НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

Переводы: (скрыть)(показать)
LXX Darby GRBP NRT IBSNT UBY NIV Jub GRBN EN_KA NGB GNT_TR Tanah Th_Ef MDR UKH Bible_UA_Kulish Комментарий Далласской БС LOP ITL Barkly NA28 GURF GR_STR SCH2000NEU New Russian Translation VANI LB CAS PodStr BibCH UKDER UK_WBTC SLR PRBT KZB NT_HEB MLD TORA TR_Stephanus GBB NT_OdBel 22_Macartur_1Cor_Ef VL_78 UBT SLAV BHS_UTF8 JNT UKR KJV-Str LXX_BS BFW_FAH DONV FIN1938 EKKL_DYAK BB_WS NTJS EEB FR-BLS UNT KJV NTOB NCB McArturNT Makarij3 BibST FIN1776 NT-CSL RST Mc Artur NT BBS ElbFld RBSOT GTNT ACV INTL ITAL NA27 AEB BARC NZUZ שRCCV TORA - SOCH LOGIC VCT LXX_Rahlfs-Hanhart DRB TanahGurf KYB DallasComment GERM1951 Dallas Jantzen-NT BRUX LXX_AB LANT JNT2 NVT
Книги: (скрыть)(показать)
. Матф. Иак. Рим. 1Кор. Еф. Кол. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм.
Главы: (скрыть)(показать)
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

НЗ - Толкование. Д.Ф.Мак Артур.

От Матфея 17

Предвозвестие Второго пришествия

По прошествии дней шести взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвёл их на гору высокую одних, и преобразился перед ними: и просияло лицо Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие. При этом Пётр сказал Иисусу: «Господи! Хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии». Когда он ещё говорил, вот, облако светлое осенило их; и вот, голос из облака говорящий: «Это Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте». И, услышав, ученики пали на лица свои и очень испугались. Но Иисус, приступив, коснулся их и сказал: «Встаньте и не бойтесь». Возведя же очи свои, они никого не увидели, кроме одного Иисуса.

И когда сходили они с горы, Иисус запретил им, говоря: «Никому не рассказывайте об этом видении, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мёртвых». И спросили Его ученики Его: «Как же книжники говорят, что Илии надлежит прийти прежде?» Иисус сказал им в ответ: «Правда, Илия должен прийти прежде и устроить всё; но говорю вам, что Илия уже пришёл, и не узнали его, а поступили с ним, как хотели; так и Сын Человеческий пострадает от них». Тогда ученики поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе (17:1-13)

Как отмечалось в конце предыдущей главы, обещание Иисуса, что некоторые ученики не умрут, пока не увидят Его в славе (16:28), относится к Его преображению. Именно об этом идёт речь в данном отрывке.

Через шесть дней после того, как было дано обещание, оно исполнилось. Лука говорит, что это событие произошло «дней через восемь» (9:28). Однако это просто указывает на то, что он, в отличие от Матфея и Марка (9:2), включал при подсчёте дни, в которые эти события произошли. А Матфей и Марк говорят о том, что между предсказанием и его исполнением прошло шесть дней.

Пётр, Иаков и Иоанн, брат его, были самыми близкими учениками Иисуса, образуя вместе с Андреем, братом Петра, «узкий круг» учеников Господа (см. II том Толкования на Евангелие от Матфея, гл. 8–15, стр. 153). Поэтому неудивительно, что именно этих трёх мужей Иисус возвёл на высокую гору одних.

Можно предложить четыре причины, почему Иисус взял с Собой только этих трёх учеников, чтобы они стали свидетелями Его преображения. Во-первых, они станут надёжными свидетелями явления Его славы, способными подтвердить истинность этого события остальным ученикам и позже всей Церкви. Согласно Втор. 19:15, «при словах двух свидетелей или при словах трёх свидетелей состоится дело». То, что Господь показал Себя в царской славе, как и обещал (Матф. 16:27-28), могли подтвердить три надёжных свидетеля.

Во-вторых, эти три ученика были избраны, вероятно, потому, что они были ближе всего к Иисусу. Они проводили с Ним больше времени и лучше других понимали Его. Они часто сопровождали Иисуса, когда Он удалялся для молитвенного общения со Своим Небесным Отцом (Марк. 5:37; 14:33). Поэтому естественно, что те, кто ближе всего разделял с Ним Его страдания и скорби, также стали свидетелями Его славы.

В-третьих, эти три мужа, как признанные представители Двенадцати, к словам которых относились с уважением, могли наиболее достоверно и убедительно изложить то, что они видели на горе.

Четвёртая вероятная причина имеет негативную подоплёку. Если бы все двенадцать учеников видели преображение или если бы преображение Иисуса видели и люди, бывшие с ними на севере Галилеи, то очень скоро вся область оказалась бы охваченной беспорядками. Люди побежали бы в близлежащие селения, сбивчиво рассказывая всем о том, что они видели. Их рассказы очень отличались бы друг от друга, с каждым новым пересказом обрастая всё новыми выдуманными деталями, и на Иисуса начали бы оказывать ещё большее давление, чтобы Он стал политическим и военным освободителем, таким Мессией, какого ожидал народ израильский (см. Иоан. 6:15; 12:12-19).

О какой высокой горе идёт речь, не сказано, но, очевидно, она находилась где-то недалеко от Кесарии Филипповой, скорее всего к югу от неё, на пути в Капернаум и, в конечном счёте, в Иерусалим (см. Матф. 16:13, 21; 17:24).

Из Лук. 9:32 мы узнаём, что, как и в Гефсиманском саду (Матф. 26:40- 45), эти три ученика, несмотря на важность события, не могли пободрствовать. В Гефсиманском саду они заснули «от печали» (Лук. 22:45), и, вероятно, по той же причине они заснули на вершине этой горы. Сон может быть формой временного ухода от проблем и тревог. Депрессия увеличивает усталость. Похоже, что обещание Иисуса, которое Он дал несколько дней назад, было слишком далёким и непонятным, чтобы поддержать их дух после того, как они узнали о Его неминуемых страданиях и смерти и о Его призыве быть готовыми страдать и умереть, служа Ему (16:21-25). Под грузом разочарования и уныния они уснули. Эти три ученика спали до тех пор, пока им не явились Моисей и Илия. Только, «пробудившись, [они] увидели славу Его и двух мужей, стоявших с Ним» (Лук. 9:32б).

В последовавших за этим событиях мы находим пять ярких подтверждений, или доказательств, того, что Иисус действительно был предсказанным Сыном Человеческим, Мессией, божественным Царём славы. Первое доказательство — это преображение Сына (Матф. 17:2); второе — свидетельство святых (ст. 3-4); третье — устрашающее вмешательство Отца (ст. 5-6); четвёртое — место действия (ст. 7-9); и пятое — связь с предтечей Иисуса Иоанном Крестителем (ст. 10-13). Первые три доказательства были даны во время преображения, а последние два — сразу после него.

ПРЕОБРАЖЕНИЕ СЫНА

и преобразился перед ними: и просияло лицо Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет (17:2)

«Преобразился» — перевод греческого слова метаморфоо, основное значение которого — «изменение формы». От него произошло слово «метаморфоза». Поскольку больше нет никаких других описаний, нам известно об этом изменении только то, что во время этой краткой демонстрации божественной славы лицо Иисуса просияло, как солнце, а одежды Его сделались белыми, как свет. Иисуса, Который на протяжении более тридцати лет жил как обыкновенный человек, теперь можно было увидеть частично в ярком сиянии Божьей славы (ср. Евр. 1:1-3). Не поддающимся полному описанию, а тем более полному объяснению образом Иисус явил перед Петром, Иаковом и Иоанном Свою божественную славу.

Это было величайшее подтверждение божественности Иисуса уже при Его жизни на земле. Здесь, более чем когда-либо, Иисус открылся как Божий Сын, Кем Он и был на самом деле. Когда лицо Его излучало божественную славу, оно озаряло даже Его одежды, которые сделались белыми, как свет, став сверхъестественным свидетельством Его духовного величия. Точно так, как Бог являлся в славе шехина в Ветхом Завете, так и здесь Он предстал человеческому взору в свете, таком ослепительном и подавляющем, что на Него с трудом можно было смотреть.

Как засвидетельствовал Пётр годы спустя, этот свет отобразил славу и величие Господа Иисуса: «Ибо Он принял от Бога Отца честь и славу, когда от величественной славы принёсся к Нему такой голос: „Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение“» (2 Пет. 1:17). То, что Пётр видел славу Христа, должно быть, стало главным побуждением к тому, что Второе пришествие стало доминирующей темой в его проповедях и Посланиях. Идею его двух Посланий можно обобщить следующим образом: «Братья и сёстры, верующие, пусть вас не волнуют боль, трудности, испытания, преследования, жертвы. Иисус грядёт! Это единственное, что имеет значение». Позже Иоанн также свидетельствовал: «Мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца» (Иоан. 1:14). У нас нет свидетельства Иакова об этом событии, поскольку он умер мученической смертью в ранние годы существования Церкви, став первым Апостолом, отдавшим свою жизнь за Христа (Деян. 12:2; ср. Марк. 10:39). Своими человеческими глазами эти три ученика, в меру своих возможностей, увидели сущность Бога, просиявшую через Иисуса.

Это величественное событие было предвкушением того дня, в который «придёт Сын Человеческий во славе Отца Своего с ангелами Своими» (Матф. 16:27). В тот день «восплачут все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силой и славой великой» (Матф. 24:30). «Когда же придёт Сын Человеческий во славе Своей и все святые ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей» (25:31). В своём видении на острове Патмос Иоанн видел Христа в Его Пришествии как «подобного Сыну Человеческому, облечённого в подир и по грудь опоясанного золотым поясом. Голова Его и волосы белы, как белая шерсть, как снег; и очи Его, как пламень огненный; и ноги Его подобны халколивану, как раскалённые в печи, и голос Его, как шум вод многих. Он держал в правой руке Своей семь звёзд, и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч; и лицо Его, как солнце, сияющее в силе своей» (Откр. 1:13-16).

В человеческом облике Иисус Христос был как бы покрыт покрывалом, но когда Он снова придёт на землю, Он придёт в полном божественном величии и славе. Некоторое представление об этой славе получили на горе Пётр, Иаков и Иоанн. С этого времени у них не должно было быть никаких сомнений в том, что Христос был воплощённым Богом, и в том, что однажды Он придёт в полноте Своей славы.

