ИСТОЧНИК БЛАГ

С этой мыслью мы переходим к следующей составляющей молитвы — Источнику благ, Богу. Отец — Единственный, к Кому обращена молитва, Кому возносится хвала и к Кому обращены мольбы.

Когда у нас всё хорошо и нет ни в чём нужды, мы склонны считать, что добились всего своими силами. Мы зарабатываем деньги, покупаем пищу, одежду, платим по счетам. Однако даже самый трудолюбивый человек всеми своими доходами обязан Божьей заботе (см. Втор. 8:18). Наша жизнь, дыхание, здоровье, имущество, таланты и возможности — всё своими корнями уходит в источники, сотворённые Богом и открытые человеку (Деян. 17:24-28). Несмотря на все исследования и подсчёты учёных, объяснить происхождение Вселенной, её цель и то, как она функционирует, невозможно. Без Бога, полностью управляющего всем, это действительно не объяснить (Евр. 1:2-3)

Бог позаботился о человеке ещё до того, как сотворил его. Человек был последним Божьим творением. И после того как Господь благословил Адама и Еву, Он сказал: «Вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя, — вам это будет в пищу» (Быт. 1:29). И с тех пор Бог не перестаёт обеспечивать человечество пищей во всём её многообразии и изобилии. Однако Павел пишет: «Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам-обольстителям и учениям бесовским… запрещающим употреблять в пищу то, что Бог сотворил, чтобы верные и познавшие истину вкушали с благодарением. Ибо всякое творение Божье хорошо, и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением, потому что освящается словом Божьим и молитвой» (1 Тим. 4:1, 3-5). Слово Божье освящает пищу, ибо она — Божье творение, а мы освящаем её, вкушая с благодарением и молитвой.

Вся физическая пища, которую мы имеем, получена нами от земли благодаря Божьей заботе. Поэтому непризнание Его даров в ежедневной благодарственной молитве есть грех безразличия и неблагодарности.

ПРОШЕНИЕ

Прошение выражено словом «дай». В этом слове сокрыта суть прошения, поскольку оно признаёт нужду. Вполне возможно, Бог уже позаботился о нашей нужде, но даже в таком случае мы просим Его об этом в знак признания за Его заботу о нас в прошлом и настоящем, а также во свидетельство упования на Его помощь в будущем.

Единственное, что наделяет поучение Христа и наши молитвы силой, — это Божье обещание. Нам не стоит ожидать того, чего Бог не обещал. Но мы можем молиться с уверенностью, ибо Божьи обетования тверды. «Уповай на Господа и делай добро, — говорит Давид, — живи на земле и храни истину. Утешайся Господом, и Он исполнит желания сердца твоего… Ещё немного — и не станет нечестивого… А кроткие наследуют землю и насладятся множеством мира» (Пс. 36:3-4, 10-11).

Бог не обязывается восполнять нужды всех и каждого. Это обетование относится только к уповающим на Него. В Пс. 36 Давид обращается к верующим, которые «уповают на Господа» (ст. 3), «утешаются Господом» (ст. 4), «предают Господу путь свой» (ст. 5), «покоряются Господу и надеются на Него» (ст. 7), «перестают гневаться и оставляют ярость» (ст. 8). Он говорит: «Я был молод и состарился, и не видал праведника оставленным и потомков его просящими хлеба» (ст. 25).

ПРОСИТЕЛИ

Под местоимением «нам» в молитве «Отче наш» подразумеваются те, кто принадлежит Ему. Обращаясь к верующим, Павел писал: «Дающий же семя сеющему и хлеб в пищу подаст обилие посеянному вами и умножит плоды праведности вашей, так чтобы вы всем богаты были на всякую щедрость, которая через нас производит благодарение Богу» (2 Кор. 9:10-11). Иисус сказал: «Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или родителей, или братьев, или сестёр, или жену, или детей для Царства Божьего, и не получил бы гораздо более в это время и в веке будущем — жизнь вечную» (Лук. 18:29-30). Бог неизменно выполняет обещание заботиться о нуждах Своего народа.

Главная причина голода и сопутствующих ему в мире болезней кроется не в отсталости сельского хозяйства или неэффективности экономического или политического курса. Дело не в недостатке научных и технических возможностей и даже не в перенаселённости. Эти проблемы лишь последствия основной проблемы — духовной. Известно, что в мире используется примерно 15% пахотных земель, и то лишь полгода. Вряд ли в мире найдётся значительная по размерам территория, где при использовании должных технологий не удалось бы прокормить местное население, и даже более того.

В тех странах, где христианство не распространено, человеческая жизнь имеет очень низкую цену. Индия, например, своей нищетой обязана индуизму — языческой религии, от которой произошло множество других религий. Согласно Британской энциклопедии и Справочнику Эрдмана по мировым религиям, от индуизма произошли такие религии как буддизм, джайнизм и сикхизм. Синтоизм, зороастризм, конфуцианство и даосизм имеют другие истоки.

Для индусов человек — это всего лишь воплощение души на пути к мокше (своего рода «окончательному освобождению»), когда душа проходит через бесчисленные, возможно, нескончаемые циклы перевоплощений от животного в человека и наоборот. Душа восходит к более высокому воплощению, совершая добрые дела, и возвращается в воплощение более низкого порядка за нарушение канонов индуизма. Бедность, болезни и голод считаются наказанием от бога. Страдающие от этих бедствий люди должны покаяться, чтобы в следующей жизни их душа перевоплотилась во что-либо более достойное. Помочь человеку в бедности или болезни — значит вмешаться в его карму и причинить ему духовный вред. (Исследование термина «мокша», или «мокса», см. в Encyclopaedia Britannica, Micropaedia, VI, p. 972; более общее рассмотрение этого вопроса см. в Encyclopaedia Britannica, Macropaedia, vol. 8, pp. 888-908. См. также Eerdman’s Handbook to World’s Religions [Grand Rapids: Eerdmans, 1982]).

Все животные рассматриваются, как воплощения людей или божеств. Коровы считаются особенно священными, так как в них воплощаются божества, которых в индуизме около 330 миллионов. Коровы не только не употребляются в пищу, но и усугубляют проблему пропитания, поглощая 20% продовольственных запасов Индии. Даже крыс и мышей, которые съедают 15% продовольственных запасов, не убивают, так как они могут оказаться перевоплощёнными родственниками.

Как язычество — чума Индии, Африки и многих других стран мира, так христианство стало благословением для стран Запада. Европа и США, хотя никогда и не являвшиеся полностью христианскими в библейском смысле, ощутили на себе огромное благословение по причине христианского влияния на государственные, социальные и экономические доктрины и политику. Значительный интерес к правам человека, забота о бедных, поддержка приютов и больниц, тюремная реформа, расовая реформа, отмена рабства и многое другое — всё произошло не под влиянием язычества или идей гуманизма, а благодаря библейскому христианству. С другой стороны, нынешняя деградация представлений о человеческой жизни, выразившаяся в легкомысленных взглядах на семейные отношения, в возросшем юридическом и социальном одобрении абортов, детоубийства и эвтаназии, — это наследие гуманизма и практического атеизма.

Без истинного познания Бога не может быть и истинного представления о человеке. А тем, кто познал Бога и уверовал в Него через Иисуса Христа, обещана забота Небесного Отца. «Поэтому, — заявляет Иисус, — говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?.. Всего этого ищут язычники… [а] Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божьего и правды Его, и это всё приложится вам» (Матф. 6:25, 32-33).

Порой, для того чтобы помочь Своим детям, Бог совершает чудеса, но основной Его способ заботы о наших нуждах проявляется через труд, для чего Он даёт жизнь, энергию и возможности. Бог заботится о нетрудоспособных в первую очередь через великодушие тех, кто может трудиться. Как бы ни совершал это Господь — непосредственно или косвенно, только Он является источником нашего физического благосостояния. Он повелевает земле производить всё необходимое, давая нам возможность пользоваться её благами.

РЕГУЛЯРНОСТЬ МОЛИТВЫ

Бог заботится о Своих детях ежедневно. Это подразумевает регулярное, каждодневное восполнение наших нужд. Мы должны полагаться на Бога каждый день. Он может дать нам способности для труда, к которому призовёт нас в будущем, но Его забота о наших нуждах проявляется ежедневно, а не еженедельно, ежемесячно или ежегодно. Принятие Божьей заботы в настоящем без тревоги о дне грядущем свидетельствует о нашей убеждённости в Его верности и благости.

БОЖЬЕ ПРОЩЕНИЕ

и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим (6:12)

Офейлема (долги) — один из пяти новозаветных терминов, обозначающих грех. Гамартиа — это наиболее употребляемый термин, его основное значение «промах, непопадание в цель». Грех не попадает в цель, Божий стандарт праведности. Слово параптома, часто переводимое как «прегрешение», передаёт идею ошибки или падения, происходящего скорее из-за небрежности, нежели вследствие намеренного неповиновения. Слово парабазис означает «переступить черту, пойти вразрез с предписанными Богом ограничениями» и часто переводится как «непослушание». В сравнении с грехами гамартиа и параптома этот грех более осознанный. Аномиа означает беззаконие и относится к намеренным и самым вопиющим грехам, к неприкрытому восстанию против Бога и Его путей.

Существительное офейлема в Новом Завете употребляется всего несколько раз, но глагольная форма этого слова встречается часто. Из тридцати случаев употребления в глагольной форме — в двадцати пяти оно указывает на нравственный и духовный долг. Грех — это нравственный и духовный долг перед Богом, за который надо расплачиваться. Описывая эту же молитву, Лука использует слово гамартиа («грехи», Лук. 11:4), ясно показывая, что имеется в виду не денежный долг, а грех. Матфей употребил слово «долги», вероятно, потому, что оно соответствовало наиболее распространённому арамейскому обозначению греха (хоба), используемому евреями того времени, которое также передавало идею нравственного или духовного долга перед Богом.

ПРОБЛЕМА

Грех разделил человека с Богом, поэтому грех — злейший враг и наибольшая проблема человека. Грех господствует в человеческом разуме и сердце. Он осквернил всех людей, и он обладает губительной силой, повергающей человека в различные болезни, пороки и несчастья, будь то временные или вечные. Конечный итог греха — смерть и вечные муки, а его вследствие в настоящем — страдания, неудовлетворённость и чувство вины. Грех — это общий знаменатель любого преступления, кражи, обмана, убийства, безнравственности, болезни, боли и скорби человечества. К тому же грех — это моральная и духовная болезнь, от которой у человека нет лекарства. «Может ли эфиоплянин переменить кожу свою и барс — пятна свои? Так и вы можете ли делать доброе, привыкнув делать злое?» (Иер. 13:23). По своей природе человек не хочет быть исцелённым от греха, ибо любит тьму больше света (Иоан. 3:19).

Верующие в Господа Иисуса Христа получили Божье прощение грехов и спасение от вечной погибели. И поскольку, как мы выяснили, эта молитва дана верующим, долги в данном стихе означают совершённые христианами грехи. Потребность в постоянном прощении грехов неизмеримо больше нужды в повседневном хлебе.

В своей книге «Разъяснение Нагорной проповеди» Артур Пинк пишет:

В противоположность Божьей святости, грех — это наше бесчестие и позор, ибо грех попирает закон Божий. Грех — это преступление, а посему виновные становятся должниками. Наш долг как творения состоит в послушании нашему Создателю и Властителю, но, проявив непослушание, мы заслужили наказание. Поэтому мы молим Господа о прощении (An Exposition of the Sermon on the Mount (Grand Rapids: Baker, 1974), pp. 163-164).

УСЛОВИЕ

Поскольку грех — самая большая проблема человека, то даруемое Богом прощение — его самая большая потребность. Несмотря на избавление от вечного наказания, мы по-прежнему нуждаемся в Божьем прощении за каждодневно совершаемые грехи. Поэтому христиане должны молиться: «Прости нам». Прощение — главная мысль всего отрывка (ст. 9-15), это слово повторяется в восьми стихах шесть раз. Всё либо ведёт к прощению, либо является его следствием.

