Библия говорит сегодня Комментарии Стотт Д. и др.

Переводы: (скрыть)(показать)
LXX Darby GRBP NRT IBSNT UBY NIV Jub GRBN EN_KA NGB GNT_TR Tanah Th_Ef MDR UKH Bible_UA_Kulish Комментарий Далласской БС LOP ITL Barkly NA28 GURF GR_STR SCH2000NEU New Russian Translation VANI LB CAS PodStr BibCH UKDER UK_WBTC SLR PRBT KZB NT_HEB MLD TORA TR_Stephanus GBB NT_OdBel 22_Macartur_1Cor_Ef VL_78 UBT SLAV BHS_UTF8 JNT UKR KJV-Str LXX_BS BFW_FAH DONV FIN1938 EKKL_DYAK BB_WS NTJS EEB FR-BLS UNT KJV NTOB NCB McArturNT Makarij3 BibST FIN1776 NT-CSL RST Mc Artur NT BBS ElbFld RBSOT GTNT ACV INTL ITAL NA27 AEB BARC NZUZ שRCCV TORA - SOCH LOGIC VCT LXX_Rahlfs-Hanhart DRB TanahGurf KYB DallasComment GERM1951 Dallas Jantzen-NT BRUX LXX_AB LANT JNT2 NVT
Книги: (скрыть)(показать)
. пред. Песн. Дан. нагор Матф. Мар. Лук. Иоан. Деян. Иак. 1Пет. 2Пет. 1Иоан. 2Иоан. 3Иоан. Иуд. Рим. 1Кор. 2Кор. Гал. Еф. Фил. Кол. 1Фесс. 2Фесс. 1Тим. 2Тим. Тит. Флм. Евр. Откр.
Главы: (скрыть)(показать)
1 2 3 4 5 6

Библия говорит сегодня Комментарии Стотт Д. и др.

2 Тимофею Стотт 1

Глава 1. Призыв хранить Евангелие

Апостол начинает свое послание с обычного приветствия (1,2), выражения благодарности (3–5) и увещеваний (6—8). А затем переходит к основной теме этой главы — призыву к Тимофею хранить «добрый залог» (стихи 8–14), не стыдясь «свидетельства Господа нашего Иисуса Христа». Во вступительной части послания перед нами как живые предстают Павел и Тимофей — автор письма и тот, кому оно было адресовано. И особенно важно, что мы узнаем, как именно каждый из них достиг своего нынешнего духовного состояния. Эти стихи помогают понять суть провидения Божьего, узнать, как Бог «лепит» из людей то, что считает нужным.

1. «Павел, волею Божиею Апостол Иисуса Христа» (стих 1)

1 Павел, волею Божиею Апостол Иисуса Христа, по обетованию жизни во Христе Иисусе.

Называя себя «Апостолом Иисуса Христа», Павел делает очень важное заявление. Фактически он приравнивает себя к тем двенадцати, которых Иисус избрал из большой группы Своих учеников и которым дал особое звание «апостолы» (Лк. 6:13), намереваясь послать их с миссией представлять Его и учить во имя Его. А чтобы подготовить апостолов к выполнению этой задачи должным образом, Он «поставил» их, «чтобы с Ним были» (Мк. 3:14). Таким образом, апостолы получили уникальную возможность слышать Его слова и видеть Его дела, чтобы впоследствии свидетельствовать обо всем, что они видели и слышали (Ин. 15:27). Иисус пообещал им совершенно выдающуюся помощь со стороны Духа Святого, который научит их всему, напомнит обо всем и «наставит… на всякую истину» (Ин. 14:25,26; 16:12,13). Павел заявляет, что именно к этой группе избранных Бог потом присоединил и его. Господь явился ему на дороге в Дамаск, и то, что произошло там, нельзя назвать просто беседой, потому что Павел получил те же знания, что и апостолы, а также был призван свидетельствовать о Воскресении Христовом (Деян. 1:21–26; 1 Кор. 9:1; 15:8,9). Христос сказал ему: «Я для того и явился тебе, чтобы поставить тебя служителем и свидетелем того, что ты видел и что Я открою тебе, избавляя тебя от народа Иудейского и от язычников, к которым Я теперь посылаю тебя, открыть глаза им…» (Деян. 26:16–18). Если перевести буквально слова Господа «посылаю тебя» как ego apostello se, то есть «…назначаю тебя Апостолом», то вся фраза будет звучать так: «Назначаю тебя Апостолом и посылаю к язычникам» (ср. Рим. 11:13; Тал. 1:15,16; 2:9).

Мог ли Павел забыть об этом великом поручении, данном ему? Он всегда отстаивал тот факт, что был уполномочен стать апостолом, чтобы нести слово Божье. Клеветникам он отвечал, что получил свое апостольство не от людей, а от Христа (напр., Гал. 1:1,11,12). Даже в момент написания послания, униженный людьми и ожидающий императорского решения, он не был обычным узником, но — привилегированным апостолом Иисуса Христа, Царя царей.

Павел указывает Тимофею на первопричину и цель своего апостольства. Первопричиной была «воля Божия». Этими же словами, dia thelematos theou, Павел начинает оба Послания к Коринфянам и Послания к Ефесянам и к Колоссянам, написанные в тюрьме. Фактически в девяти из тринадцати посланий, включая самое первое (галатам) и последнее (Тимофею), он упоминает о «воле», об «избрании», о «повелении» Бога, благодаря которым стал апостолом. Павел был убежден, что звание апостола вручено ему не церковью и не людьми. Оно не было присвоено им самовольно. Напротив, свое апостольство он получил от Всемогущего Бога через Иисуса Христа.

Цель его апостольства — «обетование жизни во Христе Иисусе». Иначе говоря, он должен был выразить словами, а потом распространить Благую весть. Евангелие действительно несет погибающим грешникам Благую весть о том, что Бог обещал им вечную жизнь во Христе Иисусе. Знаменательно то, что, даже глядя смерти в лицо, апостол видит своею целью «обетование жизни». И это так. Евангелие предлагает людям подлинную вечную жизнь во Христе Иисусе и здесь, и в будущем. Оно возвещает, что Сам Иисус — это жизнь (Ин. 14:6), ибо Он разрушил «смерть» и явил «жизнь через благовестие» (2 Тим. 1:10).

Евангелие не просто «предлагает» жизнь; оно твердо «обещает» жизнь всем, кто во Христе: «Имеющий Сына (Божия) имеет жизнь» (1 Ин. 5:12). Действительно, вся Библия — это Божественное обещание жизни, начиная от первого упоминания о «дереве жизни» в Бытии 3 и кончая последней главой Откровения, где говорится о том, как спасенные Богом люди будут вкушать от дерева жизни и пить воду жизни даром. Вечная жизнь — это дар, который «обещал неизменный в слове Бог прежде вековых времен». Но известно об этом Божественном даре стало только благодаря Евангелию (ср. стихи 9,10; Тит. 1:2,3; Рим. 1:1,2).