СВИДЕТЕЛЬСТВО СВЯТЫХ

И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие. При этом Пётр сказал Иисусу: «Господи! Хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии» (17:3-4)

И пока три ученика в изумлении смотрели, им явились также Моисей и Илия, окутанные Господней славой (Лук. 9:31). Свидетельство этих двух ветхозаветных святых было вторым доказательством божественности Иисуса.

Мы можем задаться вопросом, почему из многих благочестивых ветхозаветных верующих были избраны именно эти два мужа? Почему Бог не представил, например, Авраама, отца еврейского народа и всех верных? Почему не был избран Давид, на престоле которого однажды будет царствовать Иисус? Почему не был избран Исаия или Иеремия, или Иезекииль, или кто-то другой из пророков? Писание не объясняет, но, похоже, что Моисей и Илия, в большей степени, чем остальные, были олицетворением ветхозаветного человека Божьего.

Моисей был олицетворением прежнего завета с народом Божьим, который Господь дал через него. Еврейские Писания часто отождествлялись с Моисеем и пророками, а ветхозаветный закон часто называли Моисеевым. Воспитанный при дворе фараона, сосланный в землю Мадиамскую пасти скот, чтобы научиться смирению и стать рабом Бога, и затем избранный Господом вывести Его народ из рабства, дать им Его закон и привести этот народ к пределам Обетованной Земли, Моисей был в высшей степени человеком Божьим. Кроме Самого Господа, он был бесспорно величайшим лидером в истории человечества. Моисей вывел приблизительно два миллиона непослушных, недостойных людей из Египта в пустыню, где они блуждали на протяжении сорока лет, пока Бог не воздвиг более послушное и управляемое поколение. До того как у израильского народа появились официальные пророки, Моисей был своего рода пророком, нёсшим им Божье слово. До того как у них появились официальные священники, он был своего рода священником, выполнявшим функцию посредника между Богом и людьми. И до того как у них появились официальные цари, он был своего рода царём, управляя народом от имени Бога.

Пожалуй, единственным из ветхозаветных мужей, кто мог стать рядом с Моисеем, был Илия. Моисей был великим законодателем, а Илия — великим защитником закона. Этот пророк был олицетворением рвения. Этому благочестивому мужу не было равных по мужеству, смелости и бесстрашию. Его сердце горело для Бога, он ходил с Богом и, больше чем любой другой ветхозаветный пророк, был орудием Божьей чудесной силы. Он был выдающимся пророком Божьим и самой романтичной личностью Ветхого Завета для евреев.

Как никто иной, Моисей и Илия представляли Ветхий Завет, закон и пророков. И, как никто другой, они как люди могли свидетельствовать о божественном величии и славе Христа. Своим присутствием они, по сути, заявили: «Это Тот, о Котором мы свидетельствовали; Тот, Чьей силой мы несли служение; Тот, в Котором приобрело смысл всё, что мы говорили и делали. В Нём исполнилось всё, о чём мы говорили, что делали и на что надеялись».

От Луки мы узнаём, что эти два великих святых говорили с Иисусом «об исходе Его, который Ему надлежало совершить в Иерусалиме» (Лук. 9:31). Они не просто стояли там, пассивно отражая славу Господа, но беседовали с Ним как с Другом о Его исходе, о Его близкой жертве, которая была высшей целью и делом Его земного служения. Как исход народа израильского из Египта под руководством Моисея освободил людей от египетского рабства, так «исход» Иисуса из гроба должен был освободить людей от рабства греха. И он, как повествует Лука, должен был совершиться в Иерусалиме.

Знаменательно то, что они говорили о спасительном деле Христа через Его смерть, потому что это было главное дело в Его служении. Однако именно эту истину было труднее всего принять Его ученикам. Моисей и Илия подтвердили не только божественную славу Иисуса, но и Его божественный план. Позже их сверхъестественное свидетельство, несомненно, придало этим Апостолам дополнительную уверенность и мужество, когда они провозглашали весть, что Иисус был предан «по определённому совету и предведению Божьему» (Деян. 2:23). «Иисус — это предсказанный Спаситель и Царь, — утверждали они перед тремя Апостолами, — и Его божественный план исполняется в точности».

Смерть и воскресение Иисуса были неотъемлемой частью этого плана, без которой искупление от греха было бы невозможным. Иисус был бесконечно больше, чем просто хороший Человек, чей пример указывает другим людям путь к Богу. Он Сам был Богом, и благодаря Его искупительной и заместительной жертве за людей Он приводит верующих в Него к Богу. Никто не может прийти к Богу, следуя примеру Иисуса, потому что ни один человек не в состоянии принести достаточную жертву даже за свои собственные грехи, тем более за грехи всего мира. Поэтому ученикам необходимо было понять, что первый приход Иисуса, чтобы умереть и воскреснуть, был такой же частью божественного плана, как и Его второй приход в славе.

Когда Моисей и Илия «отходили от Него» (Лук. 9:33а), Пётр сказал Иисусу: «Господи! Хорошо нам здесь быть; если хочешь, сделаем здесь три кущи: Тебе одну, и Моисею одну, и одну Илии».

Лука добавляет, что Пётр сказал это, «не зная, что говорил» (Лук. 9:33б). Пётр совершенно не понял значения славы Иисуса и свидетельства Моисея и Илии. Находясь в смущении и страхе, Пётр не мог придумать ничего другого, как своими собственными руками сделать три кущи, в которых могли бы обитать Иисус и два ветхозаветных свидетеля. И это несмотря на очевидность подтверждения того, что Иисусу надлежало идти в Иерусалим, чтобы умереть, и что слава, свидетелями которой были ученики, была всего лишь тенью той будущей славы, в которой Он придёт опять.

Мы можем только догадываться, что побудило Петра подать такую идею. Вероятно, он с удовольствием остался бы вместе с Господом на вершине горы. Он совершенно не был заинтересован в том, чтобы Иисус шёл в Иерусалим или чтобы Он пришёл ещё раз. Он хотел, чтобы Господь остался, а не уходил и приходил. Особенно Пётр не хотел, чтобы Иисус уходил через смерть (Матф. 16:22). Как обычно, он был увлечён своими планами и желаниями, а не планами и волей Господа. Хотя Пётр и предварил своё предложение словами «если хочешь», он, вероятно, полагал, что Иисус одобрит его предложение.

Хронологи Нового Завета определили, что преображение произошло в еврейском месяце Тишри (октябрь), за шесть месяцев до Пасхи и, следовательно, за шесть месяцев до распятия Иисуса. В этом месяце евреи праздновали праздник кущей, и возможно, что в это самое время в Иерусалиме отмечался этот праздник. Во время этого праздника евреи на протяжении семи дней жили в маленьких укрытиях, или шалашах, сделанных из веток, которые символизировали временное обитание их праотцев в пустыне. Это было напоминание о том, что Бог сохранил Свой избранный и искупленный народ (см. Лев. 23:33-44).

Захария предсказал, что в Тысячелетнем Царстве, когда «Господь будет Царём над всей землёй; в тот день будет Господь един, и имя Его едино… Затем все остальные из всех народов, приходивших против Иерусалима, будут приходить из года в год для поклонения Царю, Господу Саваофу, и для празднования праздника кущей» (Зах. 14:9, 16). Это единственный ветхозаветный праздник, который будут праздновать во время тысячелетнего правления Христа. Праздник кущей будут вспоминать каждый год на протяжении тысячи лет, как прообраз Божьего освобождения и сохранения Своего народа.

Поэтому приближающийся праздник мог побудить Петра предложить сделать три кущи на горе. Такое объяснение становится ещё более возможным в свете того, что этот праздник служил напоминанием об исходе Израиля из египетского рабства и его блуждании в пустыне под водительством Моисея. Как отмечалось выше, Моисей и Илия говорили с Иисусом «об исходе Его» (Лук. 9:31), о скором и бесконечно большем освобождении верующего человечества от греха. Поэтому Пётр мог подумать о том, как уместно праздновать этот праздник в таком священном месте не только в присутствии самого Моисея, но и в присутствии даже большего Освободителя, Которого предвещал Моисей и предвестником Которого был Илия.

Идея Петра была не столько неверной, сколько неразумной. С его стороны, было неразумно думать, что Иисус после всего этого не пойдёт на смерть, что теперь у Него появилась возможность исполнить Свою миссию, избежав креста, а также необходимости приходить ещё раз. Неразумно также было ставить Моисея и Илию, какими бы великими они ни были, на один уровень с Христом, желая сделать кущи для всех троих. Как отмечалось выше, когда Пётр сделал это предложение, Моисей и Илия уже отходили (Лук. 9:33). Они знали, что их миссия временна, и их свидетельство Христу было завершено. В своём служении они просто провозглашали слово закона и пророков. Но Иисус Христос, живое Слово, был одновременно и Тем, Кто дал, и Тем, Кто в совершенстве исполнил закон и пророков, и Его целью было указать людям на Себя (см. Рим. 8:3; 10:4; Гал. 3:24). Оставив Христа в Его явном превосходстве, Моисей и Илия ушли со сцены действия, чтобы единственным объектом поклонения был Сам славный Господь. Когда их свидетельство о Нём было завершено, они удалились, чтобы не умалять Его.

УСТРАШАЮЩЕЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО ОТЦА

Когда он ещё говорил, вот, облако светлое осенило их; и вот, голос из облака говорящий: «Это Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте». И, услышав, ученики пали на лица свои и очень испугались (17:5-6)

Третье доказательство божественности Иисуса — это страх, вызванный вмешательством Отца, когда Пётр ещё говорил. Бог светлым облаком осенил трёх учеников и заговорил с ними голосом из облака. К свидетельству самого преображения и к свидетельству двух ветхозаветных святых добавилось удивительное свидетельство Бога Отца.