Уверовавшие в Христа как Спасителя прощены навеки. Отныне мы не под осуждением, не под приговором, и не обречены на вечные муки в аду (Рим. 8:1). Предвечный Судья объявил нас прощёнными, оправданными и праведными. Ни человек, ни силы тьмы не могут осуждать или «обвинять избранных Божьих» (Рим. 8:33-34). Но поскольку мы всё ещё согрешаем, нам часто приходится просить у Господа милости и прощения. Только теперь нас прощает не Судья, а Отец.

Иоанн предостерегает верующих: «Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя, и истины нет в нас». Однако Апостол уверяет: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправедности» (1 Иоан. 1:8-9).

Во время Тайной вечери Иисус стал омывать ноги ученикам, проявив тем самым дух кротости и служения, который должен отличать Его последователей. Пётр сначала отказывался, однако после слов Христа «Если не умою тебя, не имеешь части со Мною» впал в другую крайность, восхотев полного омовения. Но Иисус сказал ему: «Омытому нужно только ноги омыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все». Иисус знал, кто предаст Его, потому и сказал: «Не все вы чисты» (Иоан. 13:5-11).

Следовательно, омытие ног Иисусом было чем-то большим, чем примером смирения. Оно было прообразом прощения, которое Бог дарует через многократное очищение спасённых. Нечистые ноги символизируют незначительную запачканность грехом, как дорожной пылью. Грех не может полностью осквернить нас, потому что мы навсегда очищены от полного осквернения. Нам не требуется повторение позиционного очищения к спасению, происходящего при возрождении, однако мы ежедневно нуждаемся в практическом очищении, поскольку день за днём мы показываем свою неспособность достичь образца совершенной Божьей святости.

Если Бог-Судья готов прощать грешников, то Он несравнимо больше по-отцовски желает вновь и вновь прощать Своих детей. За несколько столетий до пришествия Христа Неемия написал: «Ты Бог, любящий прощать, благой и милосердный, долготерпеливый и многомилостивый» (Неем. 9:17). Сколь бы безграничным и всеобъемлющим ни казался грех человека, он всё же тонет в безбрежном океане Божьего прощения. Где в изобилии грех, там ещё больше преизобилует Божья благодать (Рим. 5:20).

МОЛЬБА

Мольба о прощении подразумевает признание вины. Христос не омоет наших ног, если мы не попросим об этом. Неисповеданный грех не может быть прощён. Об этом недвусмысленно говорит Иоанн: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправедности» (1 Иоан. 1:9). Исповедание фактически означает согласие, и, исповедуя грехи, мы соглашаемся с Божьим отношением к греху, то есть с тем, что грех — это беззаконие, зло и источник всякой скверны, не имеющий ничего общего с народом Божьим.

Исповедать грех нелегко, потому что лукавый и наша гордая природа восстают против этого. Однако только так можно обрести свободу и жизнь в радости. «Скрывающий свои преступления не будет иметь успеха; а кто сознаётся и оставляет их, тот будет помилован» (Прит. 28:13). Джон Стотт пишет: «Одним из вернейших профилактических средств от нравственного склероза является регулярное исповедание грехов, — будь то помыслы, слова или дела, — и оставление их в молитве раскаяния» (Confess Your Sins [Waco, Tex.: Word, 1974], p. 19).

Истинный христианин не превращает Божье обетование о прощении в вольную грамоту на совершение грехов и не злоупотребляет Божьей любовью и благодатью. Напротив, в Божьей милости и прощении он видит средство духовного роста и освящения. Он постоянно благодарит Бога за Его безграничную любовь и желание прощать нас вновь и вновь. Кроме того, важно понимать, что исповедание грехов прославляет Бога, если Он наказывает непослушных христиан. Ибо где есть признание вины, там нет места сетованиям на Божью несправедливость.

Несколько столетий назад один пуританский праведник молился: «Позволь мне всегда видеть вопиющую мерзость греха, неисчерпаемую добродетель спасения, беспредельную славу Христа, неописуемую красоту святости, непостижимое чудо благодати». Какое-то время спустя он молился: «Я виновен, но прощён; погибаю, но спасён; скитаюсь, но найдён; согрешаю, но очищен. Дай мне постоянное сокрушение сердца и желание всегда льнуть к Твоему кресту» (Arthur Bennett, ed., The Valley of Vision: A Collection of Puritan Prayers and Devotions [Edinburgh: Banner of Truth, 1975], pp. 76, 83).

УСЛОВИЕ

В словах «как и мы прощаем должникам нашим» содержится поставленное Христом условие для получения прощения. Принцип простой, но здравый: если мы прощаем, то и нам простится; если не прощаем, то и нам не будет прощения. Мы должны прощать, поскольку это отличительный признак праведности, а значит, и верной христианской жизни. Граждане Небесного Царства блаженны и помилованы, потому что они сами милостивы (Матф. 5:7). Они любят даже врагов, поскольку имеют характер любящего Отца Небесного (Матф. 5:44-45, 48). Прощение — признак воистину возрождённого сердца. Тем не менее, нам не всегда удаётся быть великодушными, и из-за влияния греховной плоти нас нужно постоянно увещать (Рим. 7:14-25). Кроме того, к прощению других нас должен побуждать пример Христа. «Будьте друг ко другу добры, сострадательны, — говорит Павел, — прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас» (Ефес. 4:32). Иоанн заявляет нам: «Кто говорит, что пребывает в Нём, тот должен поступать так, как Он поступал» (1 Иоан. 2:6).

Поскольку прощение ближнего отражает Божье милостивое прощение, оно является высочайшей человеческой добродетелью. «Благоразумие делает человека медленным на гнев, и слава для него — быть снисходительным к проступкам» (Прит. 19:11). К тому же, прощая других, человек освобождает свою совесть от вины. Непрощение не только препятствует Божьему прощению, но и служит помехой душевному спокойствию, счастью, довольству и даже правильному функционированию организма.

Прощение приносит большое благословение всей церкви. Мало что так препятствует служению церкви, как неразрешённые конфликты среди её членов. «Если бы я видел беззаконие в сердце моём, — напоминает себе и другим псалмопевец, — то не услышал бы меня Господь» (Пс. 65:18). Святой Дух не может свободно свершать труд среди тех, кто носит в себе недовольство и таит обиды (см. Матф. 5:23-24; 1 Кор. 1:10-13; 3:1-9).

Прощение также избавляет нас от Божьего наказания. Где дух непрощения, там грех; а где грех, там неминуемо и наказание (Евр. 12:5-13). Нераскаянные грехи в коринфской церкви были причиной немощи, болезней и даже смерти многих верующих (1 Кор. 11:30).

Но самый веский довод в пользу прощения других в том, что оно приносит Божье прощение верующему. И это настолько важно, что Иисус, научив учеников молитве, вновь подчёркивает эту истину (ст. 14-15). В христианской жизни нет ничего важнее, чем прощение верующими друг друга и прощение верующих Богом.

В вопросе прощения Бог поступает с нами так, как мы поступаем с другими. Мы должны прощать других так же легко и великодушно, как Бог прощает нас. Пуританский писатель Томас Мантон утверждал: «Поистине, более всего благосклонны к другим те, кто сам был помилован Богом, ибо они знают, насколько Бог был снисходителен к их проступкам».

БОЖЬЯ ЗАЩИТА

и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого (6:13а)

В греческом языке слово пейрасмос (искушение) — по сути своей нейтральное слово, не имея исключительно отрицательного или положительного значения, в отличие от современного слова «искушение» как побуждения к совершению зла. Изначальное значение этого слова — «проверка» или «испытание». Позже слово с этим корнем получило новое значение — «искушение». В этом отрывке, указывая на совращение к греху, оно, похоже, соответствует слову «лукавый».

Невозможно, чтобы Святой и добрый Господь поставил кого-либо, и тем более Своих детей, в такие условия, когда трудно удержаться от соблазна совершить грех. «В искушении никто не говори: „Бог меня искушает“, — пишет Иаков, — потому что Бог не искушается злом, и Сам не искушает никого» (Иак. 1:13).

Однако Иаков в первых стихах своего Послания писал: «С великой радостью принимайте, братья мои, когда впадаете в различные искушения (пейрасмос), зная, что испытание вашей веры производит терпение» (1:2-3).

Таким образом, возникает проблема в толковании слова пейрасмос в Матф. 6:13. Как его переводить? Как «искушение» или как «испытание»? Если Иаков пишет, что Бог не искушает, то зачем просить Бога не делать того, что Он и так никогда бы не сделал? К тому же Иаков говорит, что мы должны радоваться искушениям и не пытаться избегать их. Поэтому, зачем молиться: «И не введи нас в искушение»?

Я согласен с отцом ранней Церкви, Иоанном Златоустом, что в этом стихе Иисус говорит не о логике или богословии, а о сердечном намерении, когда верующий стремится избежать опасностей и проблем, порождаемых грехом. Это крик искупленной души, которая так сильно презирает грех и боится его, что желает избежать малейшей вероятности согрешить, предпочитая уклониться от искушения, нежели одержать над ним победу.

Здесь можно обнаружить ещё одно кажущееся противоречие. Мы знаем, что испытания способствуют нашему духовному, нравственному и эмоциональному росту. Однако у нас нет ни малейшего желания оказаться там, где высока вероятность греха. Даже Иисус, когда молился в Гефсиманском саду, сначала просил: «Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия», и только потом сказал: «Впрочем не как Я хочу, но как Ты» (Матф. 26:39). Господь Иисус ужасался от осознания того, что Ему предстоит взять на Себя грехи человечества. Тем не менее Он был полон решимости перенести это испытание для того, чтобы исполнить волю Отца и искупить человечество.

Наша естественная реакция в искушениях подобна реакции Христа, но в нашем случае за этим в основном стоит страх неуверенности в своих силах. Когда мы честно смотрим на силу греха и на нашу немощь, сопряжённую со склонностью к греху, мы вздрагиваем от угрозы искушения или даже испытания. Это обращение — ещё одна просьба к Богу ниспослать нам то, чего в нас самих нет. Мы умоляем Господа оградить наш слух, взгляд, уста, ноги и руки — чтобы во всём, что мы услышим, увидим или скажем, или куда пойдём и что будем делать, Он оградил нас от греха.

Нам, как и Иосифу, хорошо известно, что то, что люди и диавол задумывают во зло, Бог обратит в добро (см. Быт. 50:20). Но, в отличие от Иосифа, мы не уверены, что будем всецело покорны Богу в испытаниях. По-видимому, в этих словах молитвы подразумевается следующее: «Господи, сохрани нас от испытания, которое окажется таким сильным, что мы не устоим перед ним». Это предъявление прав на обетование, что «верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести» (1 Кор. 10:13).

Эта молитва является мерой предосторожности против самоуверенности, ложного чувства безопасности и самодостаточности. Мы знаем, что никогда не достигнем духовного успеха и никогда не будем свободны от угрозы греха, пока не придём в вечность. Можно согласиться с Мартином Лютером, который сказал: «Нам не избежать нападок, но мы молимся, чтобы не пасть от них и не погибнуть». Мы всем сердцем желаем, как наш любящий Господь просил в ходатайственной молитве, быть хранимыми от лукавого (Иоан. 17:15).

Когда мы искренне молимся: «Не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого», — мы свидетельствуем и о покорности Его Слову, хранящему нас от греха. «Итак, покоритесь Богу, — говорит Иаков, — противостаньте диаволу, и он убежит от вас» (Иак. 4:7). Покориться Богу — значит покориться Его Слову. «В сердце моём сокрыл я слово Твоё, чтобы не грешить пред Тобою» (Пс. 118:11). Поэтому верующий молится, чтобы Господь хранил его от обольщения грехом, а если верующий и впадает в грех, то он просит Бога об освобождении. Глагол «избавь» — это, фактически, повеление. В проклятом мире, где нас со всех сторон окружает грех, мы признаём нашу несостоятельность одолеть зло. Мы исповедуем пред Богом немощь плоти, полное бессилие в битве с грехом и просим освободить нас от его оков. Но что важнее всего, мы признаём нужду в спасении и защите любящего Отца Небесного.