Итак, Павел предстает перед нами как апостол Христа Иисуса. Свое апостольство он получил по воле Божьей и для того, чтобы «по обетованию жизни во Христе Иисусе» нести людям Благую весть.

2. Тимофей, возлюбленный сын (стихи 2–8)

2 Тимофею, возлюбленному сыну: благодать, милость, мир от Бога Отца и Христа Иисуса, Господа нашего. 3 Благодарю Бога, Которому служу от прародителей с чистою совестью, что непрестанно воспоминаю о тебе в молитвах моих днем и ночью, 4 И желаю видеть тебя, воспоминая о слезах твоих, дабы мне исполниться радости, 5 Приводя на память нелицемерную веру твою, которая прежде обитала в бабке твоей Лоиде и матери твоей Евнике; уверен, что она и в тебе. 6 По сей причине напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе чрез мое рукоположение; 7 Ибо дал нам Бог духа не боязни, но силы и любви и целомудрия. 8 Итак не стыдись свидетельства Господа нашего Иисуса Христа, ни меня, узника Его; но страдай с благовестием (Христовым) силою Бога.

Обращение Тимофея к Богу свершилось через Павла, поэтому апостол называет его «возлюбленным сыном». А в другом послании даже «возлюбленным и верным в Господе сыном» (1 Кор. 4:17). Коринфян в своем послании Павел также называет «возлюбленные дети мои», ибо, как он указывает дальше, «я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» (1 Кор. 4:14, 15). Можно допустить, что, когда Павел во время своего первого миссионерского похода посетил Листру, где они с Варнавой «благовествовали» (Деян. 14:6,7), Тимофей слышал их проповеди и глубоко проникся духом Евангелия. Через несколько лет Павел во второй раз посетил Листру с той же целью и нашел там ученика, значительно продвинувшегося в христианской вере, «именем Тимофей», «о котором свидетельствовали братия, находившиеся в Листре и Иконии» (Деян. 16:1,2).

В обоих посланиях Павел желает своему «возлюбленному сыну» «благодати», «мира» и «милости». Эти слова нельзя считать простым знаком вежливости, ибо они несут в себе глубокий богословский смысл. Они говорят о жалкой греховности человека и о великой любви Господа к нему. Благодать — это доброта Божья по отношению к недостойным, а милость нужна тем, кто настолько слаб и беспомощен, что не может помочь себе сам. В одной притче Иисус рассказывает о добром самаритянине, который помог несчастной жертве разбойников, оказав этому человеку «милость»; в другой притче царь проявил «милость» по отношению к рабу, простив ему долг (Лк. 10:37; Мф. 18:33). В Первом послании Павел рассказывает Тимофею, что был он «хулитель и гонитель и обидчик» христиан, но был «помилован», несмотря на эти прегрешения (1 Тим. 1:13,16). Пожелание «мира» — это прежде всего примирение с собой, восстановление внутренней гармонии. Итак, три дара Божьей любви (благодать — грешным, милость — беспомощным и мир — лишенным покоя) исходят из единого источника — «Бога, Отца нашего, и Христа Иисуса, Господа нашего».

Далее следует очень личный абзац, в котором апостол заверяет Тимофея, что постоянно помнит о нем: «…непрестанно воспоминаю о тебе в молитвах моих» (3), «воспоминаю о слезах твоих» (4), «приводя на память нелицемерную веру твою» (5). Он пишет, что, вспоминая о Тимофее, благодарит Бога(З).

Последний момент особенно важен. Павел признает, что именно Бог дал Тимофею веру. Тимофей не был апостолом, как Павел. В своих совместных посланиях, например, к колоссянам, они подчеркивали эту разницу в первых же строках: «Павел, волею Божиею Апостол Иисуса Христа, и Тимофей брат…» Тимофей был братом–христианином, но, кроме этого, он был христианским служителем, миссионером, а иногда и посланником апостола. И Богу пришлось немало потрудиться над его жизнью, чтобы привести его к этому служению. Павел упоминает о четырех моментах формирования личности Тимофея.

а. Воспитание в семье

В начале абзаца Павел упоминает о своих «прародителях» (3), а затем о бабке и матери Тимофея (5). Конечно, не только наследственность, но родительский пример и семейная обстановка играют значительную роль в формировании личности ребенка. Недаром любая хорошая биография начинается с рассказа о тех, кто был рядом с человеком с самого дня его рождения — о родителях, дедушках и бабушках. Конечно, невозможно унаследовать веру своих родителей так же, как наследуются отдельные черты их личности. Но ребенка можно привести к вере учением, примером и молитвами.

Обстановка в доме Тимофея была благочестивой. Лука рассказывает нам, что он был сыном от смешанного брака, поскольку отец его был «Еллин», а мать «Иудеянка» (Деян. 16:1). По–видимому, отец был неверующим, а мать Евника уверовала и стала христианкой. Но даже прежде нее, судя по всему, христианкой стала бабка Тимофея, Лоида. Поэтому Павел написал о «нелицемерной вере» всех трех поколений (5). Возможно, все они, бабка, мать и сын, обязаны своим обращением именно Павлу, и произошло это, когда он впервые принес в Листру Благую весть. Но даже до своего обращения эти благочестивые еврейские женщины воспитывали Тимофея в духе Ветхого Завета, так что он «из детства» знал «священные писания» (3:15). Кальвин комментирует это весьма образно, говоря, что Тимофей «с младенческих лет буквально впитывал благочестие с молоком матери»[1].

Павел тоже служил Богу «с чистою совестью», как до этого поступали его «прародители» (3). Конечно, когда Бог открыл ему Христа, его вера стала глубже, богаче и полнее. И все же это была (как сам Павел объясняет в Рим. 4), по сути, та же самая вера Ветхого Завета, которой придерживались Авраам и Давид, и Тот же Самый Бог, в Которого все они верили. Именно поэтому он заявил прокуратору Феликсу: «…я действительно служу Богу отцов моих» (Деян. 24:14; ср. 26:6). Мы, современное поколение, должны помнить об этом, когда уже в наше время сталкиваемся с евреями. Обращение еврея ко Христу нельзя считать предательством по отношению к его прародителям; скорее их вера находит в Нем свое полное завершение.

Возвращаясь к Тимофею, отметим еще раз, что своей религиозностью он был обязан матери и бабке, которые сами верили «нелицемерно» и его с детства учили Священному Писанию. И в наши дни дети, родившиеся и воспитанные в христианских семьях, получают бесценное благословение Божье.