Во время блужданий израильского народа в пустыне Господь являлся «днём в столбе облачном, показывая им путь» (Исх. 13:21; Числ. 9:17; Втор. 1:33). Исаия предсказывал, что «Господь омоет скверну дочерей Сиона и очистит кровь Иерусалима из среды его духом суда и духом огня. И сотворит Господь над всяким местом горы Сион и над собраниями её облако и дым во время дня и блистание пылающего огня во время ночи, ибо над всем чтимым будет покров» (Ис. 4:4-5). В своём видении последних дней Иоанн «взглянул… и вот светлое облако, и на облаке сидит подобный Сыну Человеческому; на голове Его золотой венец, и в руке Его острый серп. И вышел другой ангел из храма и воскликнул громким голосом к сидящему на облаке: „Пусти серп твой и пожни, потому что пришло время жатвы, ибо жатва на земле созрела“. И поверг сидящий на облаке серп свой на землю — и земля была пожата» (Откр. 14:14-16).

Из такого светлого облака Небесный Отец осенил Петра, Иакова и Иоанна и обратился к ним ясно слышным голосом, говоря: «Это Сын Мой Возлюбленный, в Котором Моё благоволение; Его слушайте». Отец произнёс почти те же слова и при крещении Иисуса (Матф. 3:17), а в последнюю неделю пребывания Иисуса в Иерусалиме — всего за несколько дней до того, как Его предали, схватили и распяли, — Он снова публично и прямо высказал Своё одобрение Сыну (Иоан. 12:28).

Назвав Иисуса Своим Сыном, Бог Отец объявил, что Иисус имеет ту же природу и сущность, что и Он (ср. Иоан. 5:17-20; 8:19, 42; 10:30, 36-38). Писание часто называет верующих детьми Божьими, но они приёмные дети, принятые в небесную семью только благодаря чуду Божьей благодати (Рим. 8:15, 23; Гал. 4:5; Ефес. 1:5). Иисус же имеет божественную природу, что постоянно подчёркивали Апостолы (см. 1 Пет. 1:3; 1 Иоан. 1:3; 2 Иоан. 3; Рим. 1:1-4; 2 Кор. 1:3; Гал. 1:3; Ефес. 1:3; Кол. 1:3).

Назвав Иисуса Своим Возлюбленным Сыном, Бог Отец объявил не только о божественной природе Их взаимоотношений, но и о божественной любви между Ними. Их отношения во всём отличались взаимной любовью, преданностью и поддержкой.

Сказав: «В Котором Моё благоволение», Отец объявил, что полностью поддерживает Сына в том, Кем Он был, что говорил и что делал. Всё, что касалось Иисуса, было в полной гармонии с волей и планом Отца. Ср. Иоан. 5:19; 8:29; 10:37-38; 12:49-50.

Затем, обращаясь к трём ученикам, возможно, особенно к Петру, Бог сказал: «Его слушайте». По сути, Он говорил: «Если Мой Сын говорит вам, что Он должен идти в Иерусалим, чтобы пострадать и умереть, верьте Ему. Если Он говорит вам, что воскреснет на третий день, верьте Ему. Если Он говорит, что вы должны взять свой крест и следовать за Ним, значит вам надлежит это сделать. Если Он говорит, что придёт опять в славе, то верьте Ему и соответственно живите».

Теперь открытый, смелый Пётр и его два товарища понимали, что находятся во внушающем страх присутствии всемогущего Бога. Как и следовало ожидать, услышав это, ученики пали на лица свои и очень испугались. Пётр был настолько потрясён, что сразу же забыл о своём дерзком предложении сделать три кущи.

Каждый верующий должен испытывать своего рода духовное напряжение от осознания как благодати Господа, так и Его величия; как Его любви, так и Его справедливости; как Его дружбы, так и Его господства. С одной стороны, он радуется, находясь в любви и общении со своим Господом, благодаря Его милости и доброте, а с другой — когда он созерцает Божью святость и праведность, в нём живёт благоговейный страх. Когда верующий живёт в послушании Богу, он испытывает покой в Его присутствии. Но если он не послушен Богу, он будет в ужасе от этого присутствия. В Притчах говорится, что мудрость начинается со страха перед Богом (Прит. 9:10).

Грешники в присутствии святого Бога всегда хотят спрятаться. До грехопадения Адам и Ева беспрепятственно общались с Богом, но после того, как они согрешили, их взаимоотношения коренным образом изменились. Когда они «услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня… скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая» (Быт. 3:8). Когда пророк Исаия увидел божественное величие и славу, которая окружала небесный престол, он воскликнул в великом страхе: «Горе мне! Погиб я! Ибо я человек с нечистыми устами и живу среди народа также с нечистыми устами — и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа» (Ис. 6:5). Когда Исаия стоял в присутствии совершенной святости, им овладело осознание своей полной греховности. Даниил пришёл в такой же ужас, когда Господь заговорил к нему после видения овна, козла и маленького рога (Дан. 8:15-17).

МЕСТО ДЕЙСТВИЯ

Но Иисус, приступив, коснулся их и сказал: «Встаньте и не бойтесь». Возведя же очи свои, они никого не увидели, кроме одного Иисуса.

И когда сходили они с горы, Иисус запретил им, говоря: «Никому не рассказывайте об этом видении, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мёртвых» (17:7-9)

Четвёртое доказательство божественности Иисуса заключалось в месте действия, которое свидетельствовало о величественной силе Христа и Его царской славе. Это доказательство менее конкретно и драматично, нежели первые три, но оно по-своему впечатляет.

Иисус по-прежнему находился в центре внимания, как будет и во время Своего Второго пришествия. Он стоял на высокой горе, так же, как будет стоять при Своём возвращении на землю, когда «станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, которая перед лицом Иерусалима к востоку» (Зах. 14:4). Когда Он придёт, с Ним будут Его святые (Иуд. 14; 1 Фес. 3:13), как здесь с Ним были Моисей и Илия, святые старого завета. И когда Он придёт, Он также придёт к Своим святым (2 Фес. 1:10; Откр. 21:3-7), служа им, как сейчас Он служил Петру, Иакову и Иоанну.

Ещё один интересный аспект этого места действия состоит в том, что Моисей умер, а Илия — нет. Он был взят в вихре на небо (4 Цар. 2:11). Поэтому Моисей представляет святых, которые умрут до того, как придёт Иисус, а Илия — тех, кто будет восхищён.

Символически, там есть гора. Есть люди, с которыми Он приходит. Есть люди, к которым Он приходит. Есть также святые, которые умерли, и святые, которые преобразились.

Первыми словами и действиями Иисуса после такой величественной демонстрации славы было проявление мягкой и нежной заботы. Зная, в каком великом страхе находятся три Его любимых ученика, Иисус, приступив, коснулся их и сказал: «Встаньте и не бойтесь». Когда ученики нерешительно возвели очи свои, они, должно быть, с великим облегчением вздохнули, не увидев никого, кроме Иисуса.

Впечатления от этого события навсегда врезались в память учеников. До самой смерти они могли смело и уверенно свидетельствовать, что Иисус действительно явил Себя во славе (16:28). Тридцать лет спустя Пётр напишет: «Мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетённым басням последуя, но быв очевидцами Его величия. Ибо Он принял от Бога Отца честь и славу, когда от величественной славы принёсся к Нему такой голос: „Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Моё благоволение“. И этот голос, принесшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе» (2 Пет. 1:16-18).

Когда ученики увидели одного Иисуса, они поняли, что были свидетелями предвестия славы Второго пришествия Господа. И когда они пришли в себя, у них, должно быть, возникло сильное желание побежать вниз и рассказать об этом потрясающем событии другим ученикам и всем, кто готов был слушать. Но, когда сходили они с горы, Иисус запретил им, говоря: «Никому не рассказывайте об этом видении, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мёртвых». Как, должно быть, трудно было ученикам держать это видение в тайне!

Как Иисус уже однажды запретил Двенадцати, «чтобы никому не рассказывали, что Он Иисус Христос» (16:20), так и теперь Он сказал этим троим, чтобы они никому не говорили о том, что Он явил им Свою славу. Христос, Который пришёл, не был тем Христом, Которого ожидали большинство евреев. Вместо того чтобы прийти в славе Победителя, Он пришёл, чтобы умереть. Вместо того чтобы прийти в божественной славе, Он пришёл в смирении и кротости. И вместо того чтобы прийти и освободить евреев от политических уз, Он пришёл освободить от рабства греха всех, кто поверит в Него.

Если бы люди узнали о происшедшем на горе, это, как уже было сказано, побудило бы их попытаться сделать Иисуса царём согласно своему представлению, чтобы осуществить свои сиюминутные эгоистичные мирские ожидания. Ранее они уже предпринимали такие попытки (Иоан. 6:15; 12:12-19). Но когда они услышат эту историю после того, как Сын Человеческий воскреснет из мёртвых, им станет ясно, что Он пришёл не для того, чтобы победить римлян, а для того, чтобы победить смерть.

СВЯЗЬ С ПРЕДТЕЧЕЙ

И спросили Его ученики Его: «Как же книжники говорят, что Илии надлежит прийти прежде?» Иисус сказал им в ответ: «Правда, Илия должен прийти прежде и устроить всё; но говорю вам, что Илия уже пришёл, и не узнали его, а поступили с ним, как хотели; так и Сын Человеческий пострадает от них». Тогда ученики поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе (17:10-13)

Пятое, и последнее, подтверждение божественности Иисуса состоит в Его мессианской связи с Иоанном Крестителем.

Увидев на горе Илию, ученики задали Иисусу естественный вопрос: «Как же книжники говорят, что Илии надлежит прийти прежде?» Данное учение книжников было основано не на раввинских преданиях, а на Писании. Через Малахию Господь объявил: «Вот, Я пошлю к вам Илию, пророка, перед наступлением дня Господнего, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, придя, не поразил земли проклятием» (Мал. 4:5-6).

Предсказание о том, что ветхозаветный пророк Илия будет предвестником Мессии и Его суда, было хорошо известно евреям дней Иисуса. Поэтому, когда Пётр, Иаков и Иоанн спускались с горы вместе с Господом, они не могли не задаться вопросом, насколько явление Илии, свидетелями которого они только что были, соответствовало пророчеству Малахии. «Если Ты — Мессия, как Ты Сам утверждаешь, и чему мы поверили, — говорили, по сути, они, — то почему Илия не явился до того, как Ты начал Своё служение?»