БОЖЬЕ ВЕЛИЧИЕ

Ибо Твоё есть Царство и сила, и слава во веки. Аминь (6:13б)

Эти слова отсутствуют в наиболее достоверных рукописях, и, вероятно, их не было и в оригинале. Во многих современных переводах их приводят в ссылках или в скобках. Хотя в оригинале этих слов, возможно, и не было, они в полной мере соответствуют духу контекста и излагают в высшей степени библейские истины. В них содержится прекрасное славословие величия Господа, как и могущества Его вечного Царства, силы и славы. Они словно эхом вторят восхвалению из 1 Пар. 29:11. Для евреев, читавших Евангелие от Матфея, эти слова были привычной, вдохновенной концовкой молитвы.

БОЖЬЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (6:14-15)

Урок молитвы Христос завершает напоминанием, которое логически вытекает из учения о прощении в ст. 12. В этих словах содержится пояснение Самого Спасителя по поводу нашей молитвы к Богу о прощении, и только этот фрагмент молитвы Господь дополнительно анализирует, подчёркивая тем самым его исключительную важность.

Слова «Если вы будете прощать людям согрешения их» представляют принцип в положительной форме. Верующие должны прощать, потому что они получили Божье оправдание (ср. 1 Иоан. 2:1-2; Ефес. 1:7). Если сердце исполнено духом прощения, то и Отец ваш Небесный простит вам. Верующие могут познать Отцовское прощение и получить обильные благословения от Господа, только прощая других людей и словом, и сердцем. «Прощать» (афиеми) буквально означает «отпускать».

Именно это подразумевал Павел, когда писал: «Для того я и помилован, чтобы Иисус Христос во мне первом показал всё долготерпение» (1 Тим. 1:16; ср. Матф. 7:11). Дух непрощения не только несвойственен тем, кто прощён Христом, но он также вместо Божьей милости влечёт за собой наказание. Господь приводит пример немилостивого воздаяния в притче, записанной в Матф. 18:21-35. В этой притче некоему человеку прощается неоплатный долг, символизирующий грех, и даруется милость спасения. Позже этот человек отказывается простить другого, за что тотчас получает суровое наказание от Бога.

А если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. В этих словах излагается истина 14-го стиха методом от противного. Грех непрощения и дух горечи (Евр. 12:15) лишает благословений и ведёт к осуждению. Даже Талмуд учит, что тот, кто будет снисходителен к чужим промахам, обретёт милость у Высшего Судьи (Шаббат 151б).

Каждый верующий должен постоянно проявлять дух прощения (Лук. 17:3-4), которым отличались Иосиф (Быт. 50:19-21) и Стефан (Деян. 7:60). Получить прощение совершенно святого Бога, а затем отказываться прощать других, будучи грешником, означает пренебрегать милостью. Поэтому «суд без милости не оказавшему милости; милость торжествует над судом» (Иак. 2:13).

Таким образом, на возносимые к Нему прошения Бог ответит при соблюдении верующим определённых условий. Более того, наши молитвы в первую очередь должны быть направлены на превознесение имени, Царства и воли Господа Иисуса Христа. Молитва — это прежде всего поклонение, побуждающее верующего к благодарению Бога и к праведности.

Нелицемерный пост

Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лицо твоё, чтобы явиться постящимся не перед людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (6:16-18)

Лицемерный пост — это третий грех, в котором Христос обличил книжников и фарисеев. Первыми двумя были лицемерная жертва (6:2-4) и лицемерная молитва (ст. 5-15). В каждом из случаев искажение Божьего учения руководилось непреодолимым желанием почёта и славы (ст. 1).

На протяжении истории человечества пост практиковался по разным причинам. В древности язычники верили, что через пищу в них могут войти злые духи. Когда им казалось, что они подверглись нападкам злых сил, они постились, чтобы остановить других духов от проникновения в их тела. Йоги большинства восточных религий и культов во все времена придавали посту большое значение и считали длительный пост средством получения сверхъестественных видений и откровений. В современном обществе пост стал популярным просто как средство для похудения или восстановления здоровья.

В Библии нет ни одного повеления или примера совершения поста по каким-либо практическим причинам. Истинный, богоугодный пост всегда имел духовные цели, а отказ от пищи сам по себе не представляет никакой ценности.

Многие истинные верующие Ветхого Завета — такие как Моисей, Самсон, Самуил, Анна, Давид, Илия, Ездра, Неемия, Есфирь, Даниил и другие — в тот или иной период своей жизни постились. В Новом Завете говорится, что постились Анна, Иоанн Креститель со своими учениками, Иисус Христос, Павел и многие другие. Известно также, что постились и Отцы первоапостольской Церкви, а также многие выдающиеся лидеры христианства, такие как Лютер, Кальвин, Веслей, Уитфильд.

В Писании есть лишь одно постановление о посте, и относится оно ко Дню Очищения. В этот день народ израильский был призван «смирять души» свои (Лев. 16:29; ср. 23:27) — данное еврейское выражение означало отказ от пищи как акт самоотречения. Это был день всенародного поста, в котором участвовали все жители Израиля — мужчины, женщины и дети. Совершался пост лишь раз в году и только как неотъемлемая часть Дня Очищения.

В отличие от пожертвований и молитвы, о которых дано много повелений как в Ветхом, так и в Новом Завете, о посте в Библии никаких больше постановлений не дано. Многочисленные примеры в Писании свидетельствуют о том, что Бог одобряет пост. Но, кроме вышеупомянутого ежегодного поста, пост нигде не упоминается как требование. Помимо этого, пост всегда совершался добровольно и никогда не был чем-то обязательным, наподобие духовного долга, обязательного для соблюдения.

ЛИЦЕМЕРНЫЙ ПОСТ

Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою (6:16)

Фраза «также, когда поститесь» подтверждает мысль о добровольности поста. Но всякий раз, когда пост совершается, он должен соответствовать принципам, установленным здесь Христом.

Греческое слово нестейа (поститься) буквально означает «не есть, воздерживаться от пищи». Пост мог сопровождаться как полным, так и частичным отказом от пищи, но обычно постящиеся позволяли себе пить воду.

Во дни Христа среди иудеев наблюдалось два крайних подхода к пище. Многие, подобно упомянутым в этом разделе, постились напоказ. Другие же, напротив, считали, что, поскольку пища — это дар Божий, этим даром нужно пользоваться сполна, чтобы в судный день не пришлось давать отчёт за недоеденные крохи. Приверженцы поста были гораздо многочисленнее и более склонны к гордости и лицемерию. Постились же они не по причине духовных убеждений, а с целью удовлетворения своей гордости.

К началу земного служения Христа учение о посте, как, впрочем, почти все остальные аспекты духовной жизни иудеев, было искажено и вышло за рамки Писания. Пост стал неким ритуалом, якобы позволяющим человеку приобрести благоволение от Бога и почтение от людей. Наряду с молитвой и даянием милостынь, пост стал «религиозным спектаклем».

Многие фарисеи постились дважды в неделю (Лук. 18:12), обычно во второй и пятый день недели. Они заявляли, что эти дни были избраны потому, что именно в эти дни Моисей восходил на гору Синай за скрижалями Закона. Но эти два дня совпали с двумя большими торговыми днями в Иудее, когда улицы городов и селений были буквально переполнены продающими и покупающими, купцами и торговцами. Таким образом, в эти два дня публичный пост открывался наибольшему количеству народа.

Те, кто хотел привлечь внимание к своему посту, принимали на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Они надевали ветхую одежду, иногда специально разорванную и запачканную, ходили с растрёпанными волосами, посыпали головы прахом и пеплом, и даже пользовались косметическими средствами, чтобы придать своим лицам болезненный, усталый вид. В предыдущих главах упоминалось о том, что слово «лицемер» происходит от греческого термина, означавшего театральную маску, используемую актёрами для создания определённого образа. Некоторые лицемеры-иудеи, желая обратить на себя внимание людей, действительно прибегали к актёрским уловкам.

Когда сердце не искренно перед Богом, пост превращается в притворство и насмешку. Иудеи, которых Христос порицал за то, что они постятся, чтобы показаться людям, были набожны и праведны только внешне. Но всё, что они ни делали, было навеяно эгоистичными побуждениями. Ни в их помыслах, ни в сердцах Богу места не было, потому и воздаяние им было не от Бога. Наградой, которой они себе желали, было признание от людей. И эту награду они получили сполна.

К сожалению, на протяжении истории Церкви учение о посте нередко сводилось к таким же крайностям, которые существовали в иудаизме. Жан Кальвин как-то сказал: «Задаваясь вопросом о полезности поста, многие недооценивают его необходимость. А иные и вовсе отрицают его значение, считая пост чем-то излишним и ненужным; с другой стороны, неверное понимание поста сводит его к пустому суеверию».

ИСТИННЫЙ ПОСТ

А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лицо твоё, чтобы явиться постящимся не перед людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (6:17-18)

Пост упоминается в Новом Завете около тридцати раз, причём почти всегда — с положительной стороны. Возможно, что в некоторых местах в первоапостольской Церкви на учение о посте делался слишком большой упор. Как минимум, в четырёх случаях в Новом Завете (Матф. 17:21; Марк. 9:29; Деян. 10:30; 1 Кор. 7:5) упоминание о посте представляется позднейшей вставкой, о чём говорит отсутствие этих фраз в самых ранних и достоверных манускриптах. Однако положительное отношение к посту и в Евангелиях, и в Посланиях показывает, что правильный пост является законной формой духовного посвящения.

Слова Иисуса «ты, когда постишься» (ср. ст. 16) подразумевают, что в жизни христианина пост является естественным и приемлемым явлением. Христос предполагает, что Его последователи будут поститься, но не даёт никаких повелений, так же как и не уточняет, где, когда и каким образом нужно поститься. Поскольку значение Дня Очищения было упразднено единократной жертвой Иисуса Христа на кресте (Евр. 10:10), то и единственное повеление о посте утратило силу.

Пока Христос был с учениками, ученики не постились, поскольку нужда в молитве с постом возникает, в основном, во времена скорби, тревог и духовных переживаний. Когда ученики Иоанна Крестителя спросили Христа, почему Его ученики не постятся, Он ответил: «Могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься» (Матф. 9:14-15). Здесь пост связан со скорбью.

Несмотря на утверждения приверженцев мистицизма, в том числе и христианского, об особом значении поста, в Писании нет и намёка на то, что пост может возносить кого-либо к вершинам духовности, позволяя получать видения, знамения или особое духовное знание. В наше время, поскольку Христос не присутствует на Земле телесно, пост является важной составляющей христианской жизни. Но пост необходим только как реакция на особые времена искушений, испытаний или духовной борьбы.

Пост уместен во времена скорби. Когда Бог поразил болезнью первенца Давида и Вирсавии, Давид молился и постился, прося об исцелении младенца (2 Цар. 12:16). Он также постился, когда умер Авенир (2 Цар. 3:35). Даже о своих врагах Давид молился с постом: «Я во время болезни их одевался во вретище, изнурял постом душу мою, и молитва моя возвращалась в недро моё» (Пс. 34:13).

Отказ от пищи — естественная реакция организма на тяжёлое переживание. В периоды скорби многие теряют аппетит — и о еде думают меньше всего. И если только человек не ослаб от голода или длительный отказ от пищи не начинает вредить здоровью, то, настаивая, чтобы он поел, мы не поможем ему.

Нередко к посту людей побуждала надвигающаяся опасность. Царь Иосафат, узнав о готовящемся нападении моавитян и аммонитян, объявил пост по всей Иудее (2 Пар. 20:3). Никакими человеческими усилиями победить в той войне было бы невозможно, и иудеи постились и взывали о помощи к Богу. Царица Есфирь, её служанки и все иудеи, находившиеся в Сузах, постились три дня, прежде чем царица пошла к царю с просьбой пощадить её народ и защитить иудеев от злого умысла Амана (Есф. 4:16).