б. Духовная дружба

Не только семья, но также друзья и учителя влияют на духовное развитие человека. Для Тимофея таким другом–учителем и духовным «отцом» стал Павел. Павел привел его ко Христу, никогда не оставлял заботы о нем и постоянно «воспоминал» его, как неоднократно говорится в этом отрывке. Он брал его с собой в походы и считал своим учеником. При расставании с Павлом Тимофей даже не смог сдержать слез. В своем послании Павел, вспоминая эти слезы, пишет, что «днем и ночью» желает увидеться с ним снова, чтобы «исполниться радости» (4), и «томится тоской»[2]. Он «непрестанно» молится о своем ученике и продолжает наставления в своих посланиях. Эта дружба, это духовное общение через письма и молитвы не могли не оказать влияния на формирование христианской личности Тимофея.

Я также благодарю Бога за то, что у меня есть друг, который привел меня ко Христу и потом, в ранние годы моей христианской жизни, неустанно учил и воспитывал меня, проявляя исключительное внимание и заботу. В течение семи лет я каждую неделю получал от него письма. И каждый день он молился за меня. Я верю, что он делает это и поныне. Могу только догадываться, скольким я обязан своему верному другу и пастырю. Спасибо Господу, что Он послал мне его.

в. Особый дар, полученный от Бога

Характер Тимофея был сформирован при помощи семьи, друзей и Бога, от Которого он получил особый дар. «По сей причине напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе чрез мое рукоположение» (6). В чем состоял этот дар, charisma, мы не знаем, потому что в Священном Писании об этом ничего не сказано. Но можно сделать некоторые предположения по этому поводу. Из рассматриваемого стиха и из аналогичного в 1 Тим. 4:14 ясно, что дар этот Тимофей получил, когда Павел и «священство» (вероятно, старейшины церкви Листры) возложили на него руки. Действо, связанное с возложением рук, уместно было бы назвать «посвящением».

Строго придерживаясь истины, можно предположить, что речь идет о даре, посвящающем Тимофея на служение, о чем–то вроде возведения в сан, во время которого обычно и возлагаются на человека руки. Несомненно, когда человек становится пастором, учителем, апостолом или пророком, его на это «ставит» Господь, вручая дар Своей благодати (Еф. 4:7,11). Поэтому прав был настоятель Альфорд, сказав, что «учение и управление церковью — духовные дары»[3]. Можно сделать еще одно предположение: Павел имел в виду и дар евангелиста. Он готовил Тимофея к евангелической деятельности как к завершающему этапу служения (4:5). После слов о даре апостол пишет о Духе, Которого дал нам Бог (7), то есть, иначе говоря, Дух особым образом одарил Тимофея и «помазал» его во время «посвящения», чтобы тот смог выполнять обязанности, к которым был призван. Можно также согласиться с высказыванием Альфреда Пламмера, который, стараясь не исказить текст Евангелия, охарактеризовал дар Тимофея как «авторитет и силу, без которых нельзя быть служителем Христовым»[4].

Человеку, чтобы личность его состоялась, необходима не только помощь родителей, друзей и учителей, но и Самого Бога, Который дарует именно те духовные способности, которые помогут выполнению возложенной на человека задачи.

г. Личные усилия

Но мало получить от Бога дары (как физические, так и духовные), непременно нужно развивать и использовать их. В своих притчах о талантах и серебре Господь учит, как надо относиться к своим обязанностям, какая награда ожидает верующих и как опасна лень. Вот почему Павел еще в Первом послании пишет Тимофею: «Не неради о пребывающем в тебе даровании» (4:14), а во втором советует «возгревать» его (1:6). Дар действительно подобен огню. Греческое слово anazopureo, которое в Новом Завете не используется больше нигде, не означает, что Тимофей позволил огню угаснуть, а теперь должен раздувать остывающие угольки, чтобы пламя разгорелось вновь. Приставка ana придает этому слову широкое смысловое значение. Оно может быть принято как раздувание или как разжигание снова. В таком случае, Павел призывает Тимофея постоянно «поддерживать этот внутренний огонь» (ДБФ), не дать ему угаснуть при помощи чистой веры и молитв к Богу.

Далее Павел обосновывает свой призыв: «Ибо дал нам Бог духа не боязни, но силы и любви и целомудрия» (7). Как уже говорилось ранее, Тимофей был застенчивым юношей весьма слабого здоровья. Служение во имя Господне давалось ему тяжело. Поэтому Павел вынужден был подбадривать его, призывая все время «возгревать» свой дар, а также убеждать в необходимости смело его использовать, потому что «трусость и христианство несовместимы»[5]. Или, говоря словами Павла, потому что «дал нам Бог духа». Апостол пишет нам, то есть всем, кто во Христе. И это не дух «боязни, но силы и любви и целомудрия». Сила его дает нам возможность исполнять свое служение. Поскольку это дух любви, мы должны служить на благо другим, а не удовлетворять собственное тщеславие. А целомудрие духа состоит в том, что мы должны использовать свои возможности с благоговением и сдержанностью.

Из первых семи стихов послания мы узнали о путях становления двух людей — Павла и Тимофея. Павел заявляет, что он апостол Иисуса Христа «волею Божиею» или, как он писал ранее, «благодатию Божиею» (1 Кор. 15:10). А Тимофей пришел к Богу благодаря благочестивому воспитанию в семье, дружбе с Павлом и его наставничеству, а также дару, которым Бог наградил его, и собственным усилиям по «возгреванию» этого дара.

То же самое происходит со всеми Божьими людьми. Поразительно то, что в обоих, и в Павле, и в Тимофее, Божественная сила сочетается с человеческими усилиями, что не укладывается в простую доктрину.

Павел писал, что Божьей волей стал апостолом, но добавлял к сказанному: «…и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился; не я впрочем, а благодать Божия, которая со мною» (1 Кор. 15:10). Он подчеркивает, что именно Божья благодать вдохновила его на этот труд.

Тимофей шел к Богу похожим путем: мать и бабка учили его Священному Писанию и тем самым подвели к обращению; Павел стал его другом, наставником и учителем; Бог дал ему особый дар посвящения. Но все это могло оказаться бесполезным, если бы сам Тимофей не «возгревал» в себе этот Божественный дар.

И наши судьбы по существу складываются таким же образом. Те природные способности и духовные дары, которые мы получаем от Бога, и те знания, которые закладываются в нас через друзей и учителей, необходимо развивать. Нельзя позволить угаснуть внутреннему огню, иначе мы не сможем стать такими, какими хочет нас видеть Бог, и не выполним ту миссию, для которой Он нас предназначил.