Этот же аргумент несомненно использовали многие иудейские вожди, оправдывая свой отказ поверить в Иисуса как Мессию. И, вероятно, именно пророчество Малахии способствовало убеждению многих, что Иисус был Илией, а не Мессией (Матф. 16:14). «Несмотря на великие чудеса, — могли рассуждать они, — Иисус не может быть Мессией, потому что ещё не пришёл Илия. Поэтому Он Сам, должно быть, и есть Илия».

Этому недоразумению способствовало также то, что книжники и их собратья-раввины обильно приукрасили пророчество Малахии. Подобно многим толкователям Библии на протяжении веков, включая многих и в наше время, они любили «заполнять пропуски» там, где библейское предсказание было не очень понятным и не таким подробным, как им того хотелось бы. Поэтому они учили, что Илия придёт снова как могущественный реформатор-чудотворец и превратит хаос в порядок, и порок — в святость. Они утверждали, что, когда придёт Мессия, мир, или, по крайней мере, Израиль, будет морально и духовно готов к Его приходу, и Мессия быстро совершит суд и установит царство для Израиля.

Как и все учения, которые лишь частично основаны на Писании, это учение ещё больше вводило в заблуждение. Иисус, отвечая, признал то, что было истиной: «Правда, Илия должен прийти прежде и устроить всё». Да, Илия должен прийти; и когда он придёт, он устроит всё, как пророчествовал Малахия. «Но говорю вам, — объяснил далее Иисус, — что Илия уже пришёл, и не узнали его, а поступили с ним, как хотели; так и Сын Человеческий пострадает от них». Тогда ученики поняли, что Он говорил им об Иоанне Крестителе.

Илия, о котором пророчествовал Малахия, не был перевоплощением древнего пророка. Скорее, как возвестил Захарии ангел Господень о его сыне, Иоанн Креститель, предсказанный предтеча, придёт «в духе и силе Илии» (Лук. 1:17). Иоанн не был древним пророком, который вернулся на землю, однако его служение по стилю и по силе было во многом похоже на служение Илии. В этом смысле, о чём, по крайней мере, однажды говорил ученикам Иисус, Иоанн «есть Илия, которому должно прийти» (Матф. 11:14).

Почему тогда, удивлялись некоторые, Иоанн сам отрицал, что он — Илия? Когда священники и левиты из Иерусалима «спросили его: „Что же? Ты Илия?“ Он сказал: „Нет“» (Иоан. 1:21). Иоанн отрицал, что он — Илия, потому что хотя он знал о пророчестве, записанном в 1-й главе Евангелия от Луки, как и Иисус, он понимал, что вопрос был о буквальном, воплощённом Илии. И хотя Иоанн не был всеведущим, как Иисус, он, бесспорно, понимал, что вопросы священников и левитов происходят от их неверия, а не от искренней веры. Они были заинтересованы не в познании истины, а в том, чтобы найти способ дискредитировать Иоанна, точно так же, как позже они будут искать способ дискредитировать Того, Чей путь Иоанн пришёл приготовить.

Ложные мотивы и нечестие иудейских вождей стали ещё более очевидными, когда они не узнали в Иоанне предсказанного Илию, а поступили с ним, как хотели. Они бросили его в темницу, а затем обезглавили. Поэтому, каким бы ни был ответ Иоанна священникам и левитам в Иерусалиме, они в конце концов всё равно отвергли его, потому что ненавидели его, и их сердца противились Богу и Его истине. Тот, кто отвергает Бога, неизбежно отвергает и Его посланников.

Однако во всей полноте порочность иудейских вождей проявилась тогда, когда они отвергли и подвергли преследованиям Самого Сына Человеческого, Который вскоре пострадал от них. Так как они отвергли восстановительный труд предтечи Мессии, подобного Илии, а затем и Самого Мессию, то мессианское Царство было отсрочено.

В последние дни Господь пошлёт ещё одного пророка, подобного Илии, и Сам Мессия вернётся, на этот раз для того, чтобы установить Своё вечное Царство в силе, праведности и славе.

Сила веры

Когда они пришли к народу, то подошёл к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени, сказал: «Господи! Помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто — в воду. Я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его». Иисус же, отвечая, сказал: «О, род неверный и развращённый! Доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне сюда». И запретил ему Иисус, и бес вышел из него; и отрок исцелился в тот час.

Тогда ученики, приступив к Иисусу наедине, спросили: «Почему мы не могли изгнать его?» Иисус же сказал им: «По неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе этой: „Перейди отсюда туда“, — и она перейдёт; и ничего не будет невозможного для вас. Этот же род изгоняется только молитвой и постом» (17:14-21)

Четырнадцатый стих 17-й главы знаменует начало особого периода наставлений двенадцати ученикам, который продолжается до 20-й главы включительно. Открывшись им в образе Царя и познакомив их со Своим планом для Царства, теперь Иисус учит их дальнейшим принципам жизни в Его Царстве. Первый принцип — это основополагающий принцип веры. Духовная жизнь должна приниматься верой, и проводить её нужно также с верой.

Писание неоднократно свидетельствует о силе веры в Бога в жизни верующих. Именно вера в Божью силу побудила молодого Халева, увидевшего землю ханаанскую с её исполинами, доложить Моисею: «Пойдём и завладеем ею, потому что мы можем одолеть её» (Числ. 13:31). Именно вера в то, что Бог любит его, позволила Иову, находящемуся в бедственном положении, сказать: «Вот, Он убивает меня, но я буду надеяться» (Иов. 13:15). Именно вера в то, что Бог защитит, позволила Седраху, Мисаху и Авденаго, стоя у раскалённой печи, заявить Навуходоносору: «Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи, раскалённой огнём, и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем и золотому истукану, которого ты поставил, не поклонимся» (Дан. 3:17-18). Именно вера в то, что Бог защитит его, позволила Даниилу продолжать поклоняться Богу даже тогда, когда это означало быть брошенным в львиный ров (Дан. 6:10). Именно вера в Иисуса, что Он простит её грехи, дала духовное освобождение женщине, которая вошла в дом фарисея и умыла ноги Иисуса своими слезами, и утёрла их своими волосами (Лук. 7:37-50).

Из 11-й главы Послания к Евреям мы узнаём, что «верою Авель принёс Богу жертву лучшую, нежели Каин» (ст. 4), что «верою Енох переселён был так, что не видел смерти» (ст. 5), что «верою Ной… приготовил ковчег… и сделался наследником праведности по вере» (ст. 7), что «верою Авраам повиновался призванию… и пошёл… [и] обитал он на земле обетованной… ибо он ожидал города, имеющего основание, которого художник и строитель Бог» (ст. 8-10). До конца этой главы перечисляются имена других ветхозаветных святых, которые получили «доброе свидетельство чрез веру» (ст. 39; Новый перевод с греч. подлинника). «Имея вокруг себя такое облако свидетелей, — продолжает автор Послания, — свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на Начальника и Совершителя веры — Иисуса» (12:1-2).

Поэтому не удивительно, что первым уроком, преподанным Иисусом по возвращении с горы Преображения, был урок о вере. Пётр, Иаков и Иоанн только что на мгновение увидели силу и величие Господа Иисуса Христа (Матф. 17:2), на что, возможно, ссылался Павел, когда говорил о «[славе] Божьей в лице Иисуса Христа» (2 Кор. 4:6). Но теперь ученики столкнулись лицом к лицу с недостатком силы у себя, который был, как сказал им Иисус, прямым следствием недостатка у них веры.

Окружающая обстановка в этом уроке резко изменилась — с горы славы Иисус и три ученика спустились в долину отчаяния. После созерцания ослепительного величия Христа, Который предстал перед ними в истинном свете в присутствии Моисея, Илии и Бога Отца, в славном видении Второго пришествия Господа, они вернулись в проклятый за грех мир в самом худшем его состоянии.

Господь использовал первую драматическую ситуацию, с которой столкнулся после преображения, как живой пример принципа, которому Он хотел научить учеников. В этой истории можно отметить четыре ключевых элемента: мольба отца (ст. 14-15), бессилие учеников (ст. 16), развращённость неверных (ст. 17-18) и сила веры (ст. 19-21).

МОЛЬБА ОТЦА

Когда они пришли к народу, то подошёл к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени, сказал: «Господи! Помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто — в воду» (17:14-15)

Из Евангелия от Марка мы узнаём, что среди народа находились некоторые книжники, иудейские знатоки закона, которые спорили с девятью учениками, оставшимися внизу, и как только люди увидели Иисуса, «весь народ изумился, и, подбегая, приветствовали Его» (Марк. 9:14-15).

Откуда-то из толпы народа подошёл к Иисусу человек и преклонил перед Ним колени. Находясь в таком положении смирения и благоговения, этот человек сказал: «Господи! Помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает, ибо часто бросается в огонь и часто — в воду». Мы не знаем, что имел в виду отец, называя Иисуса Господом, но, по крайней мере, он признавал в Нём Человека Божьего, наделённого божественной силой исцелять. Он нисколько не сомневался в том, что Иисус мог даровать здравый рассудок и здоровье его сыну, который был «один у [него]» (Лук. 9:38) и который страдал так с детства (Марк. 9:21). Хотя отец мог и не осознавать этого тогда, но он был готов привести своего единственного возлюбленного сына в присутствие Божьего единственного возлюбленного Сына.

Слово «помилуй» — перевод глагола елеео во времени аорист и в повелительном наклонении, который означает «проявить сочувствие и сострадание». Сильно страдая, отец умолял Иисуса сжалиться над его сыном и сделать его здоровым.

Греческое слово, которое переводится как новолуние, имеет буквальное отношение к луне. Значение этого слова основано на древнем убеждении, что воздействие луны является причиной психических заболеваний или безумия. Данное греческое слово использовалось, когда речь шла о таких нарушениях, которые сегодня мы называем нервными расстройствами, включая эпилепсию, которая вызывает судороги.

Этот мальчик тяжко страдал, то есть его состояние было необычайно опасным. Оно было настолько тяжёлым, объяснил отец, что мальчик часто бросался в огонь и часто — в воду. Открытое пламя в те времена было обычным явлением. Было также много открытых водоёмов, таких как бассейны или колодцы. Поскольку мальчик много раз падал в огонь, на нём, должно быть, были шрамы от ожогов, которые ещё больше делали его внешность непривлекательной и отталкивали от него людей. Он также в любой момент мог утонуть, упав в воду. Отец и другие члены семьи, вероятно, должны были находиться рядом с мальчиком постоянно, поскольку никогда не знали, когда начнётся припадок.