Прежде чем пленники отправились из Вавилона в полный опасностей путь в Иерусалим, Ездра объявил в народе израильском пост, «чтобы смириться нам пред лицом Бога нашего, просить у Него благополучного пути для себя и для детей наших и для всего имущества нашего» (Езд. 8:21). Далее Ездра говорит: «Мне стыдно было просить у царя войска и всадников для охранения нашего от врага на пути, ибо мы, говоря с царём, сказали: „Рука Бога нашего для всех, прибегающих к Нему, есть благодеющая, а на всех, оставляющих Его, — могущество Его и гнев Его!“ Итак, мы постились и просили Бога нашего об этом, и Он услышал нас» (ст. 22-23).

Постом часто сопровождалось раскаяние в грехе. Давид постился, сокрушаясь о совершённом им двойном грехе — прелюбодеянии с Вирсавией и отправке её мужа Урии на верную смерть на войне. Даниил постился, молясь о прощении грехов народа. Царь Ахав, выслушав обличение из уст пророка Илии и убоявшись суда Божьего, «разодрал одежды свои, и возложил на тело своё вретище, и постился, и спал во вретище, и ходил печально» (3 Цар. 21:27). Видя искреннее смирение Ахава, Бог не навёл наказание на дом царя (ст. 29). Столетия спустя, когда израильтяне благополучно вернулись в Иерусалим из вавилонского плена, гнев Божий воспылал на них за то, что многие из них породнились с язычниками. Поэтому Ездра, исповедуя грех народа своего, «хлеба… не ел и воды не пил, потому что плакал о преступлении переселенцев» (Езд. 10:6).

Ниневитяне, услышав проповедь Ионы и осознав всю глубину своего греха, поверили Богу и «объявили пост, и оделись во вретища — от большого из них до малого», и по повелению царя Ниневии «ни люди, ни скот, ни волы, ни овцы ничего не ели» (Ион. 3:5, 7). Жители Ниневии не только не отвергли предупреждение о суде и проклятии, но, напротив, в раскаянии воззвали к Богу, моля о милости и прощении.

Иногда пост сопровождался получением или провозглашением особых откровений от Бога. Даниил, размышляя над предсказанием Иеремии о семидесятилетнем запустении Иерусалима, «обратил лицо [своё] к Господу Богу с молитвой и молением — в посте, и вретище, и пепле» (Дан. 9:2-3). Затем он повествует: «Когда я ещё продолжал молитву, муж Гавриил, которого я видел прежде в видении, быстро прилетев, коснулся меня около времени вечерней жертвы и вразумлял меня, говорил со мною и сказал: „Даниил! Теперь я вышел, чтобы научить тебя разумению“» (ст. 21-22). Спустя некоторое время, перед тем как ему явилось второе видение, Даниил три недели частично пребывал в посте, отказываясь от «вкусного хлеба… мясо и вино не входило в уста» его (10:3). Важно отметить, что, несмотря на прямую связь между пребыванием Даниила в посте и явившимся ему видением, пост не был средством получения этого откровения. Пост Даниила был просто выражением глубокого и искреннего желания знать Божью волю.

Слово Божье иногда недоступно нам в той мере, в какой оно открывалось великим мужам Божьим, лишь потому, что в нас нет той удивительной, неутолимой жажды к Писанию, какая была в них. И, наверное, пост — это всего лишь малая жертва, которую мы можем принести ради высшей цели понимания Слова.

Нередко с поста начиналось важное служение или поручение. Иисус постился сорок дней и ночей, перед тем как подвергся искушениям в пустыне и начал Своё служение проповедью. Жажда и рвение к провозглашению Слова Божьего может настолько поглотить мысли и сердца, что для пищи не останется ни сил, ни времени. Отказ от пищи не несёт в себе никакой духовной ценности, но когда пища становится препятствием в нашей духовной жизни, то нужно с лёгкостью и готовностью отказаться от неё ради чего-то несравненно более важного и значительного.

Верующие в Антиохии молились с постом и до, и после того, как Дух Святой побудил их отделить Варнаву и Савла на особое служение (Деян. 13:2-3). Эти два человека Божьих, служившие Словом, молились и постились, поставляя пресвитеров в новых церквах (14:23).

Только Бог знает, какой духовной силой могли бы обладать служители церкви сегодня, если бы их паства стремилась к тому, чтобы познавать и исполнять волю Божью. Первоапостольская Церковь не считала избрание пасторов лёгкой задачей и выбирала служителей не по популярности. Превыше всего они искали воли Божьей. Пост не может гарантировать нам благочестивое руководство, точно так же как он не может обеспечить нам прощение, защиту или какое-либо иное благо, даруемое Богом. Но он может стать выражением искреннего желания познавать Божью волю и иметь Его силу в принятии решений, в планировании, в действиях. В нашем устремлении к Богу, в жажде общения с Ним не должно быть «перерывов на обед».

Все упоминания о богоугодном посте в Писании связаны с молитвой. Можно молиться, не постясь, но совершенно невозможно поститься, не молясь. Пост — подтверждение усиленной молитвы, следствие глубокой духовной борьбы перед Богом. Пост не может быть изолированным актом, церемонией или ритуалом, обладающим самостоятельной ценностью. Совершаемый по любой из причин, помимо познания и исполнения Божьей воли, пост не имеет никакой ценности — более того, он становится грехом и духовным препятствием.

Пост должен проистекать из чистого сердца и сопровождаться непорочной, праведной жизнью. Бог обличал народ через пророка Захарию: «„Когда вы постились и плакали в пятом и седьмом месяце, притом уже семьдесят лет, — для Меня ли вы постились?“… Так говорит Господь Саваоф: „Производите суд справедливый и оказывайте милость и сострадание каждый брату своему. Вдову и сироту, пришельца и бедного не притесняйте и зла друг против друга не мыслите в сердце вашем“» (Зах. 7:5, 9-10). Их семидесятилетний пост не имел никакого значения в глазах Бога, поскольку совершался неискренне. Подобно лицемерам, которых осуждал Иисус, иудеи того времени жили только для себя (ст. 6).

Обличив народ за их лицемерный и нечестивый пост, Господь провозгласил через пророка Исаию:

Вот пост, который Я избрал: разреши оковы неправедности, развяжи узы ярма, и угнетённых отпусти на свободу, и расторгни всякое ярмо; раздели с голодным хлеб твой, и скитающихся бедных введи в дом; когда увидишь нагого, одень его, и от единокровного твоего не укрывайся. Тогда откроется, как заря, свет твой, и исцеление твоё скоро возрастёт, и правда твоя пойдёт пред тобой, и слава Господня будет сопровождать тебя. Тогда ты воззовёшь, и Господь услышит; возопиёшь, и Он скажет: «Вот Я!» (Ис. 58:6-9).

Там, где сердце неискренно, жизнь неправедна и отношение к посту неверное, пост не может быть угодным Богу.

«А ты, когда постишься, — сказал Иисус, обращаясь к Своим последователям, — помажь голову твою и умой лицо твоё, чтобы явиться постящимся не перед людьми». Помазание головы маслом обычно совершалось как часть приведения себя в порядок. Масло часто было ароматизированным и заменяло духи. Наряду с умыванием лица, помазание головы составляло обычную утреннюю процедуру, особенно по важному поводу. Христос подчеркнул, что постящийся должен сделать всё, чтобы выглядеть в день поста так, как всегда, и не привлекать внимания людей к своим трудностям или духовной борьбе.

Человек, искренне желающий угодить Богу, будет тщательно избегать того, чтобы произвести впечатление на людей. Он позаботится о том, чтобы явиться постящимся не перед людьми, а перед Отцом, Который втайне. Иисус не говорит, что мы должны поститься с целью показать себя даже перед Богом. Настоящий пост — это просто часть усиленной, настойчивой молитвы и стремления к Богу, к познанию Его воли и совершению Его дела. Иисус утверждает, что Отец не может не обратить внимания на чистый и искренний пост, и награда не замедлит себя ждать. Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

Сокровища на небесах

Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше. Светильник для тела есть око. Итак, если око твоё будет чисто, то всё тело твоё будет светло; если же око твоё будет худо, то всё тело твоё будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма? Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а другим — пренебрегать. Не можете служить Богу и маммоне (6:19-24)

Человек по своей природе ориентирован на материальное. Люди с головой погружаются в поиск и приобретение вещей, наслаждаясь ими и заботясь об их сохранности. В процветающих странах, к которым принадлежит большая часть западного мира, склонность ставить материальные блага во главу угла выражена особенно ярко.

Ведущие религиозные деятели в дни Христа были поглощены материальным. Они были алчными, ненасытными, скупыми; чтобы приобрести больше богатства, они зачастую манипулировали другими. То, что «фарисеи… были сребролюбивы» (Лук. 16:14), было напрямую связано с другими грехами, в которых их обличал Христос. Поскольку у них не было правильного понимания самих себя (см. Матф. 5:3-12), правильного отношения к окружающему миру (5:13-16), к Слову Божьему (5:17-20), к нравственности (5:21-48), а также к своему служению (6:1-8), то они неизбежно пришли и к неверному отношению к материальным вещам.

Иисус показал, что искажённым было их отношение не только к богатству (ст. 4-24), но и к предметам первой необходимости (ст. 25-34). Их отношение к материальным вещам в целом было искажено.

Ложное учение ведёт к ложным жизненным позициям, ложному поведению, ложным ценностям, а лицемерная религиозность почти всегда сопровождается жадностью и аморальностью (ср. 2 Пет. 2:1-3, 14-15). Офни и Финеес, сыновья первосвященника Илия, не выполняли своего священнического долга перед Богом, однако же пользовались преимуществами, которые давало им положение отца и принадлежность к священству. Они «были люди негодные; они не знали Господа» (1 Цар. 2:12). Они брали больше отведённой им доли жертвенного мяса и прелюбодействовали «с женщинами, собиравшимися у входа в скинию собрания» (ст. 13-17, 22).

Анна и Каиафа, бывшие первосвященниками во дни земного служения Христа, накопили огромное богатство путём продажи патентов на торговые места в храме. Этих «патентованных» торговцев Христос дважды выгонял из дома Своего Отца (Иоан. 2:14-16; Матф. 21:12-13).

На протяжении всей истории Церкви и до сегодняшнего дня шарлатаны от религии пользовались служением как средством накопления богатства и прикрывались им, ища удовлетворения своих плотских похотей.

Зачастую люди, подобные книжникам и фарисеям, выставляли напоказ своё материальное благополучие как свидетельство того, насколько они набожны и духовны. Они без стыда провозглашали, что их материальное богатство проистекает из духовного превосходства над другими. Этим они с ног на голову перевернули библейское учение, изложенное в 28-й главе Второзакония: «Если ты, когда перейдёте за Иордан, будешь слушать гласа Господа, Бога твоего, тщательно исполнять все заповеди Его, которые заповедую тебе сегодня, то Господь, Бог твой, поставит тебя выше всех народов земли. И придут на тебя все благословения эти и исполнятся на тебе, если будешь слушать гласа Господа, Бога твоего. Благословен ты в городе и благословен на поле» (ст. 1-3). Здесь несколько раз подчёркивается, что эти благословения прямым образом зависят от послушания Богу. Материальные или другие земные блага, приобретённые жадностью, хитростью, лукавством или любым другим нечестным путём, не могут быть благословениями от Господа. Говорить об особом Божьем благоволении к себе, основываясь лишь на материальном, физическом и социальном благополучии, — значит искажать Божье Слово и упоминать Его имя всуе.

Ветхий Завет неоднократно предупреждает, чтобы мы не стремились приобретать себе богатство. «Не заботься о том, чтобы нажить богатство; оставь такие мысли твои» (Прит. 23:4).

Экономические проблемы, такие как инфляция, спад производства, депрессия, возникают под влиянием многих факторов — денежных, политических, военных, социальных, климатических и т.п. И во всех случаях, за исключением климатических факторов, которые человеку неподвластны, основная причина экономических трудностей — жадность. Любые финансовые проблемы возникают, в основном, из-за жадности, и из-за неё же порой эти проблемы кажутся неразрешимыми. Как заметил Джон Стотт: «Мирские цели очень привлекают нас. Тяжело разрушить путы материальной жизни» («Нагорная проповедь: Христианская контркультура», [Санкт-Петербург, «Мирт», 1999], стр. 178). Апостол Павел определил правильное отношение к богатству, сказав: «Великое приобретение — быть благочестивым и довольным. Ибо мы ничего не принесли в мир; явно, что ничего не можем и вынести из него. Имея пропитание и одежду, будем довольны тем» (1 Тим. 6:6-8).