Перечислив те факторы, которые помогли Тимофею постичь Евангельскую истину, Павел говорит о его обязанности распространять Благую весть. Он призывает его не стыдиться «свидетельства Господа нашего Иисуса Христа» (8). Терпеть, страдать, но не стыдиться — таким должно быть служение Тимофея. Он может быть юным, болезненным, робким и слабым. Из–за этого он может тяготиться задачами, к исполнению которых призван. Но Бог наградил его дарами и таким образом подготовил к служению. Вот почему Тимофей не должен стыдиться или бояться исполнять его.

Прежде всего Тимофей не должен стыдиться «свидетельства Господа нашего». Каждый христианин — живое доказательство существования Христа (ср. Ин. 15:26,27; Деян. 1:8). Поэтому человек верующий должен быть готов, если необходимо, стать «безумным Христа ради» (1 Кор. 4:10); только ради Него, не ради кого–то еще!

Тимофей не должен стыдиться и Павла. Тот, кто испытывает гордость за Христа, не может стыдиться Его людей и дружбы с ними. Когда Павел был во второй раз арестован и закован в кандалы, почти все прежние сторонники отшатнулись от него (5). Он призывает Тимофея не поступать так же. В глазах людей он — пленник императора; на самом деле он пленник Господа. Он оказался в тюрьме за Христа еще и потому, что Господь позволил людям заточить его в темницу[6].

Не стыдиться Благой вести, а страдать за нее — таков удел Тимофея. И пусть он слаб здоровьем и немощен, Господь укрепит его, чтобы он смог вынести все. Ему не избежать страданий, как во все времена случалось с теми, кто проповедовал Христа распятого. Одни воспринимали Благую весть как «безумие», другие как «соблазн» (1 Кор. 1:23), но неприятие ее и противодействие ей существовали всегда. Не принимая того, что им проповедуют, люди склонны переносить отрицательное отношение и на проповедников, которые обречены «страдать вместе со страдающим Евангелием»[7].

Бывает, что христиане, искренне верующие в Бога, испытывают неловкость, когда им приходится упоминать имя Христа. А ведь они призваны свидетельствовать о Нем. Они принадлежат Богу (и тем самым Божьей семье), но стыдятся людей Христа. Им поручено распространять Евангелие, а они стыдятся и его.

Это сильное и коварное искушение. И Тимофей, и сам Павел подвергались ему. Поэтому апостол вынужден был увещевать своего ученика. А о себе писал в одном из посланий: «Ибо я не стыжусь благовествования Христова, потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему» (Рим. 1:16). Господь предвидел подобные искушения, а потому предупреждал верующих: «Ибо, кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Мк. 8:38). Действительно, люди придают слишком большое значение общественному мнению.

Далее Павел пишет об основных принципах Благой вести (9,10), а также о наших христианских обязанностях.

3. Божье благовестив (стихи 9—10)

…Но страдай с благовестием (Христовым) силою Бога, 9 Спасшего нас и призвавшего званием святым, не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати, данной нам во Христе Иисусе прежде вековых времен, 10 Открывшейся же ныне явлением Спасителя нашего Иисуса Христа, разрушившего смерть и явившего жизнь и нетление чрез благовестие.

Павел раскрывает суть «благовестия» — это спасение. Мы называем Евангелие Благой вестью потому, что оно несет нам весть о спасении и о Спасителе нашем Иисусе Христе. Это ли не Благая весть? Ангел сказал, обращаясь к людям: «…я возвещаю вам великую радость… Ибо ныне родился… Спаситель, Который есть Христос Господь» (Лк. 2:10,11). С тех пор все последователи Иисуса воспринимают Его прежде всего как Спасителя. Во время своего первого миссионерского похода, находясь в Антиохии Писидийской, Павел сказал: «…вам послано слово спасения». Когда же он и его спутники во время второго миссионерского похода прибыли в Филиппы, о них говорили: «…сии человеки — рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения». И в Послании к Ефесянам Павел пишет об этом: «…слово истины, благовествование вашего спасения» (Деян. 13:26; 16:17; Еф. 1:13).

Павел пишет о благовестии, не стараясь найти новые выражения и повторяя свою мысль о том, что Бог спасает нас через Иисуса Христа «не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати». Такие же разъяснения он давал и в Послании к Галатам. Позиция его в этом вопросе всегда оставалась неизменной, как неизменно само Евангелие. Есть только одна Благая весть, и это весть о спасении. Многим современным людям не всегда понятен смысл слов «благовестие» и «спасение» в контексте христианской доктрины, но мы не имеем права изменять «материю» Божественного откровения. Павел выражает суть Благой вести кратко, но очень точно, поэтому несложно определить характер спасения (что это такое), его источник (откуда оно исходит) и первооснову (на чем строится).

а. Что означает слово «спасение»

Чтобы понять это, необходимо рассмотреть в комплексе три момента. В послании говорится, что Бог спас нас, призвал нас «званием святым», а явление Спасителя нашего Иисуса Христа разрушило смерть и утвердило «жизнь и нетление». При этом становится ясно, что спасение — это не только прощение, а нечто большее. Бог не только «спас» нас, но и «призвал нас к святости». Павел в своих посланиях не раз подчеркивал это. «Ибо призвал нас Бог не к нечистоте, но к святости». Именно жизнь в святости отличает Божьих людей от всех остальных (1 Фес. 4:7; 1 Кор. 1:2). Но нельзя забывать, что неотъемлемой частью Божьего спасения является и «нетление». Итак, Божье спасение — это одновременно «прощение», «святость» и «нетление».

Необходимо избегать упрощенного, ограниченного понимания слова «спасение». «Спасение» — необыкновенно емкое слово, смысл которого в том, что Бог оправдывает нас, требует от нас святости и прославляет людей Своих. Во искупление грехов наших Христос принес Себя в жертву, поэтому, воздействуя через Духа Святого, Бог преображает нас по образу Своего Сына, пока мы (уже в новом мире) не станем подобны Христу. Поэтому не следует забывать о значении слова «спасение».

б. Откуда приходит спасение

Каков источник спасения? Павел, отвечая на этот вопрос, говорит, что Бог дает нам спасение «не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати, данной нам во Христе Иисусе прежде вековых времен» (9). Исток той реки, что мы зовем «спасением», находится в вечности. Апостол употребляет выражение «прежде вековых времен»[8], которое во всех английских вариантах Библии переводится по–разному: «до возникновения мира» (АВ), «до начала времен» (ДБФ) и «изначально» (НАБ).

Выражение «во Христе Иисусе прежде вековых времен» апостол употребил не случайно. Божья воля берет свое начало в вечности. Господь дарует нам спасение «не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати». Его изволение не прихоть, но сознательное проявление благодати[9].

Это означает, что Божье изволение и благодать были с нами задолго до того, как мы сделали хотя бы одно доброе дело, даже до того, как мы появились на свет, — до начала истории, прежде всех времен, в вечности.