Отец чувствовал, а Иисус подтвердил, что болезнь мальчика носила демонический характер, а не просто физиологический и психический. Он, приведя мальчика к Иисусу, охарактеризовал его как «одержимого духом немым» (Марк. 9:17). В дополнение к припадкам, мальчик не мог говорить и был, очевидно, ещё и глух (см. ст. 25). Бес был весьма яростный. Когда «его схватывает дух, — сказал отец, — он внезапно вскрикивает, и терзает его, так что он испускает пену; и насилу отступает от него, измучив его» (Лук. 9:39).

Каждый неспасённый человек находится во власти сатаны, «князя, господствующего в воздухе» (Ефес. 2:2), и чем охотнее человек грешит и отвергает Бога, тем больше он открыт для влияния сатаны. Но здесь нет никакого указания на то, что мальчик находился во власти беса из-за какого-то нравственного или духовного проступка с его стороны или со стороны его родителей. Сатана послал беса мучить этого мальчика по каким-то своим причинам.

БЕССИЛИЕ УЧЕНИКОВ

Я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его (17:16)

Когда Иисус был на горе с Петром, Иаковом и Иоанном, этот человек приводил своего одержимого бесом сына к остальным ученикам, но они не могли исцелить его.

В свете того, что ученики имели полномочия, силу и опыт, кажется странным, что они не смогли сделать то, в чём раньше преуспевали. За год до этого Иисус послал Двенадцать на служение «к погибшим овцам дома Израилева; ходя же, — сказал Он, — проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокажённых очищайте, мёртвых воскрешайте, бесов изгоняйте» (Матф. 10:6-8; ср. Марк. 3:15). Вероятно, к своему собственному удивлению, ученики очень успешно «изгоняли многих бесов и многих больных мазали маслом и исцеляли» (Марк. 6:13).

Что же случилось или изменилось? Они потерпели неудачу не потому, что с ними не было Иисуса, так как Его с ними не было и раньше. Они всё так же имели обетование Иисуса и Его силу, однако не могли исцелить мальчика. Поэтому причина их неудачи очевидна. Они не смогли использовать ту силу, которая была доступна им.

Испытывая сильное разочарование и боль, отец, отчаявшись получить помощь от учеников, обратился непосредственно к Иисусу.

На протяжении истории Церкви неверность, слабость и равнодушие христиан не раз приводили к тому, что многие ищущие неверующие отчаивались получить помощь от Божьего народа. Иногда, как отец в этой истории, они обращаются непосредственно к Самому Господу.

РАЗВРАЩЁННОСТЬ НЕВЕРНЫХ

Иисус же, отвечая, сказал: «О, род неверный и развращённый! Доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне сюда». И запретил ему Иисус, и бес вышел из него; и отрок исцелился в тот час (17:17-18)

Неверие и бессилие учеников огорчили не только отца, но и Иисуса. И, обращаясь скорее к ученикам и народу, чем к отцу, пришедшему к Нему, Иисус, отвечая, сказал: «О, род неверный и развращённый! Доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас?»

Здесь Иисус даёт редкую возможность заглянуть в Его божественное сердце и душу. Привыкнув к тому, что в прошлой вечности ангелы мгновенно исполняли Его приказания, Иисус был опечален слепотой и неверием Божьего народа Израиля, и особенно Своих учеников, которых Он лично избрал, учил и наделил уникальной силой и властью.

Целый род евреев был неверным — род в лице толпы, учеников и самоправедных книжников, которые находились там для того, чтобы, если получится, уловить и дискредитировать Господа. Даже вера отца была неполной, как он сам признался: «Верую, Господи! Помоги моему неверию» (Марк. 9:24).

Израильский народ был не только неверным, но и развращённым. «Развращённый» — от слова диастрефо, основное значение которого «искривлять или изгибать, нарушая форму». Это слово часто использовалось для описания глиняного изделия, небрежно сделанного неумелым горшечником или искривлённого каким-то образом до обжига в печи.

Хотя многие из слушателей Иисуса были также и морально развращёнными, здесь Он говорит, главным образом, о духовной развращённости, которая неизбежно присутствует в неверующем (неверном) человеке. Человек, в котором нет искренней веры в Бога, не может не иметь искажённого представления о Нём и Его воле.

«Доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас?» — сказал Господь, обращаясь как к Себе, так и к народу. Несомненно, Ему всё больше хотелось вернуться к Своему Небесному Отцу, с Которым Он только что имел прекрасное общение на горе. Будучи человеком, Иисус, должно быть, подвергся искушению, усомнившись в том, стоит ли страдать и умирать за этих людей. «Если они не верят Тебе, когда Ты с ними, — возможно, шептал сатана на ухо Иисусу, — как Ты можешь ожидать от них доверия Тебе после того, как Ты вернёшься на небеса?»

Толпы искателей острых ощущений следовали за Иисусом из любопытства, а также с целью извлечь личную выгоду из Его исцелений. Злорадные иудейские вожди ходили за Ним, чтобы обвинить Его в преступлении, достойном смерти. И хотя ученики и знали, что Он был обещанным Христом (Матф. 16:16), они часто не понимали значения того, чему Он их учил и что делал.

Но Иисус не уклонился от Своей божественной миссии и не впал в отчаяние, поддавшись искушению сатаны. Он находился на земле для того, чтобы исполнить дело Своего Отца. И ничто не могло удержать Его от этого. Поэтому Он сказал отцу мальчика: «Приведите его ко Мне сюда».

Когда Иисус запретил ему, бес вышел из него, так как у него не было другого выхода. Но прежде чем выйти, злой дух предпринял последнюю попытку уничтожить мальчика, «вскрикнув и сильно сотрясши его… и он сделался, как мёртвый, так что многие говорили, что он умер» (Марк. 9:26; ср. Лук. 9:42).

Бес знал, что его усилия тщетны, потому что, подобно бесу, мучившему человека из страны Гадаринской (Марк. 5:7), а также бесу, бросившемуся на семерых сыновей Скевы (Деян. 19:15), он признавал божественность Иисуса. Он был вынужден подчиниться Сыну Божьему.

Как только бес вышел, отрок исцелился в тот час. Пока ребёнок находился в оцепенении, напоминающем смерть, — состоянии, в котором его оставил бес, «Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал» (Марк. 9:27). Теперь он мог играть, как другие дети, не опасаясь, что его снова бросит в огонь, где он может сгореть, или в воду, где он может утонуть. У него больше не будет припадков со скрежетом зубов и с пеной у рта.

Хотя Иисус уже успешно изгнал огромное множество бесов (см. Матф. 4:24; 8:16, 32; 9:33; 12:22), Лука повествует, что после этого случая люди «удивлялись величию Божьему» (Лук. 9:43). «Величие» — это перевод слова мегалейотес, означающего великую славу или великолепие. Именно это слово использовал Пётр, чтобы описать божественное величие, очевидцами которого стали он, Иаков и Иоанн во время преображения. Возможно, имея в виду эту славу, Лука использовал данное слово, чтобы описать удивление людей. Сами того не подозревая, они тоже увидели проблеск величия и славы, которые Господь явит во время Своего Второго пришествия.

СИЛА ВЕРЫ

Тогда ученики, приступив к Иисусу наедине, спросили: «Почему мы не могли изгнать его?» Иисус же сказал им: «По неверию вашему; ибо истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе этой: „Перейди отсюда туда“, — и она перейдёт; и ничего не будет невозможного для вас. Этот же род изгоняется только молитвой и постом» (17:19-21)

Цель, которую преследовал Иисус в этом чуде, выходила далеко за рамки исцеления бесноватого мальчика, каким бы важным это исцеление ни было. Это чудо не только принесло здоровье мальчику и великую радость его отцу, но и славу Богу. Но ученикам ещё предстояло извлечь важный урок из этого события.

Неудивительно, что они задали вопрос Иисусу наедине — в доме, как сообщает нам Марк (9:28), возможно, в доме одного из учеников. Они были в смущении от собственной неудачи и в растерянности, потому что не могли понять, почему они сами не могли изгнать его. Почему Он совершил с помощью слова то, что им не удалось совершить, приложив столько усилий? «Ты уполномочил нас исцелять и изгонять бесов, Ты дал нам силу, — по сути, говорили они, — и у нас до сих пор всё получалось. Почему нам не удалось изгнать беса на этот раз?» Они, вероятно, изгоняли беса в этот раз так же, как и раньше: призывали имя Господне, повелевали бесу выйти и ожидали, когда он это сделает. Но в этот раз ничего не произошло.

«Причина очевидна, — как бы говорил Иисус, — вы не справились по неверию вашему». Это произошло не из-за полного отсутствия веры, они не имели силы из-за ничтожности их веры. У них была спасающая вера, которую они не могли потерять. Была и некоторая степень доверия, иначе они не пытались бы исцелить мальчика. Но всё же веры было недостаточно, чтобы применить силу, которой наделил их Иисус.

Маловерие было довольно типичным состоянием учеников. Вскоре после того как Иисус призвал их на служение, они оказались частью толпы народа на склоне горы, который Он обвинил в суетливости по причине маловерия. Они не верили в то, что Бог может восполнить их физические нужды (Матф. 6:25-34). Когда во время свирепого шторма на Галилейском море ученики были в отчаянии, Иисус упрекнул их до того, как укротил волны: «Что вы так боязливы, маловерные?» (8:26). Когда Пётр начал идти по воде, а затем испугался и стал тонуть, «Иисус тотчас простёр руку, поддержал его и говорит ему: „Маловерный! Зачем ты усомнился?“» (14:31). Незадолго до исцеления бесноватого мальчика Иисус опять обвинил учеников в маловерии, потому что они не ожидали, что Он сможет накормить народ в области Магдалинской (16:8).

Эти случаи показывают, что малая вера — это такая вера, которая верит в Бога, когда уже есть что-то в руках, когда Бог уже чем-то обеспечил. Ученикам было легко доверять Господу, когда всё шло хорошо, и всё, казалось, было под контролем. Но как только обстоятельства стали нестабильными и сложными, их вера ослабла. Их вера напоминает веру большинства верующих во все времена. Когда они здоровы и имеют всё необходимое, их вера большая и сильная, но когда постигает нужда, их вера становится маленькой и даёт место сомнениям.