В данном тексте Иисус рассматривает материализм — в частности, по отношению к роскоши, — с позиций истинного сокровища, истинного света и истинного Господина.

ИСТИННОЕ СОКРОВИЩЕ

Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (6:19-21)

Слова «собирать» (тесауризо) и «сокровища» (тесаурос) произошли от одного и того же греческого слова, от которого возникло слово «тезаурус» (словарный запас, букв. «сокровищница слов»).

В оригинале это слово может также означать «складывать в стопку», как складывают монеты, или «раскладывать напоказ», например, на столе. В контексте изучаемого стиха идея накопительства и складывания в стопку подразумевает богатство, которым никто не пользуется. Деньги и другие ценности хранятся просто ради накопления сбережений; они копятся ради того, чтобы выставляться напоказ или создавать видимость полной излишеств жизни (ср. Лук. 12:16-21).

Этот стих, равно как и другие места Писания, не говорит о том, что Христос считает нищету неким средством достижения духовности. Лишь однажды Он сказал человеку: «Продай имение твоё и раздай нищим» (Матф. 19:21). В этом конкретном случае богатство молодого человека было его идолом, а значит, и непреодолимой преградой между ним и господством Иисуса Христа. Это повеление стало для молодого богача серьёзной проверкой того, готов ли он полностью доверить свою жизнь Христу. Реакция молодого человека показала, что, увы, к этому он не был готов. Но проблема была не в богатстве, а в нежелании расстаться с ним. Господь не потребовал от Своих учеников, чтобы они раздали свои деньги и имущество и последовали за Ним, хотя, возможно, некоторые из них так и поступили. Господь требовал подчинения Своим повелениям, чего бы это ни стоило. Для молодого богача, в глазах которого богатство было самой большой ценностью, эта цена была слишком высока.

Право на обладание материальными ценностями — деньгами, землёй, домами, домашним скотом, одеждой и любой другой вещью, заработанной честным трудом — признаётся и в Ветхом, и в Новом Завете. Бог многократно обещал ниспослать материальные благословения тем, кто верно следует Его путём. Право на обладание личной собственностью — незыблемая истина, на которой зиждутся заповеди «не кради» и «не желай того, что у ближнего твоего». И воровство, и зависть есть грех, поскольку украденная вещь или предмет зависти по праву принадлежат другому. Анания и Сапфира поплатились своей жизнью не потому, что удержали часть полученных от продажи имущества денег, а потому, что солгали Духу Святому (Деян. 5:3). Оставить деньги себе хотя и было бы эгоистично, тем более если у них были другие сбережения, но они имели на это полное право, как и сказал им Пётр: «Чем ты владел — не твоё ли было? И приобретённое продажей не в твоей ли власти находилось?» (ст. 4).

Бог ожидает, фактически повелевает, чтобы Его дети быть щедрыми. И Он также ожидает и даже повелевает, чтобы мы не только благодарили Его за благословения, но и наслаждались ими — включая материальные благословения. Господь даёт «нам всё обильно для наслаждения» (1 Тим. 6:17). Этот стих обращён непосредственно к «богатым в настоящем веке», но при этом в нём нет повеления или даже намёка на то, что они должны отказаться от своего состояния. Он лишь предупреждает, чтобы люди не тщеславились богатством и не надеялись на него.

Авраам был весьма богатым человеком своего времени, так что в богатстве, влиянии и военной мощи он мог соперничать со многими ханаанскими царями. Первое упоминание об Иове говорит нам, что он был необыкновенно богатым человеком. А в последней главе книги мы видим, что после всех испытаний, в результате которых Иов потерял всё, кроме своей жизни, Бог дал ему ещё большее богатство: больше мелкого и крупного скота, сынов и дочерей, а также долгую и спокойную жизнь. «И благословил Бог последние дни Иова более, нежели прежние» (Иов. 42:12-17).

Библия учит, что мы должны усердно трудиться и следовать принципам честного бизнеса (ср. Матф. 25:27). В качестве примера хорошего работника приводится муравей, который «заготовляет летом хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою» (Прит. 6:6-8). Написано также, что «от всякого труда есть прибыль, а от пустословия — только ущерб» (14:23), и «мудростью устраивается дом и разумом утверждается, и уменьем внутренности его наполняются всяким драгоценным и прекрасным имуществом» (24:3-4). «Кто возделывает землю свою, тот будет насыщаться хлебом, а кто подражает праздным, тот насытится нищетой» (28:19).

Павел говорит, что родители должны собирать имение для детей (2 Кор. 12:14), что «кто не хочет трудиться, тот и не ешь» (2 Фес. 3:10), а также, если «кто о своих, и особенно о домашних, не заботится, тот отрёкся от веры и хуже неверного» (1 Тим. 5:8).

Джон Веслей на протяжении своего удивительно продолжительного служения, охватившего большую часть XVIII-го столетия, зарабатывал значительные суммы денег, публикуя свои проповеди и другие труды. Но после его смерти все его сбережения составили всего 28 фунтов стерлингов, потому что он постоянно жертвовал заработанные деньги на дело Божье.

Работать, чтобы содержать семью, строить планы на будущее, разумно вкладывать сбережения, зарабатывать на то, чтобы продолжать своё дело, давать деньги бедным и жертвовать на Божье дело — всё это правильно. Но неправильно быть нечестным, жадным, скупым и прижимистым по отношению к своему богатству. Честно зарабатывать, беречь и жертвовать — это хорошо и разумно. А накапливать и тратить только на себя — не только не разумно, но и грешно.

Несколько лет назад в течение одной недели мне пришлось встретиться с двумя довольно богатыми людьми. Один из них, бывший преподаватель большого университета, многие годы вкладывал деньги в недвижимость и в конце концов накопил состояние, составившее около ста миллионов долларов. Однако за эти годы распалась его семья, он потерял душевный мир и спокойствие и состарился гораздо раньше своих лет. Другой человек, который был пастором, благодаря удачным капиталовложениям также нажил большое состояние, но деньги не завладели его временем и не стали целью его жизни. Став независимым в финансовом отношении, пастор за многие годы пожертвовал церкви гораздо больше, чем получал за свой труд. Он — один из самых благочестивых, счастливых и довольных людей, которых я когда-либо встречал.

Предупреждение, данное Иисусом в отношении богатства, касается слова «себе». Если мы накапливаем деньги или ценности только для себя, — не важно, прячем ли мы их или тратим, эгоистично удовлетворяя каждую свою прихоть, — то материальное стало нашим идолом.

Возможно, что сокровища на небесах накапливаются так же, как и сокровища на земле — посредством материальных ценностей, и то, что мы разумно, с любовью, доброхотно и щедро жертвуем здесь для Царства Божьего, становится нашим сокровищем на Небесах. А ценности, которые мы копим и прячем, не только препятствуют нашей духовной жизни, но и, в конце концов, теряют свою ценность, становясь достоянием моли, ржавчины и воров.

В древности богатство часто измерялось количеством одежды. В отличие от современной одежды широкого потребления, одеяния того времени могли стоить чуть ли не целое состояние. В одежды богатых людей часто вплетались золотые нити. Одежда не только демонстрировала богатство, но и служила своеобразным капиталовложением. И самыми лучшими считались шерстяные одежды, которые так любит моль; но даже самые богатые люди зачастую не могли сохранить свои одеяния от этих насекомых.

Часто средством накопления богатства становилось зерно, яркий пример чему — притча о богатом землевладельце, который рассуждал: «Сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и всё добро моё» (Лук. 12:18). Слово бросис (ржавчина) буквально означает «пища», и именно так его значение передано в других местах Нового Завета (см. Рим. 14:17; 1 Кор. 8:4; 2 Кор. 9:10 — «пища»; и Евр. 12:16 — «снедь»). В контексте данного стиха это значение — самое подходящее, поскольку указывает на то, как мыши, крысы, черви и насекомые поедают зерно.

Почти никакое богатство не застраховано от посягательств воров, именно поэтому многие люди закапывали свои сокровища где-нибудь подальше от дома, порой даже в поле (см. Матф. 13:44). Слово «подкапывать» может означать как разборку глиняных стен дома, так и копание в поле.

Никакие материальные ценности не застрахованы от разрушения или кражи. Даже если мы всю свою жизнь потратим на то, чтобы сохранить и уберечь свои сокровища, нам всё равно придётся расстаться с ними на пороге смерти. Многие из тех, кто были миллионерами на земле, на небесах станут нищими, и многие нищие на небесах станут миллионерами.

Но если мы будем использовать наше время, силы и имущество на служение Богу и людям, то наши небесные сокровищницы пополнятся драгоценностями, которые не утратят своей ценности, и их никто не сможет украсть. Там ни моль, ни ржа не истребляют и воры не подкапывают и не крадут. Только в сохранности наших небесных сокровищ мы можем быть абсолютно уверены.

Далее Христос говорит о неразделимости наших самых дорогих сокровищ и самых сокровенных желаний и устремлений наших сердец: «Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». Они могут быть либо на земле, либо на небе. И не бывает так, что сокровища человека на земле, а сердце — на небесах, и наоборот (ср. Иак. 4:4).

Как правило, всё идёт от сердца: если сердце праведно, то и всё остальное в жизни становится на свои места. Человек, который имеет надлежащие отношения с Богом, жертвует на Божье дело щедро и с радостью. А у завистливого, скупого и эгоистичного человека есть все основания задуматься о том, каковы его отношения с Богом.

Иисус не говорит, что если мы поместим сокровища в нужное место, то и сердце наше будет в нужном месте, но местонахождение нашего сокровища демонстрирует, где уже находится наше сердце. Духовные проблемы — это всегда проблемы сердца. Греховные поступки проистекают из грешного сердца, как и праведные — из праведного.

Когда переселенцы, вернувшиеся в Иерусалим из Вавилона, стали обращаться к Слову Божьему, то началось пробуждение. «Открыл Ездра книгу пред глазами всего народа», и вожди народа по очереди «читали из закона Божьего» (Неем. 8:5-8). Слово Божье глубоко коснулось людских сердец. Народ, обратившись к Богу и раскаявшись в своих грехах, встал на путь исполнения Его заповедей и начал жертвовать на нужды храма (гл. 9–10).

Возрождение, которое не меняет отношения к деньгам и ценностям, является сомнительным возрождением. Когда строилась скиния, «приходили все, которых влекло к тому сердце, и все, которых располагал дух, и приносили приношения Господу для устроения скинии собрания, и для всех потребностей её, и для священных одежд» (Исх. 35:21). Когда составлялись планы строительства храма, сам Давид щедро жертвовал на дело, также и «начальники семейств и начальники колен Израилевых, и начальники тысяч и сотен, и начальники над имениями царя… И радовался народ усердию их, потому что они от всего сердца жертвовали Господу, также и царь Давид весьма радовался» (1 Пар. 29:2-6, 9).

Дж. Кемпбелл Морган писал:

Пусть пылающий в твоём сердце огонь не даст тебе забыть, что ты — дитя не этого века. Ты — не земное существо, не горстка праха; ты — дитя будущего, воплощение вечности, потомство Божества. Предел твоей жизни не измеряется горизонтом, где синее небо лобзает зелёную землю. Смысл твоего бытия не ограничен жизнью на этой маленькой планете. Ты — часть бесконечности. И если ты собираешь себе сокровища на земле — бедная, жалкая, неразумная душа, — то знай, что не сможешь сохранить накопленное богатство. Собирай сокровище, но храни его там, где оно встретит тебя на рассвете нового дня (The Gospel According to Matthew [New York: Revell, 1929], pp. 64-65).

Когда во время Пятидесятницы и вскоре после неё тысячи людей, в основном иудеи, обратились к Христу, церковь в Иерусалиме была переполнена новообращёнными христианами, которые приехали издалека и решили остаться в городе. Некоторые из приезжих были из бедных слоёв общества, другие оставили свои имения на родине. Чтобы решить серьёзные финансовые проблемы, возникшие перед церковью, местные верующие «продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян. 2:45).