Доктрина о предопределении трудна для восприятия, но она неоспорима. Главное в ней то, что своим спасением человек обязан исключительно Божьей благодати, а не собственным заслугам; не нашим трудам, носящим преходящий характер, но Божьему изволению, уходящему корнями в вечность, которое, как писал епископ Элликот, «не было вызвано чем–то, но возникло исключительно в сокровенных глубинах Божественной eudokia»[10]. Или, как писал Е. К. Симпсон, «выбор, совершаемый Богом, обусловлен непостижимыми для нас причинами, не имеющими никакого отношения к нашим представлениям о том, как и почему он должен совершаться»[11]. Божье изволение и предопределение — это тайна, непостижимая для человека; нам не следует даже пытаться понять суть тех решений, которые принимает Господь. Священное Писание содержит доктрину о предопределении не для того, чтобы вызывать излишнее любопытство, а чтобы породить в нас глубокое смирение и благодарность. Осознание предопределенности позволяет нам, с одной стороны, усмирить гордыню, а с другой стороны, обрести душевный покой, ибо наше будущее предопределено, а наше спасение зависит не от нас, а от Божьего изволения и благодати.

в. На чем основано спасение

Первоосновой нашего спасения были поступки Христа, которые Он совершил во время Своего первого появления. Хотя Бог спасает нас «по Своему изволению и благодати, данной нам во Христе Иисусе прежде вековых времен», Он позволил нам узнать об этом, явив миру Иисуса Христа, нашего Спасителя. Спасение — это тайна, берущая начало в вечности. Но узнать о ней мы смогли лишь через Иисуса Христа в определенный момент истории.

Что же сделал Христос, явившись миру и приступив к выполнению Своей миссии провозглашения Божественного изволения, основанного на благодати? На это Павел дает ответ в стихе 10. Во–первых, Иисус «разрушил смерть». Во–вторых, Он «явил жизнь и нетление чрез благовестие».

Итак, первое, что Он сделал, это разрушил смерть.

Что же такое «смерть»? Смерть — это следствие нашей греховной человеческой природы, «возмездие за грех», неумолимая расплата за него (Рим. 6:23). Согласно Священному Писанию, существует три ипостаси смерти: физическая смерть — отделение души от тела; духовная смерть — отделение души от Бога; вечная смерть — отделение и души, и тела от Бога навсегда. Все это расплата за грех; чем ужаснее грех, тем тяжелее возмездие.

Но Иисус Христос «разрушил» смерть. Это не означает, что Он уничтожил, отменил ее (мы знаем об этом из повседневного опыта). Грешники по–прежнему «мертвы по преступлениям и грехам» своим (Еф. 2:1,2) и не избавятся от них до тех пор, пока Господь не даст им жизнь во Христе. Все человеческие существа физически умирают, и так будет продолжаться до тех пор, пока Христос не вернется во славе. Лишь то поколение, при котором это случится, избегнет смерти. А греховная жизнь некоторых людей ведет ко «второй смерти» — это одно из самых сильных, внушающих ужас выражений, использованных в Откровении для обозначения ада (напр., 20:14; 21:8). Действительно, Павел писал о том, что полное разрушение смерти — дело далекого будущего, когда «последний… враг истребится» (1 Кор. 15:26). Но это произойдет лишь тогда, когда вернется Христос: мертвые воскреснут и «тленное сие облечется в нетление». Тогда мы сможем радостно воскликнуть: «…поглощена смерть победою» (1 Кор. 15:54; Отк. 21:4).

Как победоносно Павел провозглашает, что при первом своем появлении Христос нанес смерти решительный удар! Греческий глагол katargeo обозначает незавершенное действие, смысловые оттенки он приобретает в зависимости от контекста. Однако основное его значение — «делать неспособным, бессильным, тщетным» или «сводить на нет, аннулировать» (ГАЛ). Павел сравнил смерть со скорпионом с вырванным жалом, не способным больше причинить вреда, и воскликнул: «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» (1 Кор. 15:55). Он мог так сказать, потому что Христос «разрушил могущество смерти» (ГАЛ, НАБ).

Физическая смерть больше не кажется столь неизменной, какой она представлялась нам и какой до сих пор кажется тем, кого Христос еще не освободил, кто «от страха смерти чрез всю жизнь были подвержены рабству» (Евр. 2:15). Но для христиан умереть означает просто «соединиться» с Христом; для верующих смерть становится даже положительным явлением, поскольку она ведет к единению с Иисусом, что «несравненно лучше». Осознание этого факта — один из даров, который мы обретаем, приходя к Христу (1 Фес. 4:14,15; Флп. 1:21,23; 1 Кор. 3:22,23). Таким образом, смерть утрачивает все свое могущество, что дает возможность Иисусу заявить: «…верующий в Меня, если и умрет, оживет» (Ин. 11:25,26). Можно с уверенностью сказать: «…ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе» (Рим. 8:38,39).

Духовная смерть отступает перед вечной жизнью, которая начинается на земле с момента нашего обращения к Богу и заканчивается на небесах. Те, кто во Христе, «не потерпят вреда от второй смерти», потому что они уже «перешли из смерти в жизнь» (Отк. 2:11; Ин. 5:24; 1 Ин. 3:14).

Второе, что сделал Христос, это «явил жизнь и нетление чрез благовестие».

Здесь —- как бы позитивное отражение. Своей смертью и воскресением Христос разрушил смерть, а через благовестие открыл людям, что Он для них сделал, предложив им жизнь и нетление. Между словами «жизнь» и «нетдение» есть различие, которое не так просто уловить. Их можно рассматривать как синонимы, но смысл второго слова шире. Нетление — это продолжение жизни, которое стало доступным нам благодаря Иисусу. Через благовестие Он предложил нам жизнь вечную, чистую и нетленную. Бог вечен по самой природе Своей, и теперь Христос дарует людям нетленность. Даже наши тела после воскресения восстанут «в нетлении» (1 Кор. 15:42, 52—54), Бог ведет нас к «наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах» (1 Пет. 1:4).

С. К. Баррет пишет по этому поводу: «…возможно, слово "жизнь" означает новую жизнь, ставшую доступной уже в этом мире, а слово "нетление" — ее продолжение после смерти»[12]. Как бы мы ни воспринимали значение этих слов, при любом толковании их смысл «явлен» нам «чрез благовестие». В Ветхом Завете не раз говорится о жизни после смерти, есть и проявления подлинной веры, но в целом откровения Ветхого Завета — это «относительные сумерки», как метко выразился епископ Моул[13]. И лишь благодаря благовестию стало ясно, какая нетленная жизнь завоевана для нас Христом, покорившим смерть.