Великая вера доверяет Богу, когда на столе нечего кушать и нет денег, чтобы купить еду. Великая вера доверяет Богу, когда нет здоровья, нет работы, нет положения в обществе, нет семьи. Великая вера доверяет Богу, даже когда ревёт буря и продолжаются преследования.

Господь показывал ученикам, какой будет их жизнь, когда Он вернётся на небеса и они больше не смогут видеть Его, прикасаться к Нему или разговаривать с Ним, как они привыкли. Он также учил их настойчивости. Мы не знаем, как долго они пытались изгнать этого беса из мальчика, но в какой-то момент они сдались. Когда Иисус первый раз послал учеников на служение, их успех в исцелениях и изгнании бесов был мгновенным. Но Иисус не обещал им, что так будет всегда. Двенадцать должны были понять, что в отличие от Господа, обладающего силой, их сила не является неотъемлемой их частью. Она исходила только от Иисуса, давалась на Его божественных условиях и по Его божественной воле.

Утешает то, что даже Апостолы, с их уникальным призванием и чудесными дарами, всегда должны были полагаться на Иисуса, чтобы эффективно нести служение. Чтобы укрепить их веру и чувство зависимости, Господь иногда заставлял их ждать — как часто Он поступает по отношению к верующим сегодня. Чтобы укрепить нашу веру, Он иногда заставляет нас долго ждать ответа на молитву. Точно так, как атлет становится сильнее, постепенно увеличивая поднимаемый вес или длину дистанции, так и верующий становится сильнее в вере, когда сталкивается с всё бо льшими трудностями, которые обнаруживают его слабость и ведут его к Господу.

Продолжая урок веры, Иисус сказал: «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе этой: „Перейди отсюда туда“, — и она перейдёт; и ничего не будет невозможного для вас».

Здесь Иисус, казалось бы, противоречит Сам Себе. Сначала Он упрекает учеников за малую веру, а затем говорит им, что даже очень малая вера может передвигать горы. Но, как Иисус объясняет в притче о горчичном зерне, зерно олицетворяет не малость саму по себе, а малость, которая вырастает и становится огромной: «Когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом» (Матф. 13:32). Малая вера творит великие дела только тогда, когда, подобно горчичному зерну, вырастает в нечто большее, чем была до этого. Только та вера, которая вырастает в большую веру, может сдвинуть гору.

Вера с горчичное зерно — это настойчивая вера. Она продолжает расти и приносит плод, потому что никогда не сдаётся. Это вера, подобная вере назойливого человека, который ночью продолжал стучать в дверь соседа до тех пор, пока не получил ответ. «Если, говорю вам, — сказал Иисус, — он не встанет и не даст ему по дружбе с ним, то по неотступности его, встав, даст ему, сколько просит» (Лук. 11:8). Иисус также привёл пример веры с горчичное зерно в притче о притесняемой вдове. Он привёл эту притчу специально, чтобы показать, «что должно всегда молиться и не унывать» (Лук. 18:1). Когда вдова не приняла отрицательный ответ, нечестивый, равнодушный судья в конце концов «[защитил] её, чтобы она, — как сказал он, — не приходила больше докучать» (ст. 5). «Слышите, что говорит судья неправедный? — продолжил объяснять Иисус. — Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? Сказываю вам, что подаст им защиту вскоре. Но Сын Человеческий, придя, найдёт ли веру на земле?» (ст. 6-8)

Следует также ясно понимать, что Иисус не говорил о буквальном передвижении горы. Ни Апостолы, ни Сам Господь никогда не совершали таких подвигов — не было ничего подобного и на протяжении почти двухтысячелетней истории Церкви. Это было бы грандиозное, но бесцельное чудо — чудо, которого ожидали от Мессии книжники и фарисеи и которое Иисус отказался совершать (Матф. 12:38-39).

Выражение «может горы свернуть» было обычным оборотом речи в те дни, означавшим способность преодолевать большие препятствия. Уильям Баркли заметил:

Великого учителя, который действительно мог разъяснить и истолковать Писания, а также объяснить и разрешить трудности, называли «вырывающим с корнем горы» или даже «размалывающим горы в порошок». Вырывать с корнем, превращать горы в порошок — эти фразы обычно употребляли в значении устранять трудности. Иисус никогда не употреблял это выражение в буквальном смысле слова. В конце концов, простому человеку не так уж часто потребуется сдвинуть с места настоящую гору. Имел же Он в виду вот что: «Если у вас достаточно веры, все трудности могут быть разрешены, и выполнена даже самая трудная задача». Вера в Бога делает человека способным сдвигать горы трудностей стоящих у него на пути (Уильям Баркли, «Толкование Евангелия от Матфея», том 1 [ВСБ, 1986], стр. 186).

Иисус говорил образно о трудностях величиной с гору. Именно с такой трудностью столкнулись девять учеников, когда не смогли исцелить бесноватого мальчика.

Обетование «и ничего не будет невозможного для вас» условно, и имеет силу только в рамках Божьей воли. Вера, способная горы свернуть, — это не вера в себя и не вера в веру, а вера в Бога. Горы сдвигает не вера сама по себе, какой бы огромной она ни была, а Бог, в Котором коренится эта вера. Вера настолько сильна, насколько силен её объект. Когда Иисус сказал прокажённому в Самарии и слепому в Иерихоне: «Вера твоя спасла тебя» (Лук. 17:19; 18:42), Он не имел в виду, что их вера сама по себе исцелила их. Это означало бы, что они сами исцелили себя, что, конечно же, не так.

Иисус хотел подчеркнуть, что «для вас ничего не будет невозможного, если вы будете пребывать в молитве и стойко верить в Меня». Ученики не смогли исцелить бесноватого мальчика, хотя и имели полномочия и силу Иисуса, потому что не молились настойчиво, полагаясь на Господа.

На протяжении веков верующие часто не получают обещанную Богом радость, свободу, прощение, водительство, плодотворность, защиту, мудрость и другие бесчисленные благословения просто потому, что, подобно этим ученикам, не проявляют настойчивости в молитве.

«Этот же род бесов изгоняется только молитвой», — заявил Иисус. Хотя этой фразы нет в лучших манускриптах Евангелия от Матфея, это подлинное высказывание Иисуса, и мы находим его в Марк. 9:29, откуда ранние переписчики, вероятно, взяли эту фразу и добавили в Евангелие от Матфея. Однако последние два слова этого стиха, «и постом», мы не находим ни в одном из лучших манускриптов ни одного из Евангелий.

Иисус ясно делает здесь ударение на молитве. Как написал позже Иаков, «много может усиленная молитва праведного» (Иак. 5:16). Преданная, пламенная, пылкая, настойчивая молитва получает ответ, потому что такую молитву чтит Бог.

В какой-то момент своего служения Джордж Мюллер, христианский служитель XIX века, начал молиться за пятерых своих близких друзей. Прошло пять лет, прежде чем первый из них пришёл к Христу. Ещё через пять лет двое других стали христианами, а через двадцать пять лет был спасён четвёртый. А о пятом друге он молился до самой смерти, и только через несколько месяцев после смерти Мюллера его последний друг обрёл спасение. За этого друга Мюллер молился более пятидесяти лет!

Гражданский долг верующего

Во время пребывания их в Галилее Иисус сказал им: «Сын Человеческий предан будет в руки человеческие, и убьют Его, и в третий день воскреснет». И они весьма опечалились.

Когда же пришли они в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказали: «Учитель ваш не даст ли дидрахмы?» Он говорит: «Да». И когда вошёл он в дом, то Иисус, опередив его, сказал: «Как тебе кажется, Симон? Цари земные с кого берут пошлины или подати — с сыновей ли своих или с посторонних?» Пётр говорит Ему: «С посторонних». Иисус сказал ему: «Итак, сыновья свободны; но, чтобы нам не соблазнить их, пойди к морю, брось уду, и первую рыбу, которая попадётся, возьми, и, открыв у неё рот, найдёшь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя» (17:22-27)

За последние несколько десятилетий возникло большое количество религиозных групп, занимающихся политической деятельностью. Многие из них утверждают, что представляют евангельское христианство. Некоторые группы сильно критикуют определённые законы, политические курсы и решения суда. Некоторые даже занимаются организацией специальных кампаний в поддержку тех кандидатов, которые, как они думают, будут поддерживать христианские ценности в правительстве.

Другие верующие считают, что кроме голосования христианам вообще следует избегать участия в политике и правительстве, предоставляя управление светским миром светским властям. Они считают, что единственная законная деятельность церкви должна сводиться к проповеди Евангелия и верной жизни согласно его нормам.

Новый Завет ясно говорит о том, что верующий является гражданином не этого мира. Павел наставлял церковь в Филиппах: «Подражайте, братья, мне и смотрите на тех, которые поступают по примеру, какой имеете в нас. Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова. Их конец — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном». В отличие от этих людей, продолжает он, наше «жительство — на небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа, Который уничижённое тело наше преобразит так, что оно будет сообразно славному телу Его, силой, которой Он действует и покоряет Себе всё» (Фил. 3:17-21). Ефесским христианам Павел писал, что они «сограждане святым и свои Богу» (Ефес. 2:19). Автор Послания к Евреям говорит верующим, что они «приступили к горе Сион и к городу Бога живого, к небесному Иерусалиму и тьмам ангелов, к торжествующему собранию и церкви первенцев, записанных на небесах» (Евр. 12:22-23).

Как тогда, утверждают некоторые верующие, обладатели такого славного небесного наследства могут осквернять себя участием в земных делах неверующего общества и мирских властей? Их попытка апеллировать к Библии за поддержкой приводит их к таким вопросам: «Разве Павел не учил, что верующие должны „быть безупречными и чистыми детьми Божьими, непорочными среди строптивого и развращённого рода, в котором [они сияют], как светила в мире“ (Фил. 2:15)? Разве Павел и Исаия не повелевают верующим именем Бога: „Выйдите из среды их и отделитесь, — говорит Господь, — и не прикасайтесь к нечистому“ (2 Кор. 6:17; ср. Ис. 52:11)? Разве Иоанн не говорил: „Кто любит мир, в том нет любви Отчей“ (1 Иоан. 2:15)? И разве Иаков не сказал, „что дружба с миром есть вражда против Бога“ и „кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу“ (Иак. 4:4)?»