Рассказывают, что годы спустя, когда на христиан обрушилось очередное гонение со стороны Рима, солдаты ворвались в одну церковь, чтобы забрать накопленное ею богатство. Пресвитер показал на находившихся там вдов и сирот, которых содержала церковь, и сказал: «Вот всё наше сокровище».

Божий принцип для Его народа всегда был и остаётся таковым: «Чти Господа от имения твоего и от начатков всех прибытков твоих, и наполнятся житницы твои до избытка, и точила твои будут переливаться новым вином» (Прит. 3:9-10). Христос сказал: «Давайте, и дастся вам: мерой доброй, утрясённой, нагнетённой и переполненной отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какой мерой мерите, такой же отмерится и вам» (Лук. 6:38). Павел писал: «Кто сеет скупо, тот скупо и пожнёт; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнёт» (2 Кор. 9:6). Таковы Божьи условия для получения гарантированных и устойчивых дивидендов.

В заключение притчи о неверном управителе Иисус сказал: «Приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители» (Лук. 16:9). Материальные ценности, которыми мы обладаем, «неправедны» в том смысле, что не несут в себе никакой духовной ценности. Но если мы жертвуем их на дело Божье, то однажды на небесах мы услышим слова благодарности от людей, которые благодаря нашим пожертвованиям услышали весть о спасении.

ИСТИННЫЙ СВЕТ

Светильник для тела есть око. Итак, если око твоё будет чисто, то всё тело твоё будет светло; если же око твоё будет худо, то всё тело твоё будет темно. Итак, если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма? (6:22-23)

Эти стихи — продолжение трёх предыдущих; и око в данном контексте иллюстрирует сердце. Светильник для тела есть око; с его помощью мы воспринимаем свет. Глаз — единственный проводник света, а поэтому и единственное средство зрения.

Сердце — это око души, в котором находят отражение все духовные переживания. Именно через сердце к нам приходит Божья истина, любовь, мир и другие духовные благословения. Если сердце человека, его духовное око, чисто, то всё тело будет светло.

Слово хаплоус (чисто) также может означать «единый». Чистое око символизирует сердце, которое посвящено единственной цели. Епископ Джон Райл однажды сказал: «Сосредоточенность на достижении одной цели — секрет духовного процветания» (Expository Thoughts on the Gospels: St. Matthew [London: James Clarke, 1965], p. 56).

Близкие к хаплоус слова переводятся как «просто» или «простота» (Иак. 1:5; Рим. 12:8) и «радушие» (2 Кор. 9:11). Это означает, что если наше сердце (око) будет чисто, то вся наша духовная жизнь наполнится духовными благословениями (будет светла).

Если же око худо, то есть повреждено или поражено болезнью, оно не может воспринимать свет и видеть, и тогда всё тело становится тёмным. Если мы отягощаем свои сердца житейскими заботами, то наши сердца начинают «слепнуть» и становятся невосприимчивыми к духовному свету. Око подобно окну: когда окно чисто, оно пропускает много света, а когда грязно (худо) — оно не позволяет свету проникать внутрь.

Слово понерос (худой) обычно означает «злой» или «лукавый». В Септуагинте (греческом переводе Ветхого Завета) этим словом переводится еврейское выражение «худое око», означающее «зависть» или «скупость» (см. Втор. 15:9 — «немилостивое око»; Прит. 23:6 — «завистливый», букв. «с худым оком»). Так, например, сказано: «Спешит к богатству завистливый человек [букв. «человек с худым оком»]» (Прит. 28:22).

Худое око символизирует эгоистичное сердце, потворствующее своим прихотям. Люди, одержимые материализмом и жадностью, духовно слепы. Поскольку такой человек не способен воспринимать истинный свет, он только думает, будто видит, но это самообман. То, что воспринимается как свет, на самом деле является тьмой, и по причине самообмана какова же (как велика) тьма!

Вот почему нам необходимо помнить простой, но очень важный принцип: наше отношение к материальным ценностям — барометр нашего духовного состояния.

ИСТИННЫЙ ГОСПОДИН

Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а другим — пренебрегать. Не можете служить Богу и маммоне (6:24)

Третья истина, о которой пойдёт речь, имеет прямое отношение к верности господам. Служить двум господам одновременно так же невозможно, как и собирать себе сокровища на земле, а сердцем стремиться к небесам, или быть одновременно и в свете, и во тьме.

Слово куриос (господин) часто переводится как «хозяин» и обычно подразумевает рабовладельца. Оно означает не просто работодателей, которых у человека может быть несколько. Сейчас многие люди работают в двух или более местах и успешно с этим справляются. Скольких бы начальников человек ни имел, если он хорошо и своевременно выполняет свои задачи, то его обязательства по отношению к ним выполнены. Здесь же имеется в виду господин над рабом.

Рабовладелец, по определению, имеет полное право распоряжаться своими рабами. У раба не бывает работы по совместительству или частичной занятости — он всё своё время посвящает работе на своего хозяина. Раб полностью и безраздельно принадлежит своему господину и управляется им. Поэтому в его жизни нет места кому-либо другому. Служа кому-либо ещё, раб унижает своего господина и не считает его своим хозяином. Служить двум господам, и при том служить им обоим верно и преданно, не просто трудно, а не возможно.

Снова и снова Новый Завет называет Христа Господом и Наставником, а верующих — Его рабами. Павел пишет, что все мы прежде были в рабстве греха, и грех был нашим безраздельным хозяином. Но когда мы обратились к Христу, мы стали рабами Божьими — рабами праведности (Рим. 6:16-22).

Как мы можем провозглашать Христа нашим Господом, если преданность Ему пытаемся совмещать с преданностью чему-либо или кому-либо ещё, в том числе и себе? И если мы знаем Божью волю, но не исполняем её, этим мы показываем, что верны не Ему, а кому-то или чему-то другому. Служить двум господам так же невозможно, как и идти в двух противоположных направлениях одновременно. Мы будем или одного господина ненавидеть, а другого любить; или одному станем усердствовать, а другим — пренебрегать.

Жан Кальвин сказал: «В сердце, в котором владычествует богатство, Бог не имеет власти» (A Harmony of the Evangelists Matthew, Mark, and Luke, vol. 1 [Grand Rapids: Baker, 1979], p. 337). Наше сокровище либо на небесах, либо на земле; наша духовная жизнь либо наполнена светом, либо проходит в кромешной тьме; наш господин — либо Бог, либо маммона (земное богатство)

Повеления этих двух господ, — Бога и маммоны, — диаметрально противоположны друг другу, и одновременно их исполнять невозможно. Один господин повелевает нам жить верой, а другой требует руководствоваться видением. Один призывает нас быть смиренными, а другой — гордыми; один учит помышлять о небесном, а другой — о земном. Один призывает возлюбить свет, а другой повелевает любить тьму. Один учит нас стремиться к тому, что невидимо и вечно, другой же притягивает наши взоры к тому, что видимо и временно.

Если Христос — Господин всей нашей жизни, то, едим ли мы, пьём ли, или иное что делаем, мы всё делаем «во славу Божью» (1 Кор. 10:31). Тогда мы можем сказать вместе с Давидом: «Всегда видел я пред собой Господа» (Пс. 15:8), и, как Халев в свои восемьдесят пять лет, оглянувшись на пройдённый жизненный путь, однажды скажем: «Я в точности следовал Господу, Богу моему» (И. Нав. 14:8).

Преодоление забот

Поэтому говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, тем более вас, маловеры! Итак, не заботьтесь и не говорите: «Что нам есть?», или «Что пить?», или «Во что одеться?», потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божьего и правды Его, и это всё приложится вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы (6:25-34)

В 6:19-24 Иисус говорил об отношении к богатству, к излишним материальным благам, накапливаемым людьми на земле. А в ст. 25-34 Он даёт наставления о должном отношении к самому необходимому — пище, одежде, то есть к тому, без чего человек не может существовать. В первом случае слова Христа обращены к богатым, во втором — к бедным. И у бедных, и у богатых есть свои духовные проблемы. Богатые склонны полагаться на своё имение, тогда как бедные могут сомневаться в Божьей способности позаботиться о них. Богатого подстерегает опасность быть обманутым иллюзорной надёжностью своего благосостояния, а бедняк живёт в страхе, потому что беспокоится из-за своей бедности.

Богат человек или беден, либо же он где-то «посредине», его отношение к материальным ценностям — один из самых верных показателей духовного состояния. Человек — это земное творение, поэтому земные проблемы его не могут не волновать. Во Христе же мы сотворены заново, став небесными существами, и нас как детей Небесного Отца небесное должно волновать гораздо больше, несмотря на то, что мы до сих пор живём на земле. Христос посылает нас в мир, чтобы мы совершали Его труд точно так же, как и Он пришёл на землю, чтобы совершить дело Своего Отца. Но мы не должны быть «от мира», как и Иисус, живя на земле, не был «от мира» (Иоан. 17:15-18). Одним из главных критериев нашей духовности является наше отношение к этим двум мирам. Шестнадцать из тридцати восьми притчей Христа говорят о деньгах. Каждый десятый стих Нового Завета имеет отношение к этой теме. Около пятисот стихов в Писании посвящено молитве, чуть менее пятисот говорят о вере, и две тысячи — о деньгах. Таким образом, состояние души верующего во многом определяется его отношением к деньгам и вещам.

Время, в которое мы живём, — это век необузданного материализма, время, когда правят жадность, честолюбие, желание достичь успеха и положения в обществе, жажда удовлетворить свои запросы. В книге «Возникающий порядок: Бог в век недостатка» (The Emerging Order: God in the Age of Scarcity) Джереми Рифкин пишет: «Акцент на важности непрерывного экономического развития — это чёрная дыра, которая уже поглотила большую часть не подлежащих восстановлению природных ресурсов». Автор, кстати сказать, не христианин, приходит к следующему заключению: «Единственный выход в создавшихся обстоятельствах — это возрождение евангельской христианской этики, которая диктует нам разумное, лишённое эгоизма отношение к потреблению природных ресурсов планеты». Единственная альтернатива, считает Рифкин, — это созидательная, тоталитарная диктатура, способная контролировать жизнь общества и его индивидов.

К сожалению, в наши дни даже последователи евангельского учения, по большей части, не являются приверженцами подобной этики. Вместо того чтобы изменять или обличать неверную позицию современного общества, мы соглашаемся с его настроениями. Таким образом, большинству из нас сложно постигнуть наставления Христа, призывающие не заботиться о самом насущном в жизни. Мы хорошо питаемся, хорошо одеваемся, мы обеспечены многими необходимыми вещами, а также многим тем, что не только не является необходимым, но подчас нам просто не нужно.

Основная мысль в изучаемом отрывке такова: не заботьтесь ни о чём — даже о самом насущном. Иисус повторяет призыв «Не заботьтесь» три раза (ст. 25, 31, 34) и приводит четыре причины, почему беспокойство и забота не должны характеризовать верующих людей: во-первых, таким образом мы демонстрируем недоверие к Господу; во-вторых, беспокойство излишне, потому что Бог — наш Отец; в-третьих, беспокойство противоречит нашей вере; и, в-четвёртых, беспокойство неразумно, потому что завтрашний день сам позаботится о своём.

БЕСПОКОЙСТВО ПОКАЗЫВАЕТ НЕДОВЕРИЕ К ГОСПОДУ

Поэтому говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? (6:25)

Слово «поэтому» возвращает нас к предыдущему стиху, в котором Иисус утверждает, что у христианина может быть только один господин — Бог. Поэтому Он говорит: «Так как Бог — ваш Господь, говорю вам: не заботьтесь». У раба лишь одна обязанность — повиноваться своему господину; для верующего беспокоиться — значит проявлять неповиновение и недоверие к Богу, нашему Господину. Для христиан беспокойство и волнение не только неправильно и греховно, но и просто неразумно.