Чтобы со всей полнотой оценить силу этих христианских истин, необходимо вспомнить, кто тот человек, который с такой уверенностью пишет о жизни и смерти, о разрушении смерти и торжестве жизни? Тот, кто сам стоит на пороге близкой смерти. Любой день может стать для него последним. Похоронный звон уже звучит в его ушах, а перед глазами возникает образ сверкающего меча, который поднял палач. Но даже чувствуя смерть за спиной, он громко провозглашает: «Христос разрушил смерть». Вот подлинный триумф христианской веры!

Хочется пожелать современной церкви вернуть себе утраченную веру в победу Иисуса Христа и объявить эту Благую весть миру, для которого смерть по–прежнему остается пугающей темой! Журнал «Обсервер» в октябре 1968 года посвятил этому вопросу целый номер. Была высказана следующая мысль: «Не подготовленное к смерти современное общество делает все, чтобы старательно избегать самого этого слова… Мы уходим от разговоров о смерти, которая ждет нас всех, и когда ее время приходит, мы реагируем всеми возможными способами — от ненатурального равнодушия до полного отчаяния».

Выяснив отношение к смерти той или иной христианской общины, можно дать оценку этой общине. Многие из них слишком увлекаются черными одеждами, траурным пением и заупокойными мессами. Конечно, вряд ли можно назвать приятным процесс умирания, а утрата близких тяжела и вызывает горькую печаль. Но смерть разрушена, и — «блаженны мертвые, умирающие в Господе» (Отк. 14:13). Эпитафия на могильном камне подлинно верующего христианина не должна выглядеть как унылое и несмелое ходатайство («Да почиет в мире», requiescat in pace, R.I.P.). Напротив, это должна быть полная радости и уверенности надпись: «Христос разрушил смерть» (слова эти не изменят смысла, если будут написаны на греческом или латинском языке)!

Итак, через благовестив мы узнали о спасении, дарованном нам во Христе. Суть спасения в том, что человек и в этом мире, и потом обновляется и преобразуется, уподобляясь в святости Христу. Источником спасения является Божье изволение и благодать. Его основой служит исторический факт явления Христа и разрушение Им смерти.

Спасая нас, Бог исполняет Свою волю. Можно выделить пять последовательных моментов спасения. Первый — это вечный дар Божьей благодати, сделанный Им во Христе. Второй — историческое появление Христа, Который через Свою Собственную смерть и воскресение разрушил смерть «человеков». Третий — личное обращение Бога ко всем грешникам через благовестие. Четвертый — духовное очищение верующих Духом Святым. И пятый — то, что ждет нас на небесах: ничем не запятнанная, непорочная святость.

Все величие Божьего замысла спасения через благодать предстает перед нами в послании Павла. Он прослеживает его воплощение: от истоков в вечности через историческое явление Иисуса Христа и Его искупительную жертву к той неустанной работе, которая совершается в душе каждого христианина и цель которой —- уподобиться Христу и прийти к слиянию с Ним в будущем нетлении. Поразительно, что, когда тело Павла находилось в подземной темнице, его сердце и разум смогли воспарить в вечность!

4. Наши обязанности в свете Божьего благовестил (стихи 11–18)

11 Для которого я поставлен проповедником и Апостолом и учителем язычников. 12 По сей причине я и страдаю так; но не стыжусь. Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силен сохранить залог мой на оный день. 13 Держись образца здравого учения, которое ты слышал от меня, с верою и любовью во Христе Иисусе. 14 Храни добрый залог Духом Святым, живущим в нас. 15 Ты знаешь, что все Асийские оставили меня; в числе их Фигелл и Ермоген. 16 Да даст Господь милость дому Онисифора за то, что он многократно покоил меня и не стыдился уз моих, 17 Но, быв в Риме, с великим тщанием искал меня и нашел. 18 Да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день; а сколько он служил (мне) в Ефесе, ты лучше знаешь.

Если бы мы обратились к Павлу с вопросом, какова первейшая обязанность любого человека в свете Божьего благовестия, он, конечно, назвал бы необходимость изучать Евангелие и жить в соответствии с ним. Но беспокоится он не только о неверующих. Его волнует вопрос: как относятся к своим обязанностям христиане, уже знакомые с Евангелием и, казалось бы, проникшиеся его духом? И апостол дает три ответа.

а. Наша обязанность — способствовать распространению Евангелия (стих 11)

«Жизнь и нетление», которых Сам Христос уже достиг, явлены «чрез благовестие», и это обязывает нас проповедовать Евангелие. Павел пишет, что именно для этого он «поставлен проповедником и Апостолом и учителем язычников». Те же слова сказаны им в 1 Тим. 2:7. В обоих случаях Павел использует местоимение ego, чтобы выразить «ощущение собственного восторженного изумления»[14] по поводу того, что ему была оказана такая честь.

Нетрудно установить связь между тремя званиями — «апостол», «проповедник» и «учитель». Достаточно вспомнить, что апостолы формулируют Благую весть, проповедники, точно вестники, провозглашают ее, а учителя помогают людям понять учение и его нравственные законы.

В наше время апостолов Христа нет. Мы уже видели, в каком узком смысле этот термин используется в Новом Завете. Евангелие полностью было составлено апостолами и вручено церкви для передачи последующим поколениям. Любая церковь, где бы и когда она ни возникла, должна строить свою деятельность на догмах Нового Завета. Церковь утверждается «на основании Апостолов и пророков» (Еф. 2:20). Другого Евангелия не существует. И не может быть никакого нового Евангелия. Апостолов Христа в наше время нет, но есть проповедники и учителя, мужчины и женщины, призванные Богом посвятить жизнь делу проповеди Евангелия и обучению его канонам. В богословских кругах принято четко различать смысл слов kerygma (что означает «проповедовать») и didache (что означает «учить»). При этом подразумевается, что слово kerygma выражает саму суть благовестия о Христе распятом и воскресшем, а также призыв раскаяться и уверовать, а слово didache означает тот процесс обучения, который происходит после обращения. Но разграничивая эти два вида религиозной деятельности, нельзя впадать в крайности и забывать, что они также связаны и неразделимы. Важно то, что оба слова неразрывны с текстом Евангелия, поскольку kerygma провозглашает его суть, a didache содержит в себе великие доктрины и указывает на нормы поведения христиан.

Слова о «свидетельстве» в стихе 8, который мы уже рассматривали, напоминают нам, что, хотя сегодня нет апостолов и только некоторые из нас призваны к служению проповедования и обучения, каждый христианин должен открыто свидетельствовать об Иисусе Христе.