В свете этих стихов некоторые христиане уклоняются от любого участия в управлении государством и даже от уплаты налогов. Так как они являются не только гражданами Божьего Царства, но и членами Его семьи, утверждают они, почему они должны участвовать в жизни греховного человеческого общества, которое большей частью не принимает Бога во внимание, попирает Его нормы праведности, поносит Его имя, а зачастую даже отрицает Его существование?

Такое представление заставляет верующего задуматься над вопросом: каковы разумные отношения христиан с обществом и, в частности, с властями? На этот вопрос, а именно, что касается основного требования правительства платить налоги, и отвечает Иисус в Матф. 17:24-27. Но прежде чем преподать урок Петру, Господь снова сказал Двенадцати о Своей предстоящей смерти и воскресении.

После краткого служения в Кесарии Филипповой (16:13) и явления Своей будущей славы Петру, Иакову и Иоанну на горе Преображения (17:1-8) Иисус вместе с учениками пребывал в Галилее. Точное место не указано, но, вероятно, это было где-то северо-западнее Капернаума (см. ст. 24).

Следует отметить, что в последние шесть месяцев Своего публичного служения Иисус проводил всё меньше и меньше времени с народом и всё больше и больше наедине с учениками, усиленно объясняя им принципы Своего Царства. В процессе обучения Иисус время от времени напоминал о Своих неминуемых страданиях, смерти и воскресении, что Он и делает здесь в третий раз (см. Матф. 16:21; 17:12).

Когда Иисус находился с учениками наедине (17:19), Он сказал им: «Сын Человеческий предан будет в руки человеческие, и убьют Его, и в третий день воскреснет».

Идя на крест, Иисус не был ни беспомощным, ни пассивным. «Когда же приблизились дни взятия Его… Он восхотел идти в Иерусалим» (Лук. 9:51; ср. 13:22). Как Иисус позже объяснил, Он добровольно принял крест для того, чтобы совершилось «всё, написанное через пророков о Сыне Человеческом» (18:31). Он с готовностью отдал Свою жизнь (Иоан. 10:15, 17), которую никто не мог забрать у Него без Его согласия. «Никто не отнимает её у Меня, — сказал Он, — но Я Сам отдаю её. Имею власть отдать её и власть имею опять принять её» (ст. 18).

Но в готовности отдать Свою жизнь как выкуп за многих Иисус подчинил Себя и злым планам людей, и благому и праведному плану Небесного Отца (см. Деян. 2:22-23). В готовности подчинить Себя грешным людям Он будет предан вероломным Иудой в руки человеческие, и эти грешные люди (еврейские и римские вожди) убьют Его. Но так как Он добровольно подчинил Себя Своему праведному Небесному Отцу, то в третий день Он воскреснет.

Марк повествует, что ученики «не разумели этих слов, а спросить Его боялись» (9:32). Так как ученики всё ещё не могли понять в полной мере реальности и важности обещанного Иисусом воскресения — отчасти потому, что были потрясены Его предсказанием о Своей смерти и страданиях, — они весьма опечалились. После того как Пётр, Иаков и Иоанн только что были свидетелями блистательной славы Иисуса на горе Преображения, они, снова услышав о смерти Иисуса, видимо, опечалились даже больше, чем другие.

Ученики могли также воспринять ссылку Иисуса на третий день в переносном смысле и, подобно Марфе после смерти Лазаря, думали, что это будет «воскресение, в последний день» (Иоан. 11:24). Они верили в воскресение и праведных, и грешных, как предсказал Господь через Даниила (Дан. 12:2), но эта далёкая перспектива была слабым утешением для них сейчас.

Иисус видел их маловерие (Матф. 17:20) и замедленное восприятие (ср. Лук. 24:25) и понимал, что они нуждаются в постоянном напоминании, особенно тех истин, которые были не только трудными для усвоения, но и мучительными для принятия. Учеников нужно было подготовить к тому, что их Господь вскоре должен будет умереть и что перед смертью Он будет страдать и Его будут истязать. В учеников нужно было вселить уверенность и в том, что Его страдания и смерть были частью Божьего плана и что эти события, какими бы ужасными они ни были, не нарушат и тем более не сведут к нулю труд Мессии. Это было, по сути, основным делом, которое Иисус пришёл совершить, без чего все остальные Его божественные дела — Его учение и чудеса — сделали бы людей более знающими и более здоровыми, но всё же погибшими и навеки осуждёнными в своих грехах. Распятие не застало Иисуса и Его Небесного Отца врасплох; оно было причиной, почему Отец послал Его на землю, и Он с готовностью это сделал. «На этот час Я и пришёл», — сказал Иисус (Иоан. 12:27).

После того как Иисус в третий раз предсказал Двенадцати Свою смерть и воскресение, Он преподал Петру наглядный урок, касающийся обязанностей верующего перед земными властями. Несмотря на то, что эти враждебные власти собирались сделать с их Господом, ученики имели перед ними определённые обязанности.

ТРЕБОВАНИЕ ПЛАТЫ

Когда же пришли они в Капернаум, то подошли к Петру собиратели дидрахм и сказали: «Учитель ваш не даст ли дидрахмы?» Он говорит: «Да» (17:24-25а)

Вскоре после того как Иисус и ученики пришли в Капернаум, может быть, даже сразу после того, как они вошли в город, к Петру подошли собиратели дидрахм. Пётр не только был жителем этого города, но также был известен как лидер среди учеников Иисуса. Иисус, вероятно, остановился в доме Петра, а другие ученики разошлись, чтобы найти себе жильё, так как в этом эпизоде упоминаются лишь Иисус и Пётр.

Дидрахма была одобренным римскими властями налогом, который они разрешали религиозным вождям собирать на храм в Иерусалиме.

Когда в пустыне была построена скиния, Бог обеспечил её содержание и обслуживание, обложив ежегодным налогом в полсикля всех евреев мужского пола от двадцати лет и старше. «Богатый не больше и бедный не меньше полсикля должны давать в приношение Господу, для выкупа душ ваших». Эти деньги должны были использоваться «на служение скинии собрания; и будет это для сынов Израилевых в память пред Господом» (Исх. 30:11-16). Когда скиния была заменена храмом, налог продолжали собирать в том же размере, хотя Неемия временно сократил его до одной трети сикля, потому что бывшие вавилонские изгнанники были очень бедны, когда вернулись в Иуду (Неем. 10:32).

Дидрахма — это греческое слово, которое означает просто «две драхмы» или «двойная драхма». Хотя монеты достоинством в две драхмы в обороте не было, слово дидрахма часто употреблялось по отношению к налогу на еврейский храм, потому что две драхмы были равны требуемому налогу в полсикля, что составляло двухдневный заработок среднего работника.

Еврейский историк Иосиф Флавий пишет, что, после того как в 70 году по Р.Х. Тит разрушил Иерусалим и храм, император Веспасиан издал указ, чтобы евреи по всей Римской империи продолжали платить храмовый налог в две драхмы на содержание языческого Капитолийского храма Юпитера. Этот налог был введён как карательная мера и напоминание евреям, а также остальному миру о высокой цене сопротивления Риму.

Так как храмовый налог нужно было заплатить к Пасхе, за месяц до неё по всей Палестине рассылались собиратели этого налога. Именно такие собиратели, а не назначенные Римом публикани («мытари»), подошли к Петру и сказали: «Учитель ваш не даст ли дидрахмы?»

Судя по формулировке вопроса, можно предположить, что собиратели налога, используя вопрос об уплате налога, возможно, по указанию еврейских вождей в Иерусалиме, намеревались бросить Иисусу вызов. Так как Он претендует на то, что Он Мессия, рассуждали они, Он может посчитать, что освобождается от этого налога. Если бы так и произошло, они могли бы выдвинуть против Него ещё одно обвинение.

Петру не понадобилось спрашивать своего Учителя, потому что он знал: Иисус всегда платил налоги, кем бы они ни были назначены — Римом или еврейскими вождями. Поэтому он просто сказал: «Да».

ОБСУЖДАЕМЫЙ ПРИНЦИП

И когда вошёл он в дом, то Иисус, опередив его, сказал: «Как тебе кажется, Симон? Цари земные с кого берут пошлины или подати — с сыновей ли своих или с посторонних?» Пётр говорит Ему: «С посторонних». Иисус сказал ему: «Итак, сыновья свободны; но, чтобы нам не соблазнить их…» (17:25б-27а)

Когда Пётр вошёл в дом и хотел рассказать Иисусу о своей встрече с собирателями налога, Иисус, опередив его, заговорил первым. В Своём всеведении Он уже знал, что сказали собиратели налога и что теперь Пётр размышлял над этим.

Мы не знаем о мыслях Петра, но из слов Иисуса можно сделать вывод, что Пётр удивлялся, почему Иисус, Мессия и Сын Божий, унижается до уплаты налогов тем, над кем Он является вечным Повелителем.

Используя приём, распространённый в те дни и полезный в любое время, Иисус ответил на невысказанный вопрос Петра, первым задав ему вопрос. Обратившись к Петру по имени, которым его называли в семье, Иисус сказал: «Как тебе кажется, Симон? Цари земные с кого берут пошлины или подати — с сыновей ли своих или с посторонних?»

Все древние правительства, за исключением некоторых, были авторитарны. Вся власть сосредотачивалась на одном человеке, который передавал царские полномочия своим наследникам. В понятие «цари» включались все верховные правители, будь-то фараоны, императоры или любые другие правители. И все они, для того чтобы содержать свои семьи, а также свои правительства, назначали налоги. Двумя основными видами налогов были пошлины (ими облагался товар) и подати (ими облагались люди).

Вопрос Иисуса был риторическим, и ответ был очевидным. Отцу не имело смысла собирать деньги со своих сыновей, которые зависели от него. Обложить их налогом означало бы обложить налогом себя. В этом контексте слово «посторонние» имеет общее значение, относящееся ко всем, кто не принадлежал к царской семье, а именно к его подданным.

Когда Пётр ответил: «С посторонних», — Иисус сформулировал очевидную истину: «Итак, сыновья свободны». По законам того времени семьи правителей, представленные здесь сыновьями, были свободны от налогов.