В греческом языке повеление «не заботьтесь» несёт в себе требование прекратить то, что уже совершается. Другими словами, нужно прекратить беспокоиться и больше к этому не возвращаться. Выражение «для души вашей» придаёт высказыванию универсальный характер. Греческое слово псухе (душа или жизнь) обозначает всё человеческое существо — его физическую, умственную, эмоциональную и духовную составляющие. Иисус говорит о душе, то есть о жизни во всей её полноте. Никакие обстоятельства в жизни, внешние или внутренние, не оправдывают беспокойства, когда у нас такой Господь!

Беспокойство — это грех недоверия Божьим обещаниям и заботе. Тем не менее именно этот грех христиане совершают особенно часто. Беспокойство обладает действием некоего умственного и эмоционального удушья, становящегося причиной многих психических и физических расстройств.

Известно, что густой туман, плотно окутавший, например, семь городских кварталов на высоту 30 метров, — это всего лишь неполный стакан воды, расщеплённой на шестьдесят миллиардов мелких капелек. При таком расщеплении десяток литров воды может парализовать жизнь большого города.

Так же и проблема, вызывающая беспокойство, почти всегда очень невелика по сравнению с тем монстром, которого мы рисуем в своём сознании, нанося тем самым себе огромный ущерб. Кто-то сказал: «Беспокойство — это маленький ручеёк страха, протекающий в нашем сознании, но если его не остановить, он проделает такой широкий канал, что смоет все остальные мысли».

Беспокойство противоположно довольству, которое должно быть естественным состоянием всякого верующего. Каждый из нас должен от сердца произнести вместе с Павлом: «Я научился быть довольным тем, что у меня есть. Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всём, насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии, и в недостатке» (Фил. 4:11-12; ср. 1 Тим. 6:6-8).

Христианин находит удовлетворение в Боге, и только в Боге — осознавая, что Богу принадлежит всё то, что у нас есть и в чём мы нуждаемся, и Он распоряжается этим по Своему усмотрению. Во-первых, Бог владеет всем, включая Вселенную. Давид восклицал: «Господня земля и что наполняет её, вселенная и всё живущее в ней» (Пс. 23:1). Он также сказал: «Твоё, Господи, величие, и могущество, и слава, и победа, и великолепие, и всё, что на небе и на земле» (1 Пар. 29:11).

Всё, что у нас есть или когда-либо будет, принадлежит Господу. Почему же мы беспокоимся, что Он заберёт у нас то, что на самом деле принадлежит Ему?

Однажды, когда Джон Веслей находился вдали от своего дома, к нему прибежал человек, крича: «Ваш дом сгорел! Ваш дом сгорел!» На что Веслей ответил: «Неправда, мой дом не сгорел, потому что у меня нет дома. Тот, в котором я жил до сих пор, принадлежит Господу. И если он сгорел, тем лучше, у меня поубавится обязанностей».

Во-вторых, христианин должен быть доволен, потому что Бог управляет всем. И опять Давид демонстрирует правильное отношение: «Ты владычествуешь над всем, и в руке Твоей сила и могущество, и во власти Твоей возвеличить и укрепить всё» (1 Пар. 29:12). Даниил заявил: «Да будет благословенно имя Господа от века и до века! Ибо у Него мудрость и сила. Он изменяет времена и лета, низлагает царей и поставляет царей, даёт мудрость мудрым и разумение разумным» (Дан. 2:20-21).

Для Даниила это были не просто слова. Прошло много лет, и в 6-й главе мы читаем, как завистливые князья и сатрапы обманом вынудили царя Дария бросить Даниила в львиный ров. Однако беспокойство одолело не Даниила, а царя. «Сон бежал от» царя, а Даниил, очевидно, спокойно проспал всю ночь рядом со львами, чьи пасти заградил посланный Богом ангел (6:18-23).

В-третьих, верующие должны быть довольны, потому что Господь всегда даёт человеку необходимое. Владея всем и контролируя всё, Он и одаривает нас всем — как отмечено в одном из Его древних имен — Иегова-Ире, что значит «Господь усмотрит». Так Авраам назвал Бога, когда Бог усмотрел для всесожжения овна вместо Исаака (Быт. 22:14). Если Авраам со своим ограниченным знанием о Боге мог так довериться Ему и быть довольным, то насколько более безграничным должно быть доверие людей, знающих Христа и имеющих записанное Божье Слово? Апостол уверяет нас: «Бог… восполнит всякую нужду вашу по богатству Своему и славе Христом Иисусом» (Фил. 4:19).

Здесь речь идёт о самых основных потребностях человека — что есть, что пить и во что одеться. В этом нуждались все люди во все времена, но поскольку у современных христиан, особенно на Западе, всего этого в избытке, самое насущное их зачастую не беспокоит.

В древности в Палестине вода и пища редко воспринимались как нечто должное. Если в горах выпадало мало снега, то в реках было мало воды, потому что дожди там были крайней редкостью. Недостаток влаги приводил к недостатку пищи, что оказывало влияние на экономическую ситуацию в целом, когда трудно было купить даже одежду. Тем не менее Иисус повелевает: «Не заботьтесь обо всём этом».

Всё это важно, но Господь знает об этом и заботится о наших нуждах, как объясняет дальше Иисус. И вслед за этим Иисус задаёт риторический вопрос: «Но душа не больше ли пищи, и тело не важнее ли одежды?» Пища, питьё и одежда нужны для тела, но Иисус утверждает, что заботой о теле жизнь не ограничивается.

Однако забота о теле всегда волновала человека сверх меры. Даже не страдая от голода, жажды или недостатка одежды, мы всё равно уделяем большое внимание своим физическим потребностям. Мы одеваем тело, украшаем его, упражняем, защищаем от болезней и боли, делаем его сильным и стройным, увешиваем драгоценностями, заботимся о том, чтобы ему не было холодно или жарко, тренируем для работы и развлечений, помогаем ему уснуть… Чего мы только ни делаем, чтобы удовлетворить потребности нашего тела!

Даже христиане иногда увлекаются философией этого мира, утверждающей, что своей жизнью мы обязаны нашему телу. И поскольку нам кажется, что своей жизнью мы обязаны телу, то мы и живём для тела. Зная истину, мы тем не менее поступаем так, будто находимся в полном неведении. Само по себе наше тело не может быть источником чего-либо. Оно не даёт жизнь, наоборот, самой своей жизнью оно обязано Богу. Он — источник жизни не только духовной, но и эмоциональной, интеллектуальной и физической.

Таким образом, сколько бы материальных ценностей ни давал нам Бог, все они принадлежат Ему. Он всем владеет, всё контролирует и распределяет всё так, как Ему угодно. Наша же обязанность состоит в том, чтобы благодарить Его за всё, что Он даёт, и пользоваться доверенными нам благами мудро и бескорыстно столько времени, сколько Он позволит.

БЕСПОКОЙСТВО ИЗЛИШНЕ, ПОТОМУ ЧТО БОГ — НАШ ОТЕЦ

Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, тем более вас, маловеры! (6:26-30)

Главная мысль этих стихов заключается в том, что у верующего нет причины беспокоиться, потому что Бог — его Небесный Отец. «Разве вы забыли, кто ваш Отец?» — спрашивает Иисус. В качестве иллюстрации к Своему утверждению Он приводит доказательства несостоятельности всех забот о пище, продолжительности жизни или одежде.

ЗАБОТЫ О ПИЩЕ

Взгляните на птиц небесных: они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? (6:26)

В северной части Галилеи обитает много птиц, и, скорее всего, Иисус указал на стайку пролетавших мимо пернатых, сказав: «Взгляните на птиц небесных». Чтобы проиллюстрировать Своё наставление, Он привёл в пример птиц, у которых нет организованного процесса добычи пропитания. Они не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы.

Как и любое другое творение, птицы получают жизнь от Бога. Но Бог не говорит им: «Так, на этом Моя работа закончилась, теперь сами о себе заботьтесь». Господь позаботился о том, чтобы у птиц было достаточно пищи. Кроме того, Он наделил их инстинктом, позволяющим им находить пищу для себя и своего потомства. Отец Небесный питает их. Он «приготовляет ворону корм его, когда птенцы его кричат к Богу» (Иов. 38:41; ср. Пс. 146:9).

Если Бог заботится о таких незначительных созданиях как птицы, как же Ему не позаботиться о существах, созданных по Его образу и подобию, и ставших Его детьми через веру? Вы не гораздо ли лучше их?

Артур Пинк замечает: «Здесь мы можем видеть, как неразумные создания, покорённые суете вследствие грехопадения человека, лучше понимают изначальный порядок мироустройства, чем сам человек. Ибо они ищут только того, что Бог для них приготовил, и, находя, довольствуются этим. Ясно, что человек гораздо более… испорчен и грешен, чем животные» (An Exposition of the Sermon on the Mount [Grand Rapids: Baker, 1974], p. 229).

Иисус не утверждает, что птицы совсем ничего не делают для того, чтобы прокормиться. Если вы когда-нибудь наблюдали за птицами, то не могли не обратить внимание на то усердие и терпение, с которым они добывают пищу. Многие из них проводят большую часть жизни в поисках пропитания для себя, своей пары и своего потомства. Но они не беспокоятся о том, где будут искать следующий обед или ужин, а просто собирают пищу, пока не найдут столько, сколько нужно, и потом занимаются другими делами. И снова начинают думать о еде тогда, когда приходит для этого время. Птицы переедают только тогда, когда живут в неволе. Они никогда не заботятся о заготовках. Некоторые разновидности пернатых запасают семена и орехи на зиму, но делают это инстинктивно, а не из страха или беспокойства. И, уж конечно, птичьи запасы не предназначены для того, чтобы просто набить желудок. На своём уровне птицы демонстрируют принцип, который надо уяснить нам, людям: Небесный Отец питает их.

Тем не менее ни одна птица не создана по образу и подобию Божьему и не воссоздана во Христе. Ни одна из них не имеет обещания стать сонаследницей Христу в вечности. Ни одной птице не уготована обитель на небе. И если Бог даёт жизнь пернатым и поддерживает их, то не позаботится ли Он и о нас, Своих детях, наследниках всех этих славных обетований?

Существующее мнение, что мировые запасы пищи резко сокращаются, не имеет под собой основания. Недавнее заявление Департамента сельского хозяйства США гласит: «В мире более чем достаточно запасов пищи, чтобы прокормить всех взрослых и детей. Если бы на протяжении последних восемнадцати лет мировые запасы распределялись равномерно, то каждый человек получил бы более чем достаточное количество калорий. С 1960 года и до настоящего времени мировое производство зерновых не опускалось ниже 103% от минимально необходимого количества, а в среднем достигало 108%».

Количество продуктов на душу населения также не уменьшается. В том же заявлении сказано: «Уровень мирового производства пищевой продукции на душу населения за последние двадцать пять лет снижался лишь дважды. А производство зерновых, основного продукта питания для большей части населения планеты, возросло с двухсот девяноста килограмм на человека в начале пятидесятых до трёхсот шестидесяти килограмм в последние пять лет». Также установлено, что достаточно использовать лишь десять процентов всех сельскохозяйственных угодий, чтобы накормить всё население планеты, и это — ориентируясь на уровень потребления в США!

ЗАБОТЫ О ДОЛГОЛЕТИИ

Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? (6:27)

Вторая иллюстрация говорит о продолжительности жизни, и в Новом переводе с греч. подлинника этот стих звучит так: «И кто из вас, заботясь, может прибавить к сроку жизни своей малую меру?» В наше время попытки продлить жизнь завладели всем обществом. Мы занимаемся спортом, правильно питаемся, дополняем свою диету витаминами и минералами, регулярно посещаем врачей и делаем кучу других вещей, надеясь хотя бы на несколько лет продлить свою жизнь.

Однако все мы ходим под Богом. Спорт, правильное питание и другие мероприятия приносят пользу, если не выходят за рамки разумного и рассматриваются с правильной точки зрения. Они, несомненно, могут улучшить качество жизни, сделать её более продуктивной, но это никак не заставит Бога продлить наши годы.

Беспокойством можно загнать себя в могилу, но уж никак не продлить жизнь! Доктор Чарльз Мэйо, основатель всемирно известной клиники Мэйо, писал: «Беспокойство негативно сказывается на кровообращении, сердце, функциях различных желез и нервной системе в целом. Я никогда не слышал, чтобы кто-то умер от того, что слишком много работал, но знал немало людей, умерших от излишнего беспокойства».