б. Наша обязанность — страдать за Евангелие (стих 12а)

Павел призывал Тимофея не стыдиться, но страдать ради благовестия (8). Эту же тему он затрагивает и во второй главе послания, расширив ее. Но здесь он просто подчеркивает, что не просит Тимофея ни о чем таком, что ему не было бы известно из собственного опыта: «По сей причине я и страдаю так; но не стыжусь» (12). Он снова и снова подчеркивает связь между страданием и Евангелием. Что же такого есть в Евангелии, что вызывает ненависть и неприятие со стороны многих людей? Почему те, кто проповедуют его, обречены на страдания?

Ответ прост: Бог спасает грешников «не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати» (9). Именно щедрость благовестия вызывает раздражение. Обычный человек, не преображенный духовно, не любит признавать свою греховность, вину и неспособность спастись самостоятельно. Божья благодать и смерть Христа перечеркивают эти грехи и спасают его. Ему неприятно сознавать, что он в долгу за случившееся на кресте. Эту реакцию Павел называет «камнем преткновения креста». Многие проповедники поддаются искушению умалчивать этот момент. Они проповедуют человека и его заслуги, вместо того чтобы проповедовать Христа и Его крест, подменяя одно другим «только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов» (Гал. 6:12; ср. 5:11). Со всей верой и убежденностью проповедуя Христа распятого, невозможно не навлечь на себя вражду и даже преследования.

в. Наша обязанность — хранить благовестив (стихи 126—18)

Оставив на время разговор о стихе 12, рассмотрим те увещевания, с которыми Павел обращается к Тимофею в двух последующих стихах: «Держись образца здравого учения, которое ты слышал от меня» (13); «Храни добрый залог» (14). В обоих стихах Павел говорит об одном (о благовестии и вере апостолов), но использует два разных выражения: «образец здравого учения» и «добрый залог».

«Здравое учение». В Евангелии греческое слово «здравое» применяется по отношению к тем людям, которых Иисус исцелил. Они были калеками или больными и после встречи с Иисусом стали «здравы». Вот почему христианское учение — это «здравое учение» (4:3). Оно не калечит людей и не несет им болезни; напротив, оно исцеляет, «оздоровляет» их.

Далее Тимофей получил от Павла «образец» этого «здравого учения». Здесь используется греческое слово hypotyposts, которое НАБ переводит как «основа». Д–р Гатри писал, что это слово «означает основу, нечто вроде общего плана, предшествующего детальной архитектурной разработке здания»[15]. В таком случае Павел подразумевает, что Тимофей должен заниматься распространением, толкованием и применением на практике апостольского учения. В контексте всего послания, а особенно в параллели с последующим стихом, такое объяснение кажется не слишком удачным. Еще только раз слово hypotyposts встречается в Новом Завете, а именно в Первом послании к Тимофею, где Павел говорит о себе как об объекте поразительного милосердия и долготерпения Христа, «в пример тем, которые будут веровать в Него» (1:16). В ГАЛ, где в качестве обычного перевода приводятся слова «образец» и «пример», высказывается предположение, что в 1 Тим. 1:16 это слово использовано «скорее в смысле прототип», а в 2 Тим. 1:13 — «скорее в смысле образец». Значит, Павел внушает Тимофею мысль все время помнить и использовать в качестве образца то здравое учение (такова же трактовка в НАБ), которое он слышал от апостола. Такое толкование больше соответствует общему контексту послания. Становится понятным, что слово «образец» перенесено в начало предложения для большей выразительности.

Итак, учение Павла должно служить образцом для Тимофея. Ему не следует отступать от этого учения. Он должен твердо, eche, «с верою и любовью во Христе Иисусе» держаться его. Отсюда ясно, что Павла беспокоит не только, что Тимофей должен делать, но и как он будет это делать. И Павел призывает Тимофея нести людям учение Христа с верой и любовью. Как и Господь, он должен верить искренне и быть милосердным.

Апостольская вера не только «образец здравого учения», но и «добрый залог» (he kale paratheke). Эти слова в АВ переведены как «то доброе, что было вручено тебе», в ИСВ как «истина, которая была доверена тебе», а в НАБ — как «сокровище, которое было отдано тебе на хранение». Евангелие и в самом деле сокровище, прекрасное, величественное и бесценное, переданное на хранение церкви. Христос доверил его Павлу, а Павел вручает его Тимофею.

Тимофей — «хранитель» его. Павел уже обращался к нему с подобным призывом в конце Первого послания (6:20). Во Втором послании он называет сокровище, вручаемое Тимофею, «добрым» или, если перевести это слово буквально, «прекрасным» залогом. Глагол phylasso переводится в 14 стихе как «храни» и означает «хранить что–то так, чтобы оно не потерялось и не повредилось» (ГАЛ). Именно это слово используется в Евангелии в таких, например, фразах, как: «Когда сильный с оружием охраняет свой дом…» (Лк. 11:21) или (из рассказа Павла о прошлых его «беззакониях»): «…я там стоял, одобрял убиение его и стерег одежды побивавших его» (Деян. 22:20). Благую весть тоже нужно было охранять от еретиков, которые пытались исказить ее смысл и лишить церковь бесценного сокровища, дарованного ей. Тимофей также стоял на страже.

Тимофей находился в Ефесе (столице римской провинции, называемой Асийской), когда «все Асийские оставили» Павла (15). Форма прошедшего времени, использованная в этом стихе, указывает на какой–то особый случай. Вероятно, это произошло в момент второго ареста апостола. Асийские церкви, где он трудился на протяжении нескольких лет, сильно зависели от его авторитета. Возможно, его арест послужил тому, что у асийских верующих создалось впечатление, что с христианством теперь покончено, и они сочли за лучшее отречься от апостола. Нам ничего не известно о Фигелле и Ермогене, но Павел упоминает их имена отдельно, и это наводит на мысль, что они были зачинщиками.

Безусловно, Павел считал отречение Асийских церквей не просто предательством по отношению к себе, но и отрицанием его авторитета как апостола. Особенно трагично это выглядит в свете предыдущих событий. Ведь совсем недавно, когда Павел в течение двух с половиной лет жил и трудился в Ефесе, «все жители Асии слышали проповедь о Господе Иисусе» и многие верили (Деян. 19:10). Теперь же «все Асийские» отвернулись от него. За великим духовным пробуждением последовало великое падение. «Как, должно быть, угнетающе это подействовало бы на любого, кроме истинно верующего: словно настал канун полного угасания Евангелия»[16].

Ярким исключением был человек по имени Онисифор, который «многократно покоил» Павла (буквально «поддерживал, подкреплял, снабжал припасами», стих 16) и служил ему в Ефесе, хотя не говорится, каким именно образом (18). Значение имени этого человека («приносящий пользу») соответствовало его характеру. О нем сказано также, что он «не стыдился уз» апостола и поэтому не только не отступился от него после ареста, но последовал за ним в Рим, где «с великим тщанием искал» его в тюрьме «и нашел». Он был верным и мужественным другом и поэтому заслужил благодарность Павла. Неудивительно, что апостол дважды взывает к Господу, испрашивая у Него милости сначала «дому Онисифора» (16), а потом ему самому («Да даст ему Господь обрести милость у Господа в оный день», стих 18).