Если бы на этом Иисус закончил Свой урок, то у христиан было бы основание утверждать, что, как дети Божьи и сонаследники Христу, они также должны освобождаться от налогообложения со стороны людей. Они могли бы даже утверждать, что, будучи Божьими детьми, они вовсе не обязаны поддерживать Божье дело материально.

Если и был какой-то налог, который Иисус не обязан был платить, так это храмовый налог. Иисус был Тем, для почитания Которого был построен храм и Кому приносили жертвы и материальные пожертвования. Он был Господом всей земли, но больше всего Он был Господом храма. Иисус называл храм «домом Отца» Своего (Лук. 2:49; Иоан. 2:16) и заявлял, что Он «больше храма» (Матф. 12:6). Он имел полное право отказаться от уплаты храмового налога, так же как мог отказаться и от унижения и преследований. Но когда Он добровольно отказался от Своей божественной славы, «приняв образ раба, сделавшись подобным людям» (Фил. 2:7), Он также добровольно отказался от прав и привилегий, принадлежавших этой славе.

«Чтобы нам не соблазнить их, — сказал Иисус Петру, — нужно заплатить налог». Здесь ясно подразумевается, что налог нужно было заплатить не только в полном объёме, но также охотно и без всяких споров.

Несмотря на несправедливость обложения этим налогом или на то, насколько безответственно и нечестиво религиозные вожди распоряжались этими деньгами, его нужно было платить. И если Сын Божий не требовал освободить Его от уплаты налогов этой «шайке воров» под предводительством нечестивых лжеучителей и вождей Израиля, то тем более не должны требовать освобождения от налогов Его последователи. И если Он беспокоился о том, чтобы не соблазнить неверующих в этом вопросе, насколько же больше должны беспокоиться об этом Его последователи?

ПРЕДОСТАВЛЕНИЕ СРЕДСТВ

пойди к морю, брось уду, и первую рыбу, которая попадётся, возьми, и, открыв у неё рот, найдёшь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя (17:27б)

В Новом Завете больше нет свидетельств о том, что Иисус предоставлял деньги для уплаты налогов с помощью чуда. Однако в этом случае чудо подчеркнуло мысль о том, что Он был Сыном Божьим и имел право совершенно безнаказанно отказаться от уплаты этого налога, если бы решил так поступить. Иисус согласился заплатить налог исключительно по Своему собственному божественному желанию.

Иисус повелел Петру пойти к морю, очевидно, в любое место на берегу Галилейского моря, которое тот мог выбрать, бросить уду, возможно, без наживки, и первую рыбу, которая попадётся, взять. «Затем, открыв у неё рот, — заверил ученика Иисус, — найдёшь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя».

Так как монеты достоинством в две драхмы не было, иногда два еврея платили налог вместе, используя статир, который равнялся двум дидрахмам. Монета, которую Пётр нашёл во рту у рыбы, составляла как раз необходимую сумму для уплаты налога за Иисуса и за него.

Хотя этот налог предназначался для содержания служб храма, большую часть собранных денег лицемерные и продажные еврейские вожди наверняка незаконно присваивали. Ещё более несомненно то, что налоги, которые Иисус платил Риму, использовались для многих нечестивых и аморальных целей. Большинство римских сборщиков налогов были предателями своего народа, и те налоги, которые они собирали со своих сограждан, были не только завышенными и несправедливыми, но также использовались для содержания оккупационных войск, языческих правителей и даже языческих религий.

Общий принцип, который следует из этого эпизода, ясен. Верующий как гражданин этого мира должен исполнять свои обязанности. Хотя конечное и вечное гражданство верующего на небесах и хотя все человеческие правительства в той или иной степени коррумпированы, пока верующий находится на земле, он имеет обязанности перед человеческими властями. Кроме тех случаев, когда законы ведут его к прямому непослушанию Богу, он связан божественным законом подчиняться человеческим законам.

Когда Пётр писал своё 1-е Послание, он наверняка живо помнил чудо со статиром во рту у рыбы и поучение Иисуса, которое сопровождало это чудо. Во второй главе он обращается к верующим: «Но вы — род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, чтобы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет» (1 Пет. 2:9).

Пётр напоминает своим читателям, что они избраны Богом, чтобы быть Его народом и служить Его священниками неверующему миру. Верующие являются уникальным Божьим наследием, Его детьми и гражданами Его божественного Царства, и здесь, на земле, на них возложена божественная миссия, которую им необходимо выполнить. Когда-то они были незначительными людьми, а теперь стали народом Божьим. Когда-то они были отделены от милости Бога, а теперь Его милость обильно проявляется в их жизни (ст. 10). В свете такого высокого положения, говорит Пётр, «прошу вас как пришельцев и странников удаляться от плотских похотей, восстающих на душу, и проводить добродетельную жизнь между язычниками, чтобы они за то, за что злословят вас, как злодеев, видя добрые дела ваши, прославили Бога в день посещения» (ст. 11-12).

Вопреки нечестивости Рима и притязаниям кесаря на божественность, Павел, касаясь этого же вопроса, писал: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Поэтому противящийся власти противится Божьему установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение… Для этого вы и подати платите, ибо они Божьи служители, этим самым постоянно занятые. Итак, отдавайте всякому должное: кому подать — подать; кому оброк — оброк; кому страх — страх; кому честь — честь» (Рим. 13:1-2, 5-7; курсив добавлен).

Верующие должны подчиняться «всякому человеческому начальству ради Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро» (1 Пет. 2:13-14). Ключ к пониманию этой заповеди в словах «ради Господа». Это не значит, что любой человеческий закон или правитель благочестив и справедлив. В большинстве случаев они таковыми не являются и даже не претендуют на это. Но институт государства и его деятельность предписаны Богом для поддержания общественного порядка, и, как свидетельство о Боге, народ Божий должен уважать человеческое правительство и подчиняться ему, даже когда оно несправедливо.

Верующие должны подчиняться гражданским законам и властям не с отвращением или снисходительностью, а охотно, «не только из страха наказания, но и по совести» (Рим. 13:5). Христиане должны искренно уважать человеческое правительство не потому, что оно всегда заслуживает уважения, а потому, что это воля их Господа, Который назначил его для пользы человека.

Люди, которым писали Пётр и Павел, подвергались постоянно усиливающимся гонениям и притеснениям со стороны Рима. Однако Апостолы призывали их быть не только верными и законопослушными гражданами, но и полезными.

Ранняя Церковь не поднимала восстание против Рима или кампанию протеста против рабства, какими бы порочными и жестокими они ни были. По сути, Святой Дух взял слова «рабство», «раб», «слуга» и другие и сделал их символами христианской преданности и покорности. В Своём провидении всеведущий Бог также использовал язычников-римлян для распространения греческого языка как языка межнационального общения, чтобы записать Слово Божье и донести его до пределов цивилизованного мира того времени. Бог употребил их для создания системы дорог, по которым Его посланники могли легко путешествовать, неся Благую весть по империи. И Бог использовал Pax Romana, или Римский мир, чтобы эти посланники могли путешествовать относительно спокойно.

Как заявил в начале своего служения Пётр, существуют некоторые пределы в подчинении верующих человеческим властям. Когда еврейские власти Иерусалима потребовали, чтобы он и Иоанн прекратили проповедовать Евангелие, оба ответили: «Судите, справедливо ли пред Богом слушать вас более, нежели Бога? Мы не можем не говорить того, что видели и слышали» (Деян. 4:19-20; ср. 5:28-29). Много верующих в ранней Церкви потеряли свободу, имущество и даже жизнь, потому что отказались воскурить фимиам Цезарю. Они почитали его как человеческого правителя, но отказались поклоняться ему, как богу.

Первая обязанность верующих — подчиняться Богу, и когда человеческие законы прямо противоречат Божьим законам, главенство должно принадлежать Божьим законам. Например, христианин не имеет права лгать, красть, совершать убийства или поклоняться ложным богам, какими бы ни были постановления человеческого правительства и какими бы ни были последствия за это непослушание.

Это не значит, что христианин не имеет права помочь изменить несправедливые законы и правительства, когда у него есть такая возможность. Но в демократическом обществе основная несправедливость и зло внутри общества не бывают прямым следствием плохого правительства или плохих законов, какими бы плохими они ни были. Когда люди не уважают законы, Божьи или человеческие, и когда их нормы и желания вращаются вокруг своих собственных эгоистичных интересов, то ни одно правительство не может быть стабильным или обеспечить справедливость и порядок. Даже самые благочестивые и нравственные руководители не могут навязать нравственность безнравственному обществу. Бесполезно пытаться изменить злые законы или сместить порочных руководителей, не изменив сердца тех, кого пытается контролировать закон и кем пытаются управлять руководители.

Пётр заявил, что даже рабы должны быть послушными своим господам «со всяким страхом… не только добрым и кротким, но и суровым. Ибо то угодно Богу, если кто, помышляя о Боге, переносит скорби, страдая несправедливо» (1 Пет. 2:18-19). Как и в случае с покорной женой, желающей приобрести своего неверующего мужа для Христа (3:1-2), эффективное свидетельство начинается с послушания.

Высший образец благочестивого послушания нам явил Иисус Христос, Который «пострадал за нас, оставив нам пример, чтобы мы шли по следам Его. Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его. Будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судье Праведному» (1 Пет. 2:21-23). Иисус подчинился вплоть до принятия страданий, незаслуженных Им от тех, кто вообще не имел никакого права судить Его. Он не совершил никакого греха ни в делах, ни в мыслях, однако подчинился порочной и греховной власти — как политической, так и религиозной. Иисус принял несправедливое поношение, для того чтобы приобрести людей для Себя, и Он является примером для всех, кто называет Его Господом.

То, что христианин является гражданином Божьего Царства, не освобождает его от обязанностей перед человеческими властями. По сути, гражданство в Божьем Царстве налагает на него особые обязательства перед человеческими властями, потому что последние, в свою очередь, принадлежат Богу и назначены Им.

Будучи хорошим гражданином, верующий проявляет любовь к ближним, даже к погибшим и несправедливым. Будучи хорошим гражданином, он проявляет уважение к назначенному Богом правительству, даже если его лидеры нечестивы, продажны и деспотичны. Будучи хорошим гражданином, он показывает, что любит Бога, а также свою страну и своих сограждан. В свете такого свидетельства мир, видящий всё это, вынужден считаться с той силой, которая делает такую любовь возможной.