Жизнь — это дар от Бога, и мы должны использовать этот дар для Его славы, для духовных, небесных целей, а не земных, эгоистичных. Мы должны заботиться лишь о том, чтобы повиноваться и угождать Богу, чтить и прославлять Его, а Он в Своей мудрости Сам позаботится обо всех наших проблемах.

ЗАБОТЫ ОБ ОДЕЖДЕ

И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: не трудятся, не прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них. Если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, тем более вас, маловеры! (6:28-30)

В третьей иллюстрации Иисус говорит об одежде, используя в качестве примера полевые цветы. Некоторые из Его слушателей, скорее всего, имели лишь одну смену одежды. Иисус опять обратил их внимание на окружающую природу, на сей раз на цветы, — чтобы ещё раз заверить слушателей в том, что Бог неизменно заботится о Своём творении.

Полевые лилии — это, видимо, собирательный термин, описывающий все полевые цветы, которые, поражая разнообразием глаз, украшают своим великолепием поля и холмы Галилеи.

Все эти прекрасные творения не прилагают никаких усилий к тому, чтобы расти, и не принимали участия в собственном оформлении или выборе цветовой гаммы. «Они не трудятся, не прядут, — говорит Иисус, указывая на очевидное, — но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них».

В цветке цветовые оттенки и чудесные тонкости строения можно наблюдать даже невооружённым глазом. А под микроскопом это великолепие выглядит ещё более удивительно и захватывающе, о чём в древности люди, конечно, и не подозревали. Тем не менее даже Соломон, один из самых блистательных монархов в мировой истории, во всей славе своей не одевался так, как всякий из этих маленьких цветков, которые в те времена любой человек мог нарвать десятками.

То, что в наше время люди тратят так много усилий, времени и денег, чтобы красиво одеться, достойно порицания. Страсть к дорогой, модной одежде — это грех, потому что её единственная цель — подогревать чувство гордости. Количество магазинов одежды и количество одежды в этих магазинах просто уму непостижимо. Многие возвели моду в разряд некоего идола и тратят уйму денег на дорогие вещи, которые оденут лишь пару раз.

Сегодня мало кому приходится заботиться о повседневной одежде. Если Иисус повелел тем, кто имел всего одну перемену одежды, не заботиться об одеяниях, то что бы Он сказал нам?

Несмотря на свою красоту, цветы живут недолго. Как и трава полевая, они сегодня есть, а завтра будут брошены в печь.

Словом клибанос называли печи для приготовления пищи. Такие печи делались из обожжённой глины и использовались, в основном, для выпечки хлеба. Чтобы ускорить процесс выпекания, хозяйка разводила огонь внутри печи и под ней. В качестве топлива для внутренней части печки обычно использовались сухая трава и цветы, собранные на окрестных лугах. Потеряв красоту, цветы уже не годились ни на что, кроме как на печное топливо. Так они сгорали.

Но если Бог заботится о том, чтобы украсить полевую траву прекрасными, но недолговечными цветами, тем более Он позаботится о нас! Разве Он не подумает об одежде для Своих детей, избранных к вечной жизни?

И если мы беспокоимся даже о насущном и необходимом, то мы грешим и показываем недостаток веры, говорит Иисус. Человек, беспокоящийся о подобных вещах, возможно, имеет спасительную веру, но он не имеет веры, готовой во всём положиться на Бога, что Бог доведёт начатое Им дело до конца. Весьма важен тот факт, что и в других четырёх случаях Иисус, используя выражение «маловеры» («маловерные»), обращается к людям, которые беспокоятся о пище, одежде или продолжительности жизни (см. Матф. 8:26; 14:31; 16:8; Лук. 12:28). «Вы верите, что Бог может искупить вас, спасти от греха, разбить оковы сатаны, взять на небо, где вам уже приготовлена обитель, и даровать жизнь вечную, — говорит Иисус, — а не верите, что Он позаботится о ваших повседневных нуждах?» Мы спокойно отдаём в Божьи руки вечность, но отказываемся верить, что Он позаботится о том, что нам есть, пить или во что одеться.

Беспокойство нельзя назвать незначительным грехом, потому что оно ставит под сомнение Божью любовь и честность. Своим беспокойством мы показываем, что Слово и обетования Небесного Отца не достойны доверия. Проповедовать непогрешимость Писания и одновременно беспокоиться о повседневных нуждах — это двуличие. Беспокойство доказывает, что мы находимся во власти обстоятельств и собственного ограниченного понимания действительности, а не во власти Божьего Слова. Таким образом, заботы не только разрушают и истощают нас самих, но и порочат Божье имя и ставят под сомнение Его благость.

Если верующий не изучает каждый день Писание, чтобы Бог пребывал в его разуме и сердце, то создавшийся вакуум заполняет сатана, сея беспокойство и сомнения. А беспокойство ещё больше удаляет нас от Господа.

Павел наставляет нас, как наставлял ефесян: «Чтобы Бог… просветил очи сердца вашего, дабы вы познали, в чём состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых, и как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной силы Его» (Ефес. 1:18-19).

БЕСПОКОЙСТВО ПРОТИВОРЕЧИТ НАШЕЙ ВЕРЕ

Итак, не заботьтесь и не говорите: «Что нам есть?», или «Что пить?», или «Во что одеться?», потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всём этом. Ищите же прежде Царства Божьего и правды Его, и это всё приложится вам (6:31-33)

Беспокойство несовместимо с нашей верой в Бога, а потому оно неразумно и греховно. Беспокойство — признак неверия. Слово этной (язычники) буквально означает «народы» или «толпы». Во множественном числе, как в данном отрывке, этим словом обычно называли неиудеев, то есть язычников, а в широком смысле — неверующих вообще. Беспокойство о том, что есть, пить, во что одеться, — это всё то, чего ищут язычники. Не имеющие надежды на Бога естественно возлагают свою надежду и ожидания на сиюминутные реалии. Они живут только сегодняшним днём, поэтому приверженность материальным ценностям у таких людей соответствует их религии. Они не знают Бога, Который мог бы восполнить их физические и духовные нужды в настоящем и в вечности, а поэтому им всё надо добывать самим. Они не знают Божьего провидения и не имеют на него никакого права. У них нет заботливого Небесного Отца, поэтому есть все основания для беспокойства

Боги язычников — это созданные людьми идолы, за которыми стоит сатана. Таких богов боялись и всячески ублажали; идолы требовали много, обещали мало, а не давали ничего. Поэтому вполне естественно, что служащие им люди, пока была возможность, искали всевозможных удовольствий и удовлетворения потребностей. Такая философия популярна и в наши дни среди тех, кто настроен получить от жизни всё, что можно. Лозунг «Станем есть и пить, ибо завтра умрём» вполне приемлем для тех, кто не имеет надежды на воскресение (1 Кор. 15:32).

Но подобная безрассудная философия никак не подходит тем, кто имеет надежду на воскресение и чей Небесный Отец знает, что они имеют нужду во всём этом. Беспокойство о физическом благосостоянии — это признак мирского мышления, которое встречается и у христиан. Если мы мыслим так же, как люди мира, имеем те же желания, то и беспокоиться мы будем так же, как и они, потому что не подчинённое Богу сознание имеет все основания для беспокойства. Рассудительный христианин, во всём доверяющий Богу и полагающийся на Него, «не [заботится] ни о чём, но всегда в молитве и прошении с благодарением [открывает] свои желания перед Богом» (Фил. 4:6). Он ни под каким предлогом не «[сообразуется] с веком этим» (Рим. 12:2).

Сурово обличая Своих слушателей, Иисус также наставляет их и предлагает чудесное обетование: «Ищите же прежде Царства Божьего и правды Его, и это всё приложится вам». Когда мы ищем мирского богатства, нас обязательно будет сопровождать беспокойство; когда же мы ищем Царства Божьего и Его праведности, нашими спутниками будут мир и покой.

Слово де — противительный союз, аналогичный частице «же». В данном отрывке он означает «вместо этого». Иисус говорит: «Вместо того чтобы, подобно неверующим, беспокоиться о пище, питье и одежде, возложите своё упование на Господа, и Он позаботится обо всех ваших нуждах».

Во всём многообразии благ, предлагаемых нам миром и способных занимать наши мысли, мы должны прежде искать благ Того, Кому мы принадлежим. Для христианина это начало начал, складывающееся из двух составляющих — Божьего Царства и Божьей праведности.

Как было замечено при обсуждении молитвы «Отче наш» (6:10), слово басилейа (Царство) не связано с понятием территории, но подразумевает господство или владычество. Божье Царство — это Его суверенное господство, поэтому искать прежде Его Царства — значит искать прежде всего Его господства, Его воли и Его власти.

В поисках Божьего Царства мы отрекаемся от себя, послушно отдаём себя Господу в такой степени, что можем сказать вместе с Павлом: «Я ни на что не взираю и не дорожу своей жизнью, только бы с радостью совершить поприще моё и служение, которое я принял от Господа Иисуса, — проповедать Евангелие благодати Божьей» (Деян. 20:24). Искать прежде Царства Божьего — значит посвятить всю свою жизнь вечному труду нашего Небесного Отца.

Если мы ищем Царства Божьего, мы будем стремиться приводить людей в это Царство, чтобы они спаслись, а Бог прославился. Истина, любовь, праведность Небесного Отца будут приносить плод и в нашей жизни, и мы обретём «радость и мир в Святом Духе» (Рим. 14:17). Кроме того, важным показателем ревности по Царству Божьему будет ожидание возвращения Царя, когда Он установит Своё славное тысячелетнее Царство на земле и возвестит близкое наступление вечного Царства.

Мы также должны искать Его праведности. Вместо того чтобы страстно желать богатств этого мира, мы призваны жаждать сокровищ мира грядущего, а неотъемлемыми составляющими этих сокровищ являются Божья совершенная праведность и святость. Это не только стремление к чему-то в будущем, но и ревность о настоящем. Мы призваны не просто уповать на небесное, но уже сейчас жить свято (см. Кол. 3:2-3). «Если так всё это [земля и все дела на ней, ст. 10] разрушится, — пишет Пётр, — то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам, ожидающим и желающим пришествия дня Божьего» (2 Пет. 3:11-12).

БЕСПОКОЙСТВО НЕРАЗУМНО В СВЕТЕ НАШЕГО БУДУЩЕГО

Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы (6:34)

Благоразумно обеспечивать себя необходимым — это естественно. Но беспокойство о завтрашнем дне — это глупость и проявление неверия. Наш Бог — Господь завтрашнего дня так же, как и сегодняшнего, как и всей вечности. «По милости Господа мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось. Оно обновляется каждое утро; велика верность Твоя!» (Пл. Иер. 3:22-23).

Складывается впечатление, что некоторым людям жизненно необходимо всегда беспокоиться о чём-либо. Поэтому если в настоящем никаких причин для беспокойства не находится, они выдумывают всяческие проблемы, которые могут настигнуть их в будущем. Но Иисус уверяет нас: «Завтрашний день сам будет заботиться о своём». И это вовсе не беззаботная философия гедониста, который живёт лишь сиюминутными удовольствиями. Это убеждения Божьего дитяти, которое уверено, что завтрашний день сам будет заботиться о своём, потому что всё в руках его Небесного Отца.

Тот факт, что довольно для каждого дня своей заботы, не призывает нас беспокоиться о сегодняшних проблемах, но побуждает спокойно встретить все искушения, испытания, возможности и трудности и положиться на защиту и провидение Небесного Отца. В каждом дне достаточно забот, и не стоит усугублять ситуацию постоянным беспокойством.

Бог обещает нам Свою благодать на завтрашний день и на каждый последующий, пока мы не перейдём в вечность. Но Он не даёт завтрашнюю благодать сегодня. Его благодать приходит не в период ожидания проблем, а в час нужды.

«Твёрдого духом Ты хранишь в совершенном мире, — говорит Исаия, — ибо на Тебя уповает он. Уповайте на Господа вовеки, ибо Господь Бог есть твердыня вечная» (Ис. 26:3-4).