Различные комментаторы, особенно римские католики, вели длительные споры по поводу дважды упомянутого «дома Онисифора» (второй раз в стихе 4:19) и слов «оный день». Высказывались предположения, что к моменту написания послания Онисифор был мертв и что, следовательно, в стихе 18 помещена заупокойная молитва. Но для таких утверждений никаких оснований нет. То, что Павел упоминает отдельно об Онисифоре и его доме, вполне могло означать, что они в то время были разделены значительным расстоянием, поскольку Онисифор был еще в Риме, а его семья находилась дома в Ефесе. «Я считаю, что отдельные молитвы за самого человека и его семью, — пишет епископ Хэндли Моул, — были произнесены потому, что между ними в это время пролегало большое пространство… Нет никаких оснований предполагать, что Онисифор умер. Тексту послания полностью соответствует объяснение о разном местонахождении Онисифора и его семьи»[17].

Апостол позаботился, чтобы Тимофей знал, что «все Асийские оставили» его, за исключением преданного Онисифора и его семьи. И вот в такой ситуации Тимофею предстояло хранить «добрый залог» и держаться «образца здравого учения», то есть защищать благовестие, чтобы оно осталось незапятнанным и неприкосновенным. Эта обязанность тяжела для любого человека, а для Тимофея с его, характером и подавно. Что дало ему силы устоять, выдержать, не отступить?

Апостол старается успокоить Тимофея, внушить ему уверенность, в которой тот нуждается. Конечно, в одиночку он вряд ли сможет сохранить врученное ему сокровище. Но он сделает это «Духом Святым, живущим в нас» (146). О том же идет речь во второй части стиха 12, которую мы еще не рассматривали. Большинство христиан знакомы с этим отрывком в интерпретации АВ: «Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силен сохранить то, что я вручил Ему на оный день». Эти слова, говоря языком лингвистов, можно рассматривать как достаточно точный перевод, многие места в Библии подтверждают их. Но внимательное изучение контекста указывает на другую, более правильную интерпретацию этой части стиха 12.

Слова ten paratheken той («мой залог») в АВ переведены как «то, что я вручил Ему». Глагол «сохранить» и существительное «залог», использованные в этом предложении, те же, что и в стихе 14, и в 1 Тим. 6:20. Можно предположить, что слова «мой залог» означают не то, что «я вручаю Ему» (мою душу или самого себя, как в 1 Пет. 4:19), но, напротив, то, что «Он вручил мне» (благовестие).

Смысл, следовательно, становится таким: Павел сказал «залог мой», потому что его вручил ему Христос. Тем не менее апостол был убежден, что Христос Сам «силен сохранить» этот залог в безопасности до оного дня, когда он, Павел, предстанет перед Ним и даст отчет о выполнении возложенных на него обязанностей. Откуда эта уверенность? Очень просто. «Я знаю, в Кого уверовал», — пишет Павел. Тогда смысл отрывка можно передать так: «Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что на оный день Он и Сам силен сохранить то, что вручил мне». Иначе говоря, Он вручил Павлу то, о чем и Сам позаботится. И теперь, когда Павел вручает свой залог Тимофею, Тимофей может быть также спокоен, что в своей заботе о сохранности залога не будет одинок. Эти слова действительно способны ободрить человека, придать ему сил. В конечном счете, Господь Сам заботится о сохранении Евангелия, Сам защищает его. «Проповедническая деятельность и поныне держится на этом основании»[18]. Евангелическая вера повсюду сейчас подвергается сомнению, а апостольские свидетельства Нового Завета — осмеянию. Отступничество от церкви происходит у нас на глазах, современное поколение отказывается от веры своих отцов. Но не следует бояться! Бог никогда не допустит, чтобы свет Евангелия окончательно угас. Это правда, Он вручил его нам, склонным ошибаться, нравственно неустойчивым созданиям. Он поместил Свое сокровище в хрупкие глиняные сосуды. И мы должны сохранять и защищать истину. Но, вручив нам этот залог, Господь не выпустил его из Своих рук и Сам защитит истину. Мы не сомневаемся в этом, потому что знаем, в Кого уверовали, и продолжаем верить.

Евангелие несет нам Благую весть о спасении. Обещание спасения верующим берет свое начало в вечности; гарантией этому стало реальное появление Христа.

Наша первая обязанность — способствовать распространению Евангелия, используя старые, проверенные способы и неустанно изыскивая новые, для того чтобы оно стало достоянием всего мира.

Выполняя свой долг, несомненно, мы будем страдать, поскольку подлинное Евангелие всегда вызывало неприятие. Оно заставляет грешников испытывать чувства смирения и вины, что не всем нравится.

И поскольку мы знаем, что придется пострадать за Евангелие, у нас возникает искушение «пригладить» его, выкинуть из него те моменты, которые вызывают раздражение и неприятие, умолчать истины, режущие чувствительное ухо современного человека.

Необходимо противиться этому искушению, поскольку самое главное — это хранить Евангелие и любой ценой беречь его чистоту, не позволять чернить его.

Верно хранить его. Активно распространять его. Мужественно страдать ради него. Таков наш долг по отношению к Божьему Евангелию — вот о чем говорится в первой главе этого послания.


[1] Кальвин. С. 292 (ср. с аналогичным комментарием к 1 Тим. 4:6).

[2] Моул. С. 40, 45.

[3] Альфорд. С. 342. См. также: комментарий к 1 Тим. 4:14.

[4] Пламмер. С. 324.

[5] Баррет. С. 94.

[6] Во время первого домашнего ареста в Риме Павел называл себя «узником Иисуса Христа» в Еф. 3:1 и Фил. 9, в то время как в Еф. 4:1 он использовал выражение «узник в Господе» (en kurio). Во всех случаях имеется в виду, по–видимому, что он был заключен в тюрьму за свою преданность Христу.

[7] Моул. С. 45,72.

[8] Pro chronon aionion — те же слова (а также напоминание об обещанной Богом вечной жизни) встречаются в Тит. 1:2.

[9] См.: Рим. 8:28; 9:11; Еф. 1:11, где представлены другие примеры Божьего предопределения и спасения через Божественное «изволение», pro thesis.

[10] Элликот. С. 115; eudokia можно перевести как «добрая воля».

[11] Симпсон. С. 125.

[12] Баррет. С. 95.

[13] Моул. С. 50.

[14] Гатри. С. 73.

[15] Гатри. С. 132.

[16] Моул. С. 16.

[17] Моул. С. 67, 68.

[18] Баррет. С. 